Сергей Афанасьев 
Звездный странник – 7. Возвращение

http://www.litres.ru/pages/biblio_book/?art=67568909SelfPub; 2022
Аннотация

Штурман космического грузовика "Атлант" снова оказался в мире Властелина. Он продолжает подготавливать все необходимое для возвращения в свой мир, прикладывая для этого все усилия, в том числе и ценою чужих жизней.

Сергей Афанасьев
Звездный странник – 7. Возвращение

База

497

1

Одеяло давно уже валялось на полу. Жар сплетенных тел, повинуясь заключительным аккордам, еще какое‑то время пытался продолжить наслаждение, но потом, потихоньку, в судорожных конвульсиях, медленно угас. Сергей и Элора, устало раскинувшись, тем не менее продолжали держать друг друга в объятиях. Наконец их дыхание постепенно выровнялось.
– Все, – первой произнесла Элора, приподнимаясь. – Я – в душ.
Его рука устало скользнула по уходящему телу – от спины до ягодиц, – и бессильно опустилась на порядком измятую постель.
Сергей еще какое‑то время наблюдал, как она, обнаженная, искала в полумраке тапочки, как одевала их (и это у нее получалось чертовски соблазнительно!), как прошла в ванную (и это было еще более чертовски соблазнительно!), как, приоткрыв дверь и щелкнув выключателем, задержалась на пороге, полуобернувшись и лукаво посмотрев на него (Сергей с трудом удержался, чтобы не последовать за ней), улыбнулась, легко прочитав все его мысли, и таинственно скрылась.
Зашумела вода. И Сергей уставился в потолок, невольно окунувшись в прошлое.
Когда‑то, очень и очень давно, она вот также встала с кровати, только это было в моей конуре, и я тогда, волнуясь, сделал ей предложение. А она в ответ только рассмеялась! – с горечью подумал он. – И это все произойдет как раз завтра утром. Учитывая, что сейчас поздний вечер – осталось всего ничего. Завтра утром я буду волноваться, страдать… И никуда от этого не деться.
Сергей грустно заложил руки за голову. Мимо него проносились Лес, Океан, Мегаполис…
Элора вернулась из ванной, прервав его воспоминания. Легла. Прижалась.
– Ты – моя первая любовь, – просто сказала она. – Это запоминается на всю жизнь.
– Но ведь у тебя до меня были и другие мужчины, – пожав плечами, заметил он, имея ввиду то время, когда Элора впервые увидела его в прихожей своей квартиры. – Тот же Цетег, например.
Элора печально усмехнулась с высоты своего 28‑летнего возраста.
– Мужчины были. Но первая любовь, которая выворачивала всю душу и рвала эмоции – такая любовь была впервые.
Он молча прижал к себе ее обнаженное тело, млея от ее покорной податливости, и в то же время со страхом ощущая, что он обнимает совсем другую женщину – не ту, на которой женился на космическом грузовике – а умудренную опытом, и уже достаточно пожившую, и которая любит его, но вот которой, тем не менее, никогда не было на "Атланте". Не ей они с Женькой делали операцию. Не она плавала в корабельном бассейне. И сейчас он для нее – просто приятное воспоминание о давно прошедшей юности. И это ощущение чужеродности при полной покорности и податливости пугало его.
Сергей мысленно определил текущее время и понял, что пора уходить – у него еще были запланированы дела со Стокером.
– Мне пора, – сказал он.
Встал. Взялся за одежду.
– Не уходи, – попыталась остановить его Элора.
Сергей покачал головой.
– Не могу, – ответил он. – А у тебя сейчас будет свидание со вторым мной. Он скоро с тобой встретиться и поведет в свою каморку. Останешься у него до утра.
Ох уж эта предопределенность! – мысленно вздохнул он.
– Почему так?! Почему я должна идти не туда и не с тем, с кем хочу?! Я никак этого не пойму! – в сердцах воскликнула Элора, и в ее глазах к своему ужасу он увидел слезы. – Что ты от меня хочешь?! Ты объясни, я все сделаю! Почему ты так со мной?
Действительно, растерянно подумал Сергей, почему я все от нее скрываю? Наверное, от того, что от этого зависят не только моя жизнь и жизнь Элоры, но и многих‑многих других – только из‑за этого, – сообразил он. – Ведь Властелин вполне мог прослушивать эту квартиру.
Сергей медленно покачал головой.
– Поверь, я не могу тебе всего объяснить. Пока. Но ты же ведь знаешь – я все это уже прожил. И ты можешь теперь наблюдать, как я все это проживал в свое время.
Сергей описал рукой полукруг, охватывая просторную комнату, помолчал, вспоминая, как делал ей предложение, и как потом в расстройстве хлестал водку.
– И вот еще что, – добавил он неуверенно – надо ли это? – На рассвете будь с ним все‑таки поласковее, прошу тебя! – Почему‑то себя того самого, утреннего, ему было жалко до слез. – Сильно не обижай его… Он ведь тоже твой муж! А я к тебе завтра вечером зайду.

2

Сергей зашел в ставший для него родным бар "Веселый фотон". Со служебного входа – так как, насколько он помнил свое прошлое, в зале с Олафом и Реником в это самое время сидел второй Сергей, который еще не догадывался о том, что "Атлант" в этом мире еще не появился. Быстро прошел на кухню. Нашел Стокера, который в абсолютном одиночестве большим ножом ловко нарезал парную телятину. Вдруг почему‑то вспомнилось, как сам лично просил Властелина восстановить Терция Дебюсси – мол, это очень хороший повар, прекрасно готовит.
Стокер только вопросительно повел бровями, ни на секунду не прерываясь – клиент ждать не станет.
– Как у тебя продвигаются дела по тайной комнате? – спросил Сергей не здороваясь – виделись уже, и не раз. Говорить открыто он не боялся – точно знал, что в этом помещении ушей нет. – Все готово? Канализация, водопровод?
Стокер кивнул. Одним незаметным движением скинул нарезанные куски на большую сковороду, да так, что каждый кусок лег на свое место, не соприкасаясь с остальными. Раскаленная сковорода, обильно смазанная оливковым маслом, тут же громко заскворчала.
– Вечером будет готово, – протянул он, энергично тряхнув сковородой, чтобы мясо не успело прилипнуть. – И все‑таки, зачем она вам?
Стокер вопросительно обернулся. А Сергей задумчиво смотрел, как красное свежее мясо быстро покрывалось светло‑серой корочкой смерти. И он наконец‑то осознал, как ему сейчас плохо. И плохо не только от того, что сейчас Элора‑директор встретится со вторым Сергеем и проведет с ним всю ночь, а на утро откажется стать его женой, и он даже понимал – почему. И не от того, что скоро появится "Атлант", а с ним и еще один Сергей, и все наконец‑то забегают и засуетятся. А плохо от того, что он все это знал – знал, что случится сегодня, завтра, послезавтра… Знал, как ему надо поступать, что делать. И знал, что если он хоть на чуть‑чуть отклонится от этой колеи, то домой он уже точно не вернется. Предопределенность всей этой жизни – вот что было самое ужасное.
– Водка есть? – устало спросил он, присаживаясь.
Сергей понимал – сто грамм водки, выпитой единым махом, сразу же освободят его от всех проблем, от головной боли, приведя к наплевательскому состоянию.
Стокер, посерьезнев, кивнул. Оставив в покое сковородку, достал из нижнего ящика массивной тумбочки початую литровую бутылку водки и два стакана. Молча наполнил оба до краев. Молча чекнулись. Молча выпили. Без закуски.
– Терций, ты же знаешь, – сказал Сергей, ставя свою стопку на стол. – Я же тебе рассказывал, что все это уже пережил однажды, и знаю, как и что случится. А чтобы это произошло именно так, а не иначе – как раз и необходимы все эти действия. Верь мне. Не само же все это образовалось?!
Стокер‑Терций повертел свой пустой стакан, поставил на стол.
– Так‑то оно так, – выдавил он. – Но все же, согласись, каждый человек хочет абсолютно точно знать, на что конкретно пойдут его дела, оцениваемые смертельным приговором. И главное – каким образом, – добавил он, видя, что Сергей хочет возразить.
Сергей прекрасно понимал, что очень многое ложилось на плечи Стокера. И что очень тяжело работать в "темную", да еще и с огромным риском, не видя при этом никакого смысла! Но объяснить он пока ничего не мог. Пользы все равно никакой, а вот вред может быть непоправим – он просто не вернется в свой мир и будет вынужден мучительно дожидаться неотвратимого момента, когда он попросту зависнет в безвременье, переносясь из мира в мир, но оставаясь в каждом буквально на какие‑то миллисекунды.
И Сергей только неопределенно кивнул, думая сейчас об Элоре‑директоре, которая, в это самое время, в тамбуре его комнатушки, поцеловав ее хозяина, раздевается прямо на пороге; и о неумолимо приближающемся "Атланте", с которым в этот мир стремительно ворвутся и Капитан, и Женька, и молодой и совсем еще наивный штурман дальнего плавания, и молоденькая девушка, которая на самом деле была для него самой близкой и самой родной из всех Элор.
Сергей вздохнул, давая понять, что ответ и на этот раз не последует. Невольно криво усмехнулся, стараясь не смотреть в глаза собеседнику – обманывать своих было неприятно. И Терций снова наполнил рюмки.
– Давай только по‑быстрому, – тихо произнес он. – Меня клиенты ждут.
Сергей кивнул, взял свой стакан, слегка соприкоснул его со стаканом Стокера, быстро выпил, поставил на стол.
– И еще. Вот эту вспышку необходимо вмонтировать в кресло‑кровать инкарнации, – произнес он, выкладывая на стол небольшую коробочку. – Точнее, в то из двух, которое находится справа от входа. И вставить где‑нибудь в верхней части. И установить время срабатывания на 508‑й день, восемь часов, двадцать минут, двадцать пять секунд. Причем – именно по часам охранников.
Сергей внимательно посмотрел на Терция. Он точно знал – в то, что случится в Лаборатории‑Х, Элору‑директора лучше не вовлекать.

3

Когда Сергей подошел к шлюзовой камере, входные створки были широко распахнуты и вокруг вовсю кипела активная трудовая деятельность – на это время нейтринное поле расширяли, накрывая и шлюпку и весь отсек, а по окончании работ – убирали.
Группа рабочих аккуратно и вместе с тем энергично вкатывала внутрь какую‑то продолговатую конструкцию. Бур, догадался Сергей. Причем – реальный, так как нейтринное оборудование, предназначенное для ведения работ, появлялось сразу на своем месте. Как, впрочем, и сами рабочие.
Дождавшись, когда проход освободится, он вошел внутрь. Пространство вокруг шлюпки было ярко освещено. Повсюду громоздились многочисленные станки и прочее оборудование, на которых тут же что‑то обтачивали, ковали, выплавляли, сваривали, старательно укрепляя внешнюю обшивку и внутренности маленького корабля. Во всю кипела работа. Слева подъезжали автокары, быстро разгружались и деловито исчезали, освобождая место другим. Справа из воздуха возникало разнообразное оборудование, быстро использовалось и потом исчезало, уступая место другим своим собратьям. В дальнем углу, отгородившись ото всех, группа молодых энергичных людей восстанавливала вытащенные из шлюпки приборы коммуникаций и управления.
Сергей, лавируя среди всей этой кутерьмы, нашел старшего.
– Гарри! – крикнул он, замерев перед цепочкой стремительно проносящихся автоматических тележек.
Старший по всем этим работам резко обернулся, увидел Сергея, помахал рукой и поспешно подбежал, причем тележки тут же замерли, явно настроенные на его частоту.
– Ну как? – только и спросил Сергей.
– Почти все по графику, – быстро отрапортовал Гарри, изрядно потея и волнуясь на глазах.
– В чем задержки? – поинтересовался Сергей, невольно переходя на суровый тон.
Гарри вспотел еще сильнее.
– Проблемы с блоками управления, – бледнея, ответил он. – И с производством натурального горючего.
Сергей кивнул, принимая все это к сведению и прикидывая про себя: Атлант появится уже через два дня. Надо успеть слетать на Луну, все там сделать и вернуться обратно.
– Заполненность баков? – просверлил он взглядом временного начальника маленького космопорта.
– На восемь пунктов, – услышал Сергей в ответ.
– К сроку успеете? – внимательно посмотрел он на Гарри.
– Стараемся, – честно пожал тот плечами, бледнея еще больше.
Сергей только поморщился. С одной стороны Гарри было жалко, но с другой стороны – речь шла о его собственной судьбе! О его жизни в конце‑концов!
Помедлив, он сдержанно кивнул и также стремительно удалился.

4

Сергей остановился у широкой двери с большой медицинской эмблемой – рюмка, обвитая змеей. Приложил ладонь к панель. Дверь приглашающе распахнулась.
Он оказался в просторном, сверкающем белизной, коридоре медицинского отдела.
Ступил на бегущую дорожку, для устойчивости взявшись за перила, по‑прежнему думая об Элоре‑директоре и о себе прежнем. Вот сейчас, вот в этот самый момент… Он энергично тряхнул головой – что было, то на самом деле уже прошло, не смотря на то, что только сейчас оно начинает претворяться в жизнь. Но – не для него.
Мимо Сергея по другим дорожкам проплывали медсестры с алюминиевыми тележками, врачи со стетоскопами, и кто‑то под белыми простынями на каталках.
Эдик – единственный человек, кроме Элоры‑директора, который знал о том, что нас на самом деле двое, грустно думал Сергей, поймав себя на том, что его постоянно тянет к нему. Причем – очень сильно! И, наверное, в основном потому, что Эдик был его далеким потомком. Каким‑то внуком с разницей в пятьсот лет. А это означало, что у Сергея кроме детей, которых он прекрасно помнил, будут еще и внуки, о которых ему ничего не известно. Но известно точно – они все будут. Будут жить своей жизнью, учиться, искать свое место в жизни, влюбляться, отстаивать свою любовь, разочаровываться. Чья‑то жизнь этих далеких потомков будет счастлива, чья‑то – не очень. Будут появляться на свет девочки, мальчики, снова влюбляться, создавать семьи, гибнуть в войнах или драках… Кто‑то останется бобылем, так и не познав семейных радостей. Кто‑то умрет в одиночестве. Снова будут рождаться, снова учиться и искать свое место в жизни, насмешливо взирая на предков. Снова наступать на те же грабли, от которых их старались уберечь родители. Снова вступать в борьбу за жизнь, растить детей, воспитывать, претерпевая или нет крах, проживать свою жизнь с пользой или же бессмысленно. И так – много‑много раз… все пятьсот лет!
И Сергею еще сильнее захотелось видеть Эдика. Тем более, что тот пока еще совсем ничего не знал об их родстве.
У двери с цифрой '6' Сергей соскочил с дорожки, энергично, без стука, вошел в кабинет Эдика, слегка притормаживая на половине пути.

– Добрый вечер, Эдик, – вежливо поздоровался Сергей, присаживаясь на стул возле стола доктора.
– Добрый вечер, Серж, – еще более вежливо ответил Эдик, сосредоточенно всматриваясь в бумаги на столе. – Вы извините, я сегодня немного замотался.
– Ничего страшного, – ответил Сергей, слегка откидываясь на твердую спинку. – Я никуда не тороплюсь, – добавил он, хотя это было и не так. На самом деле у него было жестко ограничено время и он должен был в скоро времени срочно оказаться в другом месте, причем – в любом случае.
Наконец Эдик оторвался от бумаг и растерянно посмотрел на Сергея.
– Видите, как мы работаем? – спросил он, глядя на Сергея воспаленными глазами. – Какие‑то бумаги, распечатки… В мое время об этом даже и не слышали!
Эдик расстроенно поворошил листки на столе.
– Каменный век! – грустно закончил он.
И в этот момент вошла медсестра Ева. Тонкий, почти прозрачный белый халатик на голое тело, белый чепчик, из под которого соблазнительно выбивались пряди волос неизвестного цвета.
– Ева, вы сегодня просто обворожительны! – даже не подумав о последствиях невольно выдохнул Сергей.
И девушка озорно вспыхнула, сверкая глазками.
– Я просто укоротила халатик, – сообщила она, мило улыбнувшись и поглаживая себя по бедрам.
Ева доверчиво смотрела на Сергея, но он чувствовал – действие с халатом и прической – это все было не для него, хоть она и старалась показать обратное.
Сергей покосился на Эдика и понял, что тот ничего этого не замечает. Не замечает действительно, а не просто делает вид.
И Сергей совсем незаметно вздохнул. Впрочем, Эдик потерял всех своих близких, любимую жену, детишек… Трудно будет кому‑нибудь впихнуться в его сердце. На это потребуется время и очень много усилий. И настоящее желание. И Сергей снова вздохнул.
Он вынул рубашку из под пояса и привычно лег на кушетку, на живот.
Ева быстро поддернула рубашку повыше и спиртом протерла кожу на спине.
– Вы готовы? – профессионально спросила она.
– Да, – ответил он, отключая нервные окончания в районе печени.
Девушка быстро взяла анализы кожи, печени (просто вырезав маленький кусочек), крови, лимфы и спинного мозга. Быстро и еще более уверенно промазала все эти места йодом. Заклеила. Одернула рубашку на место.
– Завидую я вашему умению, – произнесла она, задумчиво улыбнувшись, в то время как Сергей поднимался с кушетки. – Вы меня научите так собой управлять?
Она внимательно посмотрела в его глаза.
– А вам это зачем? – удивился он, задумавшись – всерьез она это спрашивает, или из кокетства?
– Иногда очень уж хочется обладать такими способностями, – попыталась улыбнуться молоденькая девчушка, но это получилось у нее совсем уж жалко.
Сергей встревожился, приблизившись на пол шага.
– Ева, у вас какие‑то проблемы? – спросил он, беря девушку за руку.
– У медсестры во время работы не может быть никаких проблем, – встрял Эдик, растерянно глядя на обоих. – Ева, вы забываетесь. Отнесите, пожалуйста, анализы в лабораторию. И впредь ведите себя профессионально.
Произнеся все это, Эдик почему‑то покраснел.
А Ева только фыркнула и, крутанувшись так, что подлетевшие полы халатика приоткрыли ее ягодицы, совсем ничем больше не прикрытые, подхватила колбы и легко исчезла из кабинета.
Все ясно, сообразил Сергей, ей и Эдик нравится – начальник все‑таки, но и все остальные мужчины также ей очень сильно интересны!
Дверь за воздушной девушкой закрылась и мужчины остались одни.

Эдик высветил прямо перед собой, в воздухе, трехмерные изображения сердца Сергея. А также его желудок, печень и мозг, который он на своем экране разместил отдельно от тела. Органы висели в воздухе и продолжали функционировать. Сердце ритмично сокращалось. Эдик внимательно всматривался во что‑то и даже, протянув руку отодвинул подальше сердце от желудка. Потом резким жестом левой руки он вдруг надрезал сердце и внимательно изучил внутреннюю работу клапанов. Потом принялся увеличивать мозг. Нашел и вырезал небольшую опухоль, увеличил ее до размеров тумбочки, внимательно рассматривал, время от времени делая надрезы.
– Серж, у вас очень странный организм, – тихо произнес он, когда Сергей присел на стул. – Вы знаете об этом?
– Да, – спокойно кивнул Сергей, ожидая того главного, что собирается сказать или спросить Эдик, но пока не решается. Ведь не зря он так откровенно мнется и стесняется! Эдик – это же типичная интеллигентность в самых ее суровых проявлениях. Обычно с таким подходом ко всем окружающим человеку очень уж сложно приходится, особенно когда он попадает в среду быдла. Точнее – ему там конец, так как он просто не в состоянии воспротивиться людям, которые с самого своего рождения только и делали, что отчаянно, зверски, со смертельными исходами, боролись за свое существование с себе подобными – таким же зверьем.
– Серж, я все хотел вас спросить, – вдруг замялся Эдик, виновато пряча глаза и щелкая пальцами.
Трехмерное изображение исчезло.
– Спрашивайте, – на всякий случай напрягся Сергей.
– Вот вы же знаете, что вас двое? – неуверенно начал Эдик, почему‑то стеснительно краснея. – Причем, знаете, что это не ваш двойник, а вы сами. И причем – вы уже прожили этот отрезок, а тот второй – еще нет.
Эдик вдруг серьезно и пристально посмотрел на Сергея.
– Как вам все это? – уже каким‑то другим тоном спросил он. – Как вам видеть самого себя, иметь возможность заговорить с самим собой из прошлого. Нет желания попытаться что‑то рассказать ему, уберечь от ошибок?
Эдик замер, глядя на Сергей так, словно ожидал каких‑то откровений уровня Христа, и, наверное, даже перестал от этого дышать.
Сергей, конечно, понял его. Но вот что ответить? Чтобы это было и понятно, и не было похоже на глупость? И ничего придумать не смог.
Он задумчиво смотрел в доверчивые глаза врача. И ведь не скажешь же ему, что он – мой далекий потомок, а я – его такой‑то пращур, – вдруг с сожалением подумал Сергей.
– Эдик, поверьте, – тихо начал он, – человек, это такое существо, которое со временем привыкает буквально ко всему. – Эдик неотрывно смотрел на Сергея, явно пропуская эти слова в ожидании тех единственных, ради которых и был задан этот вопрос. – И, в конечном счете, ничто в жизни его уже не удивляет, поверьте, – добавил Сергей, не став рассказывать Эдику, что скоро в этом мире появится еще один, третий Сергей.
Также Сергей не стал упоминать, что знает о трагедии в семье Эдика – ведь об этом он сам расскажет гораздо позже.
– Эдик, а вот если бы вы встретили себя из прошлого, как бы вы себя повели? – спросил Сергей и сам увлекся ожиданием ответа – а ведь действительно?!
И Эдик вдруг побледнел. Скулы его вытянулись, глаза впали, а руки сжались.
– Это все зависит, откуда будет мой второй 'я', – как‑то очень уж глухо произнес Эдик.
И Сергей понял его горячее желание постараться любой ценой изменить свое прошлое.
– У вас случилась какая‑то трагедия, – мягко заметил Сергей, понимая, что помочь он ему ничем не сможет. – Извините, Эдик, что я невольно ее затронул. Давайте забудем об этом и перейдем к другим темам. Вы сегодня в какое время планируете заглянуть в "Фотон"?
И Эдик, стараясь незаметно вздохнуть‑выдохнуть пару раз, сначала разжал кулаки, потом бледность ушла с его лица, а потом он несмело взглянул на Сергея, боясь, что тот заметит по его лицу все эти изменения.
– Работы много, – виновато ответил он. – Вы же у меня не один. И потом – сравнения результатов, поиск разных закономерностей, это такая рутина!… А потом – экстраполяция тенденций!… – Эдик совсем было поскучнел, но быстро встрепенулся. – Наверное, ближе к полуночи я смогу выбраться. А что? – вопросительно посмотрел он на Сергея детским доверчивым взглядом.
И Сергей невольно мысленно вздохнул.
– Эдик, поверьте, мне просто очень приятно беседовать с вами, – фактически искренне ответил он – ведь это было на самом деле. – И мне действительно интересно ваше мнение по ряду интересующих меня вопросов. – И это тоже было правдой.
Эдик невольно зарделся.
– Вы обо мне слишком уж высокого мнения, – смущенно пробормотал он, пряча глаза. – Боюсь, как бы вы не ошиблись.
Сергей с трудом сдержал свой, наверное уже двадцатый, вздох. Ведь Эдик ему сейчас, фактически, как сын – и не важно, что лет им примерно одинаково. Но и все же! И слышать от собственного сына такое, это конечно сплошное расстройство. Но ведь не скажешь же Эдику об этом!

5

Волнуясь, он шел на эту важную встречу. Эхо его шагов гулко раздавалось в пустых слабоосвещенных коридорах окраины базы. Было немного страшновато, так как совершенно неизвестно, что его могло там ожидать. Ведь на самом деле – все что угодно! Вплоть до поглощения чужеродной материей!
Но эта встреча была очень важна. Необходимо было разобраться с одной загадкой, которая наверняка потянет за собой гораздо больше, чем казалось в тот, прошлый раз.
На границе полей он уверенно разделся, сняв с себя нейтринную одежду. Открыл нишу в шлюзовой переборке. Спрятал – вдруг кто ее найдет? Вытащил шорты, ветровку и сандалии. Надел все это.
Решительно шагнул за нейтринное поле, мгновенно испытав легкую тошноту, которая, впрочем, тут же прошла.
Он шел наугад, аккуратно лавируя среди груды мусора, но был точно уверен – он их найдет.
Вскоре стало совсем темно и Сергей быстро переключился на инфракрасный диапазон и параллельно – рентгеновский – чтобы видеть, что делается за перегородками и большими кучками мусора.
И вдруг его посетила одна страшная мысль! Он растерянно замер, ошарашенный. Вспотел. Напрягся. И неуверенно позвал про себя – Малыш? – тут же в испуге замерев – а вдруг?
Окружающая ночная тишина звенела в его ушах. Он прождал минуту, другую. Тихо.
Глупая идея, – поморщившись укорил он себя, неловко вытирая пот. – Миры ведь разные. Понадеялся, что тот мир смог проникнуть и в этом, – усмехнулся он про себя, продолжив свой путь. – Решил идти легким путем.

А вот и крысы. Огромная масса, облепившая потолок и стены. Звери были неподвижны. Внимательно смотрели на него черными, в инфракрасном диапазоне, бусинками глаз. И крысы были везде – за перегородками, за перегородками после перегородок, и так далее. И даже под полом и за потолком.
Сергей остановился.
Как с ними попробовать общаться, он давно уже решил про себя. И возлагал на это очень большие надежды – так как других путей общения он не знал.
Сергей еще раз оглядел окружавших его зверьков. Вздохнул и решительно дотронулся до стены рукой.
– Я ваш друг, – попробовал он передать свою мысль, представляя как невидимые волны вылетают из его головы, пробегают по руке, исчезают в стене и разбегаются ко всему зверью. – Я пришел с миром.
Замер, старательно прислушиваясь. Тихо в ответ.
Он повторил снова и снова, каждый раз прислушиваясь в ожидании ответа. Но каждый раз было тихо. Звери не шевелились, и не моргали, все‑также напряженно глядя на него тысячами немигающих черных бусинок.
– Я хочу предупредить вас, что если вы пересечете черту, то многие из вас погибнут! – наконец в отчаянии мысленно выдохнул он, переживая свою неудачу.
И в его голове вдруг вспыхнуло далекое воспоминание – нашествие крыс в жилые сектора базы, частые взмахи железных обрезков, раздробленные крысиные черепа, потоки крови, струящиеся по коридору и сливающиеся с другими такими же потоками…
– Почему ты подумал, что мы сделаем это? – вдруг услышал он бесцветный голос в своей голове. На мгновенье ему показалось, что это сам Властелин разговаривает с ним. Или это крысиный король? Или это вообще не крыса! Вдруг у них есть свой хозяин? Но расспрашивать об этом не стал.
– Я это просто знаю, – ответил он. – У меня – дар. Я также знаю и то, что вас кто‑то вытесняет. Кто это? Назовите его. Я хочу вам помочь.
Он хорошо помнил – в прошлое свое посещение крысы привели его к плесени. Но вот зачем? С какой целью, он так это и не понял. Показать что именно плесень их вытесняла? Но это очень уж странно – спокойно прийти к тем, кто тебя вытесняет. Но и все же.
– У него нет названия, – послышался глухой ответ.
– Тогда опишите. Или передайте его изображение.
– У него нет ни описания, ни изображения.
И Сергей задумался, понимая, что он в тупике. Как еще можно узнать, что это за напасть? И тут его осенило.
– Скажите, где я могу встретиться с ними?
Где в тот раз была плесень он хорошо помнил. Но он просто хотел уточнить – не ошибся ли он в своих предположениях. Точно ли это они? И если да – то каким образом плесень смогла вытеснить огромадную стаю диких зверей?!
Ответ он не понял. Ни единого слова. И когда голос в его голове замолчал, он задумался. Что делать? Плюнуть на все? От судьбы ведь не уйдешь. Но тогда крысы совсем скоро устремятся к людям и еще более массово помрут в огромаднейшей бойне.
Сергей снова вспомнил моменты кровавого побоища и его затошнило, словно это было вчера.
Такого развития событий он допустить не мог.
– Ну тогда, – решительно вскинул голову Сергей, смотря на крыс, замерших прямо перед ним. – Проводите меня в это место!
Замер в ожидании ответа. Крысы молчали. Ну или молчал тот, кто умел общаться с ним, и по‑видимому имел какую‑то власть в крысином обществе.
– Тебя проводит… – прозвучал голос и назвал что‑то непроизносимое.
И тот час с ближайшей стенки неторопливо спустился гибкий зверек и уверенно приблизился к Сергею.
Он вздрогнул. У крысы на лбу было знакомое по форме пятнышко.
Однако! Наверняка ведь – оранжевое! – только и подумал Сергей – в инфракрасном диапазоне цвета были совсем другие.
Помедлив, Крыс‑провожатый быстро развернулся, словно повинуясь невидимому приказу, и уверенно направился в сторону наружной обшивки базы. Сергей пошел за ним, внутренне напрягаясь – что за опасность ждет его впереди?! Да такая, что сами крысы предпочли смерть от рук людей, лишь бы только не возвращаться!

В совсем заброшенном помещении, с покореженной арматурой и гнутыми перекрытиями, Крыс вдруг развернулся и исчез.
Сергей понял – пришли. Огляделся более внимательно во всех своих диапазонах.
На стенах что‑то серебрилось. Чем‑то они были покрыты. Каким‑то странным составом. Темные углы. Что‑то там еле заметно шевелилось. Кто‑то там скрывался. И он уже понял – кто.
– Я пришел к вам с миром! – попытался передать он свою мысль, взявшись за свисающую с потолка арматурину.
Тишина в ответ.
Снова попытался.
– Уходи, Низший, – вдруг услышал он у себя в голове тихий и безжизненный голос.
И Сергей наконец‑то понял, что его беспокоило все это время! Люди для них – низшие существа!
Должна же быть какая‑то существенная причина так считать! Плесени чуждо гнутие пальцев. Ей не надо ничего доказывать – кто кого круче. И это еще в тот раз насторожило и испугало Сергея.
– Почему я – Низший, а вы – Высшие? – спокойно спросил он, стараясь прояснить этот вопрос. Да и знать больше о противнике – тоже хорошо. А тем более – о разумной плесени.
– Потому, что вы, люди, управляемы.
Сергей озадачился. Если он правильно понял, то плесень может управлять людьми, в том числе и им самим! И это уже очень интересно!
– Каким образом? – осторожно поинтересовался он.
– Вы, Низшие, в силу своих слабостей, вынуждены потреблять нас в надежде скрасить свою убогую жизнь, – спокойно прозвучало в ответ.
Это он о наркотиках из плесени? – заволновался Сергей, понимая, куда тот клонит и в душе боясь этого.
– И что? – на всякий случай уточнил он.
– Внутри вас частички нашего разума не теряют связи с остальным целым, – спокойно говорил голос. – И, мало того, мы через них можем воздействовать на тело человека любым образом.
Сергей похолодел.
Монотонный голос между тем рассказал, что они еще каким‑то образом могли захватывать тела – через вдыхание пыльцы, например, и еще множеством способов, которых Сергей не понял, но решил про себя, что крысы скорее всего бежали именно от этой опасности – не стать зомби.
– А я? – задал он напрашивающийся вопрос, когда голос замолчал.
Замер в ожидании. Быть игрушкой в чужих руках ему очень уж не хотелось!
– Сейчас ты – нет, – прозвучал ответ и Сергей вздохнул с облегчением. – Ты совсем другой. Ты даже сам не понимаешь, насколько ты другой. Но все у тебя может измениться.
Сергей не стал углубляться, так как их объяснения каких‑либо свойств или процессов были ему совершенно непонятны. Они, в силу своих различий, разговаривали на разных языках.
– Зачем вы вытесняете крыс с мест их обитания? – решительно обратился он. – Ведь тем самым вы обрекаете их на смерть!
– Мы не в силах избежать этого, – последовал равнодушный ответ. – Есть сила, которая уничтожает нас. И мы вынуждены от нее спасаться.
– Что это за сила? – тут же спросил Сергей. – Объясните. Может я смогу вам помочь?
– Как могут Низшие помочь Высшим? – прозвучал равнодушный ответ, хотя ему послышались нотки неприкрытого презрения.

6

Он шел к шлюпке и думал об Элоре
И вдруг его осенило. Игрушки! Как же он забыл о них! Девочке в тайную комнату! Сергей даже растерянно остановился. Они ведь уже там были! Он это точно помнил! Правда он не помнил – какие были конкретно! И где мне их взять? Заказать Властелину как необходимое оборудование? Откровенно глупо! Самому сделать – но из чего?
Впрочем…
И он тут же мысленно обратился:
– Кора?
– Да, Серж? – тут же с готовностью отозвался молодой девичий голос.
– Мне необходимо подобрать набор игрушек и бумажных книг с картинками. Но такие, которые могли бы заинтересовать как ребенка, так и компьютерный разум. Задача ясна?
– Конечно! Сколько позиций?
– Двадцать на игрушки и сто на книжки.
– Жди.
Сергей не прошел и десяти метров, как получил список. Внимательно его пролистал. Кое‑что вычеркнул – для этого он и заказывал с запасом.
После чего новый список он быстро переслал Властелину по линкеру – как довесок к вещам, необходимым для путешествия на Луну, в раздел предметов, которые могут заинтересовать роботов. Естественно, они все нужны были из натурального вещества.
Быстро получил ответ: Одобряю.

7

И вот Сергей снова оказался на границе нейтринного поля неподалеку от шлюзовой камеры. У него на плече висела объемная сумка из натурального материала.
Он кинул заранее прихваченную в баре вилку, чтобы быть уверенным на сто процентов – и она исчезла.
Все в порядке, удовлетворенно подумал Сергей, теперь к шлюпке никто не проберется, даже если будет иметь отмычку к замку шлюза. Отсутствие нейтринного поля – самая лучшая защита.
У самой границы он как обычно полностью разделся, аккуратно сложив одежду на заранее приставленную здесь табуретку, попутно ежась от озноба – без одежды было довольно прохладно, да еще это сверлящий взгляд в спину…
Ему показалось, что там, в темноте, кто‑то есть. Поперключав диапазоны он тем не менее ничего подозрительного не обнаружил, но ощущение, что на него внимательно смотрят оттуда, не проходило.
Переодевшись, он решительно переступил границу, сделав буквально два шага.
Снова огляделся в инфракрасном и рентгеновском диапазоне – чтобы уберечься от засад.
Нашел коробку. Открыл ее. И в это время в темноте послышался еле уловимый шорох.
Сергей быстро присел – на всякий случай – так как ни рентгеновское зрение, ни любое другое не обнаружило движение предметов. Скорее всего – какие‑то провокационные звуковые волны.
Замер, старательно прислушиваясь. Но все было тихо – больше никто не шумел.
Озадаченный Сергей – кто это был? Крысы? Еще какие‑нибудь существа, также живущие многие тысячи лет в зоне за нейтрино? – быстро достал из коробки и натянул шорты и ветровку, то и дело поглядывая в окружающую его недобрую темноту.
Потом обул сандалии. После чего, накинув сумку на плечи, спокойно направился к космическому боту.
Забравшись в шлюпку Сергей первым делом выложил принесенное. А именно: реальной материи – на факелы предыдущему Сергею, реальное масло для факелов и сушеные водоросли для Крыса.
Потом заглянул в топливный отсек. Проверил баки. Они были заполнены. А так как шлюпка находилась вне зоны нейтрино, топливо было на самом деле реальным – не исчезло после снятия поля.
Потом он методично обошел все отсеки, тщательно проверяя, как там обстояли дела, все ли было сделано как надо, ничего не было упущено, и ничего там не пропало.

8

Вечером у широких дверей бара "Веселый фотон" Сергей замешкался, мучительно вспоминая, что же происходило здесь в это же самое время, но в прошлый раз? Был он в баре или нет? Хорошо отлаженная память услужливо подсказала – уже не был. И Сергей решительно вошел внутрь, впрочем, на всякий случай с порога внимательно оглядев зал.
Потом быстро проскользнул к Стокеру.
Повар в своем закутке, напрягшись мощными мускулами, уверенно ставил на плиту огромную кастрюлю с очищенным картофелем.
– Ты который из Харви? – хмуро поинтересовался он, закрывая кастрюлю крышкой и включая печь.
– Самый главный, – усмехнулся Сергей.
Стокер еле заметно кивнул, принимая это к сведению.
– По твоим датчикам, – заговорил он, наклоняясь к тумбе и открывая ее дверцы. – Тебе надо будет встретиться с одним рабом, которого создают для удовольствий. Иначе не поставим.
Сергей в удивлении слегка приподнял правую бровь.
– Через него проще всего провести это дело, – пояснил Стокер, выкладывая на стол репчатый лук с чесноком. – Ты согласен на встречу?
– Полная разконспирация, – поморщился Сергей. – Но раз других вариантов нет…
– О времени и месте сообщу позднее, – добавил Стокер, закрывая крышкой кастрюлю.
Сергей кивнул. Что‑то мне надо было срочно сделать, торопливо думал он. Что‑то важное, связанное с моим прошлым посещением.
Сергей сосредоточенно потер лоб, мысленно, в бешеном темпе вспоминая, что происходило в тот раз.
Ах, да! – наконец радостно сообразил он.
– Властелин взялся за эксперимент по управлению мозгом человека, – произнес он, думая про себя, что не стоит ждать эфемерных робин гудов, которые сами все это узнают и сами станут с этим бороться, тем более, что вдруг их и не окажется на самом деле? – Подготовь свои соображения, как мы это пресечем. А я со своей стороны постараюсь узнать, где конкретно ведутся работы.
Стокер кивнул, а Сергей вдруг замер, ярко вспомнив умирающую Яну и ее вывалившиеся внутренности. И ее взгляд… И слова… Побледнел. Сердце его учащенно забилось. Сергей по привычке с силой сжал челюсти – аж за ушами заломило! Досчитал до десяти. Разжал, пытаясь успокоиться.
– Надо проделать это как можно быстрее, – с трудом выдавил он сквозь зубы, быстро вытирая пот со лба, и торопливо направляясь в зал.
Стокер снова кивнул – вслед.

В зале Сергей поспешно сел за дальний столик, все еще учащенно дыша.
Посмотрел на подошедшего официанта.
– Бутылку водки, – с трудом проговорил он. – А про все остальное ваш шеф‑повар в курсе – я с ним обо всем договорился, – добавил Сергей, снова вытирая пот со лба.
Официант только услужливо кивнул и исчез, а Сергей, напрягшись, попытался прогнать свою дрожь. Расслабившись, он взял свой организм под контроль, но ни дрожь, ни усиленное сердцебиение никак не проходили.
Тогда он попытался скользнуть вглубь себя, и только после этого понял – его трясет от нетерпения! Он просто с огромной дрожью ожидает появления "Атланта", буквально мысленно считая минуты и секунды! Он ждет появления всех своих – тех, кого он так давно не видел! И ведь осталось‑то всего лишь меньше двух местных суток! А там – все! В этот мир, к нему – одиночке, так долго живущему здесь, вывалятся Женька, Капитан и Элора‑маленькая! Да и он сам в конце концов!
На столе появилась водка, закуска. И Сергей тут же быстренько наполнил рюмку. Мгновенно выпил и снова наполнил.
Как дико медленно тянется время! – трясло Сергея. – Ведь именно с этим старым кораблем здесь появится "та" Элора, которая самая настоящая! Самая любимая! Самая‑самая! Конечно же, с Элорой‑директором он играл свадьбу в Мегаполисе, поздравлял ее с днем Рождения, защищал от спеслужб на горном курорте. Именно с ней они спасались от морлоков в Лесу, многое, что пережили в Океане. Но… все это также было и с той Элорой, которая прибудет на "Атланте". Но с той было и еще кое‑что, чего не было больше ни с одной из Элор! Ведь Сергей влюбился именно в девушку в саркофаге, носил ее, беспомощную, по космическому кораблю. Принимал участие в ее оперировании. Выхаживал. А такая – всего одна из всех инкарнаций!
И она совсем скоро появится здесь, на космической базе!
И еще – он прекрасно знал, что встретиться с ней он не сможет – она фактически все время будет либо под охраной, либо с тем, самым первым Сергеем. И какое‑то время – со вторым. Сергей вдруг ярко вспомнил, как он пришел к себе домой, в темноте разделся и плюхнулся на кровать… А там – Элора!
От воспоминаний он вспотел еще сильнее, и также еще сильнее защемило сердце. Многое бы отдал, чтобы повторить все это!
И тут же другие яркие воспоминания всколыхнули его мозг – как вскрывали саркофаг и он впервые увидел ее – свою будущую, на всю жизнь, любовь! Душераздирающий крик Женьки в рубке и Элора, стоящая над ним и покачивающаяся словно привидение. Удушье на Луне и откровенные разговоры. Свадьба, изменившая всю его жизнь…
И Сергей вдруг испугался! Испугался того, что он просто сейчас напьется, стараясь заглушить боль в сердце. Однако клин‑клином… – подумал он. – Эх, Элору бы, директора, но она сейчас с другим, со вторым, Сергеем. А больше кто здесь есть для меня близкий? Кэрол? Но ведь она – маленькая девочка Кира! Да и убьют ее, как только прознают.... Остается только Лана.
Он мысленно позвал Кору‑М и попросил соединить его с Ланой Коурис – ее линкера он не знал.
– В настоящий момент она находится на Юпитерской базе, – сообщила Кора‑М. – Соединить?
Сергей поморщился, понимая, что другого пути у него не остается – только напиться до беспамятства, чтобы все эти мысли не рвали его душу.
– Нет, спасибо, – мысленно ответил он и поискал глазами официанта, чтобы заказать водки и побольше.
И в этот момент он увидел Наложницу.
Она сидела в гордом одиночестве. Лениво потягивала через длинную тонкую трубочку ядовито зеленый коктейль. И одеждой и осанкой и движениями – все такая же утонченная, какой он видел ее в последний раз в Мегаполисе.
Глядя на разукрашенное по последней моде лицо девушки он вдруг вспомнил, что уже видел ее. В прошлое свое посещение базы. Тогда к нему подошла женщина в таком же макияже и произнесла это слово – Наложница. И из‑за этого макияжа он потому и не узнал ее там, в Подземке. Женщин в таком прикиде вообще невозможно узнать!
Решительно поднялся со своего места. Подошел – с ней ведь он тоже пережил много опасностей, которые их сплотили, и она невольно тоже стала в какой‑то мере ему близка.
– Добрый вечер, – вежливо поздоровался он. – Разрешите?
– Добрый вечер, – просто ответила она, не удивляясь, хотя с их последней встречи прошли тринадцать тысяч лет. – Присаживайтесь.
– Чтож вы не убереглись‑то? – искренне поинтересовался он, занимая стул напротив. Было очень уж жалко, что она умерла такой совсем уж молодой. – Увидеть вас здесь в таком молодом возрасте я, признаться, ну никак не ожидал!
Она подняла на него свои большие глаза. Какое‑то время задумчиво смотрела, совершенно при этом не мигая.
– А я как раз наоборот, – спокойно произнесла она. – С вашим‑то образом жизни, с вашим неуемным желанием лезть наперекор сильным мира сего – вам здесь как раз и место, и именно в этом возрасте – никак не позже, – спокойно, на полном серьезе добавила Наложница, продолжая лениво потягивать ядовито‑зеленый ликер.
Сергей грустно кивнул, делая знак официанту.
– Но и все же, – настойчиво добавил он – судьбу Давора знать очень уж хотелось – почему все‑так неожиданно получилось! – Я вам вверил пациента, в смерти которого был сам очень сильно заинтересован. И вдруг – на тебе! – встречаю его здесь?!
Сергей вопросительно просмотрел на девушку.
Наложница посмотрела на Сергея, подумала, потом сосредоточилась на соломинке, сделала пару задумчивых глотков, снова посмотрела на Сергея.
– У Давора оказались очень серьезные покровители, – наконец просто ответила она, убирая бокал. – Деньги большие. Кто‑то из своих меня и предал. Я и сообразить ничего не успела.
Сергей сочувственно кивнул.
– А вас как угораздило? – в свою очередь поинтересовалась она.
– У меня все совсем другое, – пожал он плечами. – Вы чем здесь занимаетесь?
– Я? – протянула она, вдруг замявшись. – Да как вам сказать… Сама не пойму. Вроде как бы и секретарша. Но, судя по работе, и не секретарша.
Заметив его вопросительный взгляд, она чуть заметно усмехнулась и еще менее заметно отрицательно повела глазами.
– Но и не эскорт‑сопровождение, – добавила Наложница. – В общем, я пока не разобралась. А вы чем занимаетесь?
Девушка без всякого интереса посмотрела на Сергея и на этот раз задумался он.
– Я принимаю участие в физических опытах над нейтрино, – наконец сформулировал он свой ответ.
Ее брови чуть‑чуть вздернулись в легком недоумении.
– Однако трудновато связать два этих понятия – вы и наука, – произнесла она, снова обхватывая своими полными губами длинную соломинку. Грациозно‑старательно глотнула. – Скорее всего вы ассоциируетесь со стрельбой и быстрыми кинжальными рейдами.
На этот раз Сергей в удивлении посмотрел на свою собеседницу. С одной стороны ее мысли, конечно, были странны. Но… она ведь его другим‑то и не видела. И он тут же вспомнил заброшенную ракетную базу, блуждании в темных штольнях и переходах, где с высоты подземелья противно капала вода, и Наложница, сжавшаяся от холода, неподвижно сидит у полуистлевшей вагонетки…
– Давор тоже здесь, – зачем‑то заметил он.
– Я видела, – равнодушно ответила женщина.
Сергей задумался о дальнейшем продолжении беседы. Наложница тоже молчала, задумчиво потягивая коктейль и глядя куда‑то мимо Сергея.
– Ко мне? – наконец прямо спросил он, прерывая затянувшееся молчание. – Или к вам?
Женщина слегка удивленно посмотрела на него, даже не вздрогнув от такого вопроса, и только ее брови буквально чуть‑чуть приподнялись вверх, пристально глядя на своего собеседника. Но Сергей спокойно смотрел на нее в ожидании ответа и глаз не отводил.
Тогда она задумчиво посмотрела куда‑то мимо Сергея. Потом, неуловимо пожав плечами, чуть заметным взмахом пальцев подозвала к себе официанта.
– Водки, шампанского, клубнику в сливках, копченую медвежатину и эклеров, – небрежно заказала она. – Все – с собой.
Официант уточнил количество и с готовностью исчез, а она снова замерла.
Сергей молчал. Молчала и женщина, сидевшая напротив него. А я ведь даже не знаю ее имени! – вдруг с удивлением подумал он. – Хотя мы столько с ней испытали!
Наложница по‑прежнему не шевелилась и, по неловким ощущениям Сергея, глаза ее совершенно не моргали.
Неловко как‑то, наконец подумал Сергей, непроизвольно поискав глазами водку – как стопроцентное средство для разрешения любых щекотливых ситуаций. Естественно, не нашел. Сказать что‑нибудь? – снова подумал он. – Но я вроде и так задал ей вопрос. Теперь ее очередь.
Он зачем‑то поправил скатерть, под ее неподвижным взглядом чувствуя себя не в своей тарелке. Хоть она и смотрела поверх его плеча, но и все же! Поерзал на стуле, посмотрел вправо‑влево. А женщина по‑прежнему сидела не шевелясь, абсолютно не мигая глядя поверх плеча Сергея, и от этого взгляда ему становилось все дискомфортнее и дискомфортнее.
Не зная, что и делать, Сергей тоже замер, тупо глядя строго в середину стола – чтобы не видеть ее глаз, – и стараясь не мигать, так же как и она.
Наконец официант принес два огромных пакета.
– Занесите в автокар, – произнесла женщина, переместив свой взгляд на официанта. – Номер восемь‑два‑пять.
– Будет исполнено, – кивнул официант и снова исчез.
И на этот раз Наложница посмотрела прямо в глаза Сергея своим странным немигающим взглядом.
– Вы по‑прежнему ждете ответа? – спросила она и Сергей, вдруг смутившись, порывисто поднялся, уронив при этом свой стул, подошел к ней и когда женщина стала медленно приподниматься, аккуратно отодвинул ее стул. Она встала и молча направилась к выходу. Сергей также молча последовал за ней.
Понятно, почему ее так упорно держали в наложницах, – вдруг подумалось ему, глядя на ее спину и гордую осанку. – Решительно бросить эту властную надменную женщину в постель и хотя бы просто лечь на нее сверху – это само по себе уже будет огромным удовольствием.
У самого выхода он ее поспешно обогнал и открыл дверь. Женщина величественно прошла, даже не кивнув в знак благодарности.
Вышли на парковку местного транспорта. Она остановилась возле одного из ближайших автокаров. Сергей послушно замер за ее спиной.
– Садитесь за руль. Едем к вам, – просто сказала Наложница, даже не обернувшись. – Не хочу нарушать мои покои. Не было в них мужчин и не будет.
Он открыл дверь перед женщиной и она неторопливо и грациозно опустилась на мягкое сиденье. Подняла ноги, плавно занесла их внутрь салона, плотно сжимая коленки. Сергей закрыл дверцу, обошел машину и сел на место водителя – за руль.
Медленно тронулись.
Всю дорогу она смотрела в окно, на серые стены, на редкие огни. Молчала. Молчал и Сергей, не зная, что говорить. Да и зачем?

498

1

Сергей мгновенно проснулся. Было очень уж раннее утро. Фактически еще ночь. Сначала он не мог понять, что же его так сильно встревожило?! Наложница, прикорнув на его плече, тихо дышала, и с ней все было в порядке. Он внимательно прислушался, замерев, чтобы ничего не пропустить, попутно переключая зрение на разные диапазоны. Вокруг них тоже все было спокойно – многочисленные скелеты тихо лежали в своих комнатах‑ячейках, и никто не крался, никто не устанавливал мины. Озадаченный Сергей сверил время со своими внутренними часами и наконец сообразил! Тот, второй Сергей, после страстной и нежной ночи с Элорой, прямо сейчас будет делать ей предложение и получит оскорбительно‑насмешливый отказ. И вот этот отказ потом кровавым рубцом ляжет на его душу – на всю его последующую жизнь! По крайней мере он дает о себе знать и по сей день, в эту самую минуту, хотя прошло уже так много времени и промелькнуло так много событий! Но тем не менее сердце при этих воспоминаниях все время неприятно ноет.
Спать он больше не мог, мысленно переживая все это заново – причем, довольно ярко. Лихорадочно поднялся.
– Рано еще, – пробормотала Наложница, лениво потянувшись.
Он ничего не ответил. Не включая свет (инфракрасное зрение еще не отключил), босоногий, по холодному железному полу прошел на кухню. Уверенно подошел в кромешной темноте к холодильнику. Открыл, осветив маленькое помещение. Достал водки. Хотел сначала выпить из горла, но передумал – ну не настолько‑же все‑таки ему плохо!
Нашел в настенном шкафу рюмки. Сначала взял маленькую, но потом передумал и выбрал стограммовую. Медленно наполнил. Медленно закрыл бутылку. Не спеша убрал ее в холодильник. Закрыл дверцу, оставшись в полной темноте. Взял стопку. Неторопливо поднес ее к губам, мысленно видя ту, вторую комнату, у которой Эдик в соседях, и себя на кровати, и Элору рядом под одеялом. За тебя, грустно произнес он, адресуя тост тому, второму Сергею, пока еще глупому и счастливому, и который вот в это самое мгновенье, переполненный счастьем и радостными эмоциями, собрался сделать предложение любимой женщине.
И Сергей резким броском мгновенно осушил стопку – в один глоток.

2

Направляясь в бар он вдруг впереди увидел самого себя, бесцельно прогуливающегося по коридорчику. Сергей замер, почему‑то разволновавшись. Ведь это он там шел, на самом деле и в свое время, а никакой не двойник!
Ну да, после отказа Элоры я в баре пил водку со Стокером, ярко вспомнилось ему, пока он следил за подавленной фигурой. И Сергей снова расстроился, непроизвольно жалея и того Сергея, заливающего водкой насмешливый отказ, и себя самого.
Дождался, когда Сергей из прошлого скроется с глаз, и решительно проскользнул в бар.
Быстро окинув глазами помещение – мало ли какие могут оказаться сюрпризы! – он также быстро прошел к Стокеру.
– Привет, – сказал Сергей, тщательно закрывая за собой дверь.
– Виделись уже, – буркнул шеф‑повар, убирая стаканы из под водки. – С тобой я пить не буду.
– Я и не собирался, – ответил Сергей. – Как результаты проверок?
– Вполне успешны.
– Тогда вот еще что, – сказал Сергей. – У тебя на кухне необходимо сделать потайную комнату для маленькой девочки. И как можно быстрее.
Стокер удивленно вскинул брови.
– Так надо. На пару другую дней, – добавил Сергей, прикинув, что на больший срок она не понадобиться. Победят восставшие или проиграют – в любом случае девочка выйдет оттуда – по своей воле или по чужой.
И они быстренько и подробно, в деталях, разработали план потайной комнаты – туалет, вода, доставка еды, маскировка люка.
– Ты что‑нибудь разузнал про управление человеком? – озабоченно спросил Стокер.
– Узнал, – кивнул Сергей, невольно смутившись – ведь на самом деле он не выкроил на это ни минуты. Да и у кого спрашивать об этом? И тут до него дошло.
Кора‑Эм? – мысленно позвал он, невольно вспомнив тот истошный вопль, который она издала, когда он впервые обратился к ней в этом мире – сразу же после своего появления. "Как долго я тебя ждала!" – орала она тогда. – "Ну где ты был! Я вся уже отчаялась! Но ты же обещал вернуться – и я ждала‑ждала‑ждала!.."
– Шестой ярус, лиловое крыло, комната 31‑118, – тут же отозвался в голове женский голос.
– Спасибо, – несколько расстроенно поблагодарил он и передал Стокеру полученную информацию. – Это приблизительно где‑то возле лаборатории Эдика, – добавил Сергей, вспомнив о взрыве вечером 502‑го дня, и соображая, что он только‑что приговорил к смерти медсестру Еву.

Войдя в зал он поискал глазами Реника. Вон он – сидит на своем любимом месте, под лестницей. Сергею захотелось поговорить именно с ним – с надежным, спокойным и много повидавшем Густавом.
Сергей неторопливо приблизился.
– Привет, – сказал он, берясь за спинку стула.
– Привет, – кивнул Густав, грызя редис и явно закусывая им свежевыпитую водку.
На столе перед ним стоял пустой читок водки, одна редиска и маленькая горка соли.
Сергей присел. Тут же появился официант. Хорошо зная своих завсегдатаев, он услужливо выставил на стол запотевший графинчик с водкой, чистый стограммовый стакан и блюдечко с маринованными маслятами.
– Бифштекс с яйцом, – заказал Сергей, подумав, что давно его не ел. – Два бифштекса.
Официант тут же бесшумно удалился, словно его и не было.
Старый Реник ткнул редисом в горку соли и снова с хрустом откусил.
– Густав, – вдруг сказал Сергей. – А ты хочешь уехать из этого мира? В другой, гораздо лучше?
И на его недоуменный взгляд, пояснил.
– Туда, ко мне. В мой мир. Вместе со мной.
Густав внимательно посмотрел на Сергея. Задумался. Посмотрел на огрызок редиски в своей руке. Ткнул его в соль. С хрустом откусил.
– И кем я там буду? – наконец произнес он.
Подождал ответа.
– Никем, – спокойно продолжил он, усмехаясь. – Здесь у меня друзья, здесь я за тысячелетия заработал хоть какую‑то репутацию. В этом мире у меня много памятных мест, с которыми связаны те или иные воспоминания. А там, у вас, я вынужден буду все начинать с нуля. Причем, с абсолютно чужими мне людьми, в абсолютно чужом мне мире.
И Сергей только кивнул, молча наливая водки. Впрочем, сам пить не стал, только губы смочил, дожидаясь бифштекса, который вскоре и появился на столе.
– Ты не торопись, подумай хорошенько, – промолвил Сергей, макая хлебом в мягкий желток. Откусил, отломил вилкой кусочек бифштекса, отправил его в рот, наслаждаясь сочетанием – хлеб, желток и котлета.
Густав отчего‑то грустно посмотрел на Сергея и только пожал плечами, макая половинкой редиса в соль и ближе пододвигая к себе большую тарелку с бифштексом.
– По‑моему, твой двойник меня не узнает, – зачем‑то сказал он.
– Само собой, – ответил Сергей, энергично орудуя вилкой. – Он еще не знает, что ты – это Густав!
– Ясно, – кивнул Старый Реник, многозначительно покосившись на бутылку.
– А будет еще третий, который никогда не жил в шестом округе и не работал инспектором, – сказал Сергей, тут же беря водку в руки и выискивая на столе стаканы.
– Вон оно как! – протянул Густав, торопливо пододвигая свой стакан поближе к Сергею. – А мисс Дебюсси?
– А ее он уже знает, – поморщился Сергей, разливая водку.
Густав тут же взял свой стакан.
– За что пьем? – поинтересовался он.
– За любовь, – сказал Сергей, все еще остро вспоминая обидный отказ Элоры.
Густав пожал плечами. Чекнулись. Быстро выпили. Оба – до дна.
Какое‑то время Сергей ловил вилкой скользкие грибочки. Потом, решившись, поднял голову.
– Слушай, расскажи в конце‑концов, как все‑таки погиб Закир!
Замер. Замер о чем‑то размышляя и Густав, прекратив энергично кромсать бифштекс.
– А вы действительно хотите знать, как погиб Закир? – наконец спросил он, внимательно глядя на Сергея.
И тот понял, что не хочет. Ведь пока он этого не знает, для него Закир все еще жив. Такой вот самообман. Да и смысла в этом нет никакого – помочь Закиру он ничем уже не сможет.
И Сергей только согласно кивнул, снова берясь за бутылку. Наполнил рюмки
– Повезло тем, кто рано умер, – грустно вздохнул Густав, беря свою. – Таким как Коурис. Очень уж повезло! Тысячи раз тысячелетиями они все время появляются молодыми. И для них, естественно, все самые важные посты! А я – те же тысячи лет – только одним сплошным стариком! И для меня – либо сторож, либо уборщик! Это ли не ад?!
Он посмотрел на молодого Сергея и тот поспешно протянул ему свою рюмку.

3

Был обеденный перерыв. В кабинете у начальника физического отдела на просторном, во всю стенку экране Сатурн, выплывая из тьмы во всем своем великолепии, медленно заполнял собой все видимое пространство, и мало того, даже умудрился вылезти за рамки экрана.
Местный супер‑эффект, – догадался Сергей, наблюдая, как край планеты со своими кольцами наполз на дверь и потолок.
– Давно хотел спросить, – поинтересовался Сергей у Коуриса, неторопливо двигая пешку по f‑вертикали. Убрал руку. Поднял глаза. – Зачем ты покончил жизнь самоубийством? – спокойно продолжил он. – Что явилось твоей главной побудительной причиной? А то, честно говоря, всю жизнь это не дает мне покоя, – добавил Сергей, виновато разведя руками. – Сил больше никаких нет.
Коурис вдруг равнодушно пожал плечами, вдумчиво разглядывая шахматную доску.
– Юношеские эмоции, наверное… прямолинейность и бескомпромиссность. Сильно я тогда спасовал перед настоящими реалиями жизни, – чуть поморщившись, ответил он и вдруг посмотрел на часы. – А сейчас, Серж, извините, у меня обед с вашим двойником.
Да, точно, вспомнил Сергей, обед дома у Коурисов, неожиданное появление Ланы, искренне обалдевшей от этой встречи, а он тогда ничего и не понял, и даже ее не узнал.
– Партия записана, в следующий раз мы ее продолжим, – добавил начальник физ‑отдела.
Сергей кивнул и молча вышел из кабинета.

4

Он долго шел замысловатыми лабиринтами коридоров, пока не нашел подходящий темный тупичок. Сел прямо на пол, облокотившись на стенку. Постарался расслабиться и унять дрожь, возникшую утром и неотвратимо преследующую его весь день. Закрыл глаза. Как это все‑таки тяжело – ходить по кругу своей жизни, ступать по тем же самым тропинкам, по которым ступал и раньше.
Сергей слегка поерзал, принимая более удобную позу.
Никто не хочет лететь со мной, горестно подумал он. Хоть это и понятно. Этот мир – их родной, каким бы он не был.
– Кора‑Эм! – вдруг резко позвал он.
– Да, – тут же услышал Сергей.
– А ты бы хотела переместиться вместе со мной в другой мир? – спросил он, почему‑то холодея. Она хоть и компьютер, но компьютер на искусственных элементах, а он – такой же, в принципе, компьютер, только на нейронах – вот и вся разница. В итоге каждый из них имеет право на счастье. К тому же он знал, что при его побеге Властелин быстро вычислит, кто ему помогал. А мы своих в беде не бросаем. – В мир, где тебе могут дать человеческое тело, – добавил Сергей уже более убежденно. – Например, в виде девушки с веснушками – этакой ветреной и молодой.
– Человеческое тело? – услышал он в ответ. – Неожиданно как‑то. Я даже и не думала об этом.
Судя по голосу – она сильно разволновалась.
– Но и все же, – настаивал Сергей.
– А это будет интересно?.. Я пока не могу себе этого представить!… И что? Меня будут обнимать мужчины? Возможно, даже целовать?!
Пауза.
– И я смогу ходить по полям и нюхать цветы? – осторожно прозвучало в ответ.
– Конечно, – неуверенно ответил он.
– Наверное, было бы интересно попробовать.
Ну хоть кто‑то… – почему‑то с еще большей горечью подумал он.

5

Сергей вскочил на край самодвижущейся дорожки. Быстро перешел на голубую полосу. Сергей твердо решил узнать мнение Элоры‑директора о прошедшей ночи. Почему она все‑таки отказала? Да еще так обидно! Очень уж хотелось это знать.
Ричард, дежуривший на входе, вежливо кивнул, пропуская внутрь.
Дверь в квартиру Элоры была слегка приоткрыта. В прихожей Элора его не встречала. Только он собрался было крикнуть – есть кто дома? – как раздался сигнал вызова с пульта охраны.
Появилась Элора. Растерянно посмотрела на Сергея.
– Второй Сергей, – произнесла она, посмотрев на экран.
Нажала на невидимую кнопку.
– К вам господин Харви, – доложил Ричард.
Элора задумалась, внимательно и как‑то даже виновато посмотрев на Сергея. А он замер, быстро вспоминая всю эту сцену, которую он видел теперь совсем с другой стороны.
– Я не хочу его видеть, – наконец ответила Элора в невидимый микрофон.
И Ричард отключился.
А я сейчас от двери, которую мне так и не открыли, пойду в бар и напьюсь с горя, промелькнули яркие воспоминания, и он снова невольно расстроился.
Элора посмотрела на отключившийся пульт связи и вдруг обхватила его шею правой рукой.
– Пойдем, – прошептала она. И, видя, что он замер в прихожей, потянула его более решительно. – Ну пойдем же! Не упрямся, глупый!
И столько в ее голосе было нежности и страсти, которой Сергей давно уже не слышал от нее, что он тут же покорно потопал внутрь квартиры.
– Извини, у меня не прибрано, – почему‑то судорожно шептала она, хотя Сергей и не видел никакого беспорядка. – Ложись на кровать. Расслабься. Я сейчас…
И Элора, сильно краснея, поспешно скрылась в ванной.
Сергей задумчиво посмотрел ей в след. Потом – на кровать. Интересно – и как это понимать? – озадаченно подумал он.
Постоял какое‑то время, прислушиваясь к шуму воды. Не мешало бы и мне ополоснуться, подумал он. Потом пожал плечами. Неторопливо разделся и лег под одеяло, старательно укутываясь со всех сторон – как в детстве.
Не успел он продумать, как ко всему этому относиться и как себя вести, как Элора вышла из ванной – почти обнаженная, гордая, ужасно красивая. В очень уж легком костюмчике медсестры. Медленно ступая, как умела делать только она одна, подошла к кровати, и каждый ее шаг и покачивание ее директорских бедер неимоверно сильно возбуждало его.
Нереальной красоты девушка вдруг словно школьница смущенно улыбнулась, неуверенно скользнула под одеяло, несмело прижалась к нему.
– Я – твоя рабыня, – прошептала она ему в ухо, энергично поглаживая его живот. – Делай со мной что хочешь! Я так ждала этого! Я ни в чем не буду тебе сопротивляться!
И Сергей много‑много раз овладел ею, только потом поняв, что на самом деле в вопросе – как, куда и в какой позе она полностью управляла им.

А потом они отдыхали, оба тяжело дыша, но в порыве остатков страсти продолжая поглаживать друг друга..
– Давно тебя хотел спросить – почему ты вчера отказала моему двойнику. Да еще в такой обидной форме? – Сергей, повернувшись, внимательно посмотрел на Элору. Этот вопрос мучил его все это время и давно уже не давал ему покоя. Фактически с этого отказа все и началось!
Элора удивленно посмотрела на него.
– Глупый, – улыбнулась она, приподнимаясь и нависая над Сергеем, и соски ее грудей касались его груди. – Все очень просто – у меня есть ты.
И она радостно поцеловала его. А Сергею вдруг стало вдвойне обидно, так как оказывается она отказала Сергею, потому что любила Сергея, но только из другого времени.
Ну да, растерянно подумал он, я ведь появился раньше нее. Потом появилась она, а уж потом – второй Сергей.
– Ты отказала нам обоим, – наконец нарочито спокойно произнес он. – И мы оба сильно обиделись.
– Но ведь тебе я не отказывала! – в расстройстве воскликнула Элора, подаваясь вперед. – Я ведь тебе была верна! С самого своего появления на базе!
Сергей замер, не зная, что на это и возразить.
– Но ведь он – это я?! – попытался возразить он, резко переворачиваясь на правый бок и попутно переворачивая вместе с собой и обнаженную Элору. – Ты ведь отказала мне самому! Знаешь, как я обиделся тогда?! До сих пор меня колбасит!
Элора удивленно посмотрела на него.
– Серж, – растерянно прошептала она. – Я тебя люблю. Я тебе верна. Что еще ты от меня хочешь?
И он промолчал, не найдя, что ответить. А ведь действительно – чего?
– Я‑то чем перед тобой виновата?! – растерянно выкрикнула Элора, чуть не плача.
И Сергей решительно прижал к себе ее обнаженное тело, плавно нависнув над ней и раздвигая своими коленками ее расслабленные ноги.
– Извини, я просто недодумал, – виновато произнес он, медленно двигая бедрами и стараясь успокоить свою жену. Поймал себя на том, что на самом деле в ее отказе виноват только он один, и что сейчас не это главное, а главное то, что он уже думает о той, другой Элоре, что появится вместе с "Атлантом", и что он в огромаднейшем нетерпении ждет ее! Именно ее! Ее одну! Снова дико хочет ее увидеть!
Элора послушно подалась ему навстречу, двигаясь в том же ритме. И вскоре они поймали друг друга… И продолжили…
А потом снова отдыхали.
Однако она любит именно меня, вспоминая ее слова и расслабленно прижимая к себе еще более расслабленную худенькую девушку, радостно думал Сергей. Меня, а не кого‑то другого из нас троих.
И вдруг он насторожился. Что‑то здесь было не так. И он, вдруг растерявшись, принялся энергично вспоминать всю прошедшую сцену. Вот она лежит после секса, и ноги ее до сих пор раздвинуты. Вот он задал вопрос. Вот она стала отвечать… Стоп! Ее взгляд!
Сергей замер на мгновенье, стараясь успокоить возникшее сердцебиение.
– Ну а на самом деле как обстоят дела? – как можно спокойнее постарался произнести он, старясь не глядеть на Элору.
Молчание. Сергей терпеливо ждал, усиленно, до боли в сердце, борясь со своим диким волнением.
– Ну чтож, – наконец произнесла Элора с какой‑то странной интонацией, меняясь на глазах. – Если ты хочешь, то на самом деле я влюблена во второго Сергея. Тот который не имеет никакой власти и ничего не может. А тебе я отдаюсь просто, как своему начальнику.
– Так почему ты тогда ему же и отказала? – в первое мгновенье растерялся Сергей.
– Да потому и отказала, – тихо ответила она.
– Но ведь он – это и я тоже? – искренне удивился Сергей. – Мы же – один и тот же человек!
Элора только усмехнулась.
– Завтра придет этот один и тот же человек. И займется со мной сексом. И это будет ужасно приятно. В отличии от тебя.
Элора спокойно посмотрела на него.
– Ты хотел знать правду, – тихо, но уверенно промолвила она. – Я ее тебе сказала.
И после паузы, совсем тихо, и почти виновато добавила.
– Кто же на самом деле искренне любит своих начальников?

6

Сергей устало шел к "Веселому фотону". На боку у него болталась сумка с игрушками. Как ему все это надоело! Надоело обманывать своих! Использовать их в темную! Видели бы его Женька с Капитаном – вообще перестали бы разговаривать!
Он поморщился. Как я опустился! – думал Сергей, идя полутемным коридором.
На подходе он вдруг быстро скользнул в темную нишу – трое мужчин вышли из бара. И это были Густав, Ларри и Сергей‑предыдущий.
Сергей‑старший затаился. Дверь бара снова открылась и показалась Кэрол. Девушка заговорила с мужчинами.
Помню, она позвала меня ее проводить, почему‑то с горечью подумал он. А потом ее убьют.
Он замер в ожидании, когда они все уйдут.
Я тогда был глуп, как пробка, – размышлял Сергей, глядя на самого себя, глупо улыбающегося, и на легкую и воздушную Кэрол. Легко поддавался женским чарам. Отказать вообще никому не мог!
Сергей судорожно вздохнул, краснея.
Какой же я был болван! Как же со мной тяжело приходилось Элоре! Обеим!
Густав и Ларри ушли в одну сторону, а Кэрол и ее спутник – в другую. И только после этого Сергей вошел в бар.
– Как потайная комната? – первым делом спросил он у Стокера, проникнув в его обитель под очередным гастрономическим предлогом.
– В процессе.
– Я тебе помогу, а то она совсем скоро понадобится.
Вдвоем они быстренько отделили небольшой уголок возле мойки. Наставили щиты. Заклеили их пленкой – точно такой же, которая обтягивала стены кухни. Стыков стало совсем не видно. Вход в тайную комнату сделали через шкафчик под мойкой.
– Унитаз и умывальник я уже сам установлю, – сказал Стокер.
А потом он вытащил из сумки детские игрушки и книжки с картинками.

Следуя инструкциям Стокера, Сергей долго поднимался по узким винтовым лестницам. Потом вышел на узкую площадку. Посмотрел вниз, на хаотичное нагромождение железных конструкций далеко у себя под ногами. По узкому мостику пересек эту бездну и оказался у маленькой двери.
Только он сунул руку в карман за отмычкой, как вдруг заметил, что сбоку от двери пробивается свет – она уже была приоткрыта.
Сергей настороженно замер, обдумывая эту ситуацию. Это раб ее приоткрыл, откуда‑то зная, что я приду? Вряд ли. Он ведь – раб, а, значит, дверь открыть он не может.
А тут Сергей услышал и голоса.
– Ну что, говнюк, – говорил, судя по голосу, Толстяк. – Тебе понравилось, как я тебя отодрал?
Пауза.
– Что молчишь, педрило?
Послышалась возня, стоны…
– Понравилось, – донесся слабый голос. Явно – тоже Гутче Райнера.
Сергей озадачился.
– Вон тебе резиновый шланг, – надменно произнес первый голос. – Разминай свою задницу, а то она у тебя больно тугая – мне не нравится. А через час я тебя навещу. Понял?
Снова тишина. Потом – удары. Причем – и кнутом, и палкой.
– Ну? Я жду ответа!
Снова удары.
– Понял, – наконец выдавил второй.
– То‑то же, – удовлетворенно произнес первый голос, раздались уверенные шаги и Сергей поспешно огляделся, сообразив, что обладатель этого голоса явно вошел в эту дверь и теперь, скорее всего, из нее и выйдет.
Он искал, куда бы ему здесь спрятаться.
Но… Узкий навесной мостик упирался прямо в стенку, прямо в дверь. Повиснуть под мостом – пол не сплошной, будет видно. Сергей глянул наверх. Ага! Крепежный швеллер в полутора метрах над дверью. Сергей быстро уперся ногой в оградительный леер мостика, резко подпрыгнул, ухватился за швеллер, торопливо подтягиваясь и судорожно поджимая ноги. И в этот момент дверь стремительно распахнулась и на мостик вышел Толстяк, он же куратор института.
Все так же решительно Гутче Райнер зашагал по шаткому мостику, и Сергей, вися на одних руках, сверху наблюдал за ним, прикидывая про себя – а если он обернется и увидит меня, тогда мне придется его убить. Но, к счастью Райнера, тот так и не обернулся.
Сергей, конечно, мог и сразу убить Толстяка, еще в помещении. Но тогда бы он привлек внимание к себе и рабу. И на использовании раба можно было поставить крест.
Сергей, все еще вися на руках, дождался, когда Толстяк исчезнет из виду, и очень аккуратно опустился вниз. На этот раз дверь была, как ей и полагалось в помещениях с рабами, закрыта.
Сергей, оглянувшись на всякий случай – не идет ли еще кто – решительно вставил отмычку. Открыл замок за десять секунд. Быстро распахнул дверь, быстро скользнул внутрь, и быстро захлопнул ее за собой. Замер.
– Ты кто? – услышал он откуда‑то справа.
Повернул голову. Гутче Райнер, только больно худощавый, весь в цепях, сидя в углу на полу на коврике и держа обрезок резинового шланга, настороженно следил за ним.
– Я – враг того, кто только что вышел отсюда, – решительно ответил Сергей. – И для борьбы с ним мне нужна твоя помощь!
Худенький Райнер растерянно посмотрел на Сергея из своего угла. Потом посмотрел на дверь за его спиной, потом снова на Сергея.
– Но как? – тихо промолвил он. – Ключ ведь только у Хозяина.
– У тебя самого, хотел ты сказать, – постарался Сергей задеть узника за больное место, чтобы разозлить.
И действительно, раб вдруг вспыхнул.
– Бл..ь, сволочь пузатая! – резко выдохнул он, судорожно взмахивая руками (на которых тоже висели цепи). – Чтоб он сдох!
– Вот про это у меня как раз и просьба, – спокойно заметил Сергей, облокотившись на дверь – хоть раб и на цепи, но вдруг та недостаточно короткая и ему захочется выйти наружу? И тогда он больше ни о чем думать не сможет, чего Сергею очень уж не хотелось.
Гутче Райнер, беря себя в руки, старательно оглядел Сергея, несколько раз глубоко вздохнув, успокаивая сердцебиение. Был он весь жилистый и подвижный, словно сгусток энергии. Огляделся. Сидя на коврике, откинулся назад, облокотившись на стенку.
– Я вас слушаю, – спокойно произнес он.
Сергей сначала было решил тоже сесть напротив, но передумал и остался у двери.
– Я хочу убить этого человека, – просто сказал он, решив, что такой стиль больше подойдет их беседе.
Худощавый Райнер только усмехнулся.
– И что? – подозрительно произнес он.
– Ты что – дурак? – взорвался Сергей.
Точнее – изобразив взрыв.
– До твоих мозгов не доходит, что я, во‑первых, нашел тебя, а во‑вторых, раздобыл отмычку. Ты совсем отупел от рабства?! Где твоя воля?!
Гутче Райнер вспыхнул, сжимая кулаки. Он вскочил, гремя цепью, хотел было броситься на Сергея, но взял себя в руки и снова сел.
– Терять мне нечего, – вдруг равнодушно пожал он плечами, глядя в пол. – Да и вряд ли Хозяину нужна такая проверка… Я вас слушаю. Что вы от меня хотите?
И молодой худощавый паренек, приподняв веки, пристально посмотрел на Сергея.

7

Ну все, – думал Серж Харви, ночью возвращаясь домой пустыми длинными коридорами. – Завтра – конец тихой и спокойной жизни. Завтра появится "Атлант", завтра все забегают, засуетятся.
И что мне сейчас делать? Снова пить в одиночестве? Устал от водки. Снова позвать Наложницу? Некрасиво как‑то. Позвоню‑ка я лучше Лане – она ведь уже знает о моем присутствии здесь, на базе, и значит – уже можно!
Сергей вздохнул и соединился с женой Аэция Коуриса, решив провести эту ночь с ней – от безысходности, так как разные мысли терзали его и не с кем было их заглушить.
Ее изображение появилось минуты через две. Но не видно было, что она уже легла спать.
– Привет, – сказал он. – Какие у тебя планы на эту ночь?
Лана в недоумении вздернула брови, и Сергей в очередной раз восхитился – профессионалка!
– Серж, – тихо и волнующе прошептала она, действительно краснея. – Я же замужняя женщина!
– Вот это мне и нравится в тебе больше всего, – произнес он избитую фразу, как ответ на такую же избитую фразу Ланы Коурис.
– Мой на всю ночь – в отъезде, – наконец произнесла она, словно в задумчивости – говорить это или не говорить?
И Сергей усмехнулся – он прекрасно знал о проблемах Коуриса. Молча смотрел на взрослую, много пережившую, женщину, которую он совсем еще недавно знал очень уж молоденькой практиканткой, и которая в те времена сильно волновала его сердце.
– У нас дома, согласись, несколько неудобно, – не выдержав затянувшейся паузы, совсем тихо прошептала она.
Сергей кивнул, снова невольно усмехнувшись.
– Жди, скоро подъеду.
Наверняка ведь она не знает, что нас сейчас двое, подумалось Сергею. А тем более – что совсем скоро станет и трое.
И зачем я это делаю? – вдруг возникла запоздалая удивленная мысль. И ответа на нее он не нашел.
Наверное, в прошлой жизни эта встреча уже была, и какая‑то сила, которая еще никому неизвестна, притянула меня, – усмехнулся Сергей единственному и такому наивному объяснению.

8

По дороге к Лане он неожиданно столкнулся с человеком, вышедшим из‑за ближайшего поворота и тоже куда‑то спешащим.
– Извините, – произнес прохожий знакомым голосом.
– Ничего страшного, – машинально ответил Сергей, вдруг сообразив, что он сейчас столкнулся сам с собой.
Да, действительно, подумал мимоходом, краем глаз заметив недоуменно‑задумчивое лицо второго Сергея, сталкивались мы, помню это. Кстати, я же тогда после Кэрол направился к Ренику и Ларри! И сейчас я побегу сам за собой. Так, быстро сосредоточься! Вспоминай, в какую сторону я тогда побежал?
Сергей вспомнил и быстро завернул у первого же поворота в противоположную. И тут же замер в темной нише, рассчитывая на то, что в свете фонарей темные углы будут совсем уж черны и в них ничего не возможно будет разглядеть. Да и не нашел я себя в тот раз, – в заключении подумал он, замирая. – Так что волноваться, в принципе, не о чем.
Действительно, раздался топот и преследователь пулей пролетел мимо. Сергей подождал пока торопливые шаги стихнут вдали и спокойно продолжил свой путь, невольно вспоминая того себя – как он разволновался от увиденного, как тогда заколотилось сердце! Как понесся ловить самого себя, чтобы хоть в чем‑то разобраться, раскрыть хоть часть загадок!
Не понимал я тогда, с грустью подумал он, что на самом деле разобраться во всем этом совершенно невозможно. Ведь вполне могут появиться и четвертый Сергей, и пятый, и миллионный. И конца этому может и не быть никогда!
И он невольно огляделся в поисках прячущихся многочисленных Сергеев.

9

Они лениво лежали в изрядно помятой постели. Секс с умудренной жизнь Ланой несказанно поразил его, реально доставив огромное удовольствие. Что, честно говоря, почему‑то расстроило Сергея – а как же Элора? Ведь только секс с Элорой являлся для него по‑настоящему чем‑то нереально волнующим, чем просто физиологические действия. Ведь всем известно – секс с любимой женщиной не может сравниться с сексом с сотнями просто женщин. Наверное, это отголоски прошлого, нерешительно подумал он, убирая правую руку с ее упругих ягодиц и перекладывая на худенькое плечо.
Хоть ей и было почти сорок лет, но он все еще видел в ней ту девочку, в которую влюбился в вагоне.
– Ты был моим начальником, – продолжала Лана, крепко держа в правой руке его ослабший член, вдруг неожиданно ударившись в воспоминания. – И я отдавалась тебе согласно старому женскому рефлексу – с начальством надо быть в добрых отношениях, и если он хочет с тобой переспать – либо меняй работу, либо отдайся. А потом, когда ты перестал быть моим начальником, я вдруг, хоть и не сразу, но поняла – ты был моей единственной настоящей любовью. Просто я по‑дурости, не понимала этого. С годами только осознала. А что делать? Вернуть назад ничего уже нельзя! В разных инкарнациях, когда я имела влияние, власть, я довольно часто пыталась найти тебя, воссоздать, попробовать начать все сначала – но тебя не было… Уже никогда! Как же все это было гадко!
Она замолчала.
Сергей внимательно посмотрел на Лану.
– Слушай, – вдруг спросил он, приподнимаясь на локте и отчего‑то сильно заволновавшись. – Если бы тебе вдруг предложили поменять этот мир на совсем другой, более лучший, ты бы согласилась?
Сергей замолчал, вопросительно глядя на Лану.
Тридцати‑шестилетняя женщина резко вскинула брови, еще более вопросительно посмотрев на своего двадцати‑шестилетнего партнера.
– И чем тот мир лучше? – тихо спросила она.
– Ну… – задумался он. – Там… земля, трава, речки, облака, солнце над головой. Да и другие планеты тоже заселены – и не только в Солнечной системе. И там буду я.
Он замолчал. Действительно, что еще можно сказать?
– И кем я там буду? – спросила Лана. Подождала ответа, но Сергей молчал, ведь что он мог ей ответить? Да ничего, на самом деле. – Никем, – продолжила она, не дождавшись. – А здесь я всеми уважаемый человек. Меня ценят. Я имею большой вес. Многие меня боятся. Весь здешний мир меня знает! Почитай нашу историю – все тринадцать тысяч лет я на мировой арене занимала не последнее место! – Лана раскраснелась, возбудилась, глаза ее горели и его член она гладила уже более энергично, отчего тот принялся напрягаться. – Так что твой мир мне совершенно не подходит!
И Лана снова внимательно посмотрела на Сергея – вдруг он предложит еще что‑нибудь более внушительное.
– Но ведь здесь ты пешка в руках Властелина! – не удержался Сергей, почему‑то поражаясь ее отказу. Ему казалось, что любой местный житель должен с радостью ухватиться за его предложение.
– А в твоем мире все люди – пешки в руках матери‑природы! – усмехнулась Лана. – Так какая разница?!
Немного помедлив, она неторопливо легла на него, медленно двигая бедрами и поглаживая его грудь своими твердыми сосками.

499, появление 'Атланта'

1

В середине ночи он проснулся. Аккуратно убрал голову спящей Ланы со своего плеча. Оделся.
Когда Сергей подошел к заветным дверям, охрана, как и было сказано, отсутствовала. Собрался был постучать условным стуком, как вдруг услышал голоса за дверью. Растерянно замер – да что же это такое?! Куда ни придешь – все занято!
Он придвинулся поближе. И не удивился, снова услышав голос Толстяка, который был явно пьян.
– Так вот, моя милая, сейчас я тебе продемонстрирую, как снимаются копии. Я уверен, тебе это должно понравиться! Садись сюда!
– Но я не хочу! – капризно ответила Кэрол.
Тут же послышался удар. Когда Сергей слегка приоткрыл дверцу, Толстяк усаживал бесчувственную девушку в кресло реинкарнации, потом пристегнул ее ремнями. На пульте стояла бутылка водки и два стакана. Толстяк налил водки, потом вставил свой ключ. И кресло заработало.

Однако он тут надолго, и я могу не успеть вставить вспышку. И убивать его нельзя, думал Сергей. Возникнут вопросы. Могут найти вспышку в кресле, заинтересоваться. А вспышка – это ведь самое главное! Это основа всего! Без нее вообще ничего не произойдет!
Убить?!
Пока снималась информация, тело Кэрол несколько раз дернулось в кресле, туго пристегнутое ремнями, а потом судорожно выгнулось дугой и затихло.
Толстяк с любопытством поглядывал на нее, налил себе водки и принялся отхлебывать из стакана маленькими глоточками, словно это было вино или коньяк, наблюдая как тело девушки медленно испарялось, оголяя ее кожу, внутренности, всю ее сущность.
– Ну как тебе это? – повернулся Толстяк к своему рабу. – Впечатляет?
Раб молчал.
– Ты ведь точно также выглядишь, каждый раз, когда надоедаешь мне.
Толстяк снисходительно посмотрел на раба.
– Усек? Не хочешь такой участи – веди себя покладистей.
Вот наконец тело Кэрол исчезло совсем.
И она тут же возникла, испуганно глядя по сторонам.
– На! – протянул он ей стакан с водкой. – Глотни. А правда, вставляет?! Ну а теперь моя очередь!
И он снова выпил.

Необходимо, чтобы Толстяк убрался по своей воле, подумал Сергей. И тут его осенило!
Высшие, – мысленно обратился он. – Вот этот Низший, – Сергей внимательно посмотрел на Толстяка, пытаясь передать его образ, – подвластен вам?
Да, – прозвучал безразличный ответ.
Тогда у меня просьба – внушите ему, чтобы он как можно быстрее покинул это место. Вместе со своей девушкой.
Хорошо, – прозвучал ответ.
Но еще только он начал звучать, как Толстяк вдруг резко всколыхнулся и, схватив Кэрол за руку, в дикой панике стремительно вылетел из помещения.

2

Ранним утром Сергей неторопливо шел по длинному пустому коридору, Он чувствовал себя вконец усталым, разбитым и не выспавшимся. И только одна мысль сверлила его – совсем скоро наступит 507‑й день – день его отлета на "Атлант", день его возвращения домой!
И от этой мысли его основательно трясло, и чтобы унять дрожь рук, он сунул их в карманы. Веко его правого глаза судорожно подергивалось.
Сейчас бы водки! И побольше! Но – нельзя! – с грустью подумал он.
Подошел к безликой двери. На ней не было никакой таблички – только нарисованная от руки большая кедровая шишка.
Вошел внутрь, оказавшись в просторной приемной. Чуть заметно моргнул вскочившей было молоденькой секретарше, решительно пересек приемную, открыл дверь в зал совещаний института.
Здесь, на стульях вдоль длинного стола, расположился весь директорат – Гутче Райнер, Элора, Давор, Эдик, Коурис, начальники других отделов.
Сергей неторопливо прошел мимо них. Сел в центральное кресло.
– Докладывайте, – небрежно произнес он, медленно вытаскивая руки из карманов и ни на кого не глядя.

Первым взял слово Эдик – он сидел ближе всех к Сергею.
– Мы взяли материала сколько было запланировано. Это обеспечило нас работой на два часа. Остатки отдали физикам. К сожалению должен в очередной раз сказать, что нам такой производительности очень мало.
Эдик решительно посмотрел на Сергея, и тот только кивнул. Потом Сергей перевел взгляд на следующего – на Аэция Коуриса.

Начальник физического отдела сухо кашлянул.
– Получив материалы от медиков мы сводили их с антивеществом, пытаясь отследить различия при аннигиляции от подобной операции с рядовым материалом. Пока безрезультатно. К тому же Профессор умер внезапно, внепланово, чем застопорил нашу работу.
Сергей перевел взгляд на Толстяка.

Райнер тут же подобострастно кивнул, утыкаясь в свою книжку.
– Я, э‑э‑э, основное время уделил работе… с космической шлюпкой. В рекордные сроки удалось создать еще одну группу свободных геологов, которые изучали дальний каменный пояс – весь ближайший мы уже переработали. И нашли довольно перспективные образцы на предмет требуемых нам полезных элементов. Также создал группу по транспортировке этих ископаемых на наши фабрики по переработке.
Он быстро посмотрел на Сергея, явно ожидая благодарности или похвалы.
Сергей сухо кивнул и Толстяк радостно зарделся, даже покраснев от удовольствия.

– Служба безопасности? – перевел Сергей взгляд на Давора.
– Охрана работает в штатном режиме, – принялся неторопливо докладывать тот. – Случаев саботажа, как и самих саботажников, выявлено не было. Подполье в рядах института, скорее всего, приостановило свою деятельность. Лаборатория‑Х также работает в штатном режиме, не испытывая нехватки рабочего материала.

И теперь Сергей наконец‑то посмотрел на Элору, которая тут же смутилась, засуетившись руками возле своей электронной книжки.
– В целом институт работает в штатном режиме, – сухо пробормотала она, отчего‑то волнуясь и не поднимая глаз от стола. – Старые проблемы остались – нехватка квалифицированных специалистов. И нехватка необходимых материалов.
Она почему‑то виновато‑поспешно посмотрела на Сергея и снова уткнулась в стол.
Сергей невольно кивнул.

– О нашествии крыс, – сухо произнес Сергей. – Это, как вы понимаете, не наша забота, но… Есть ли потери среди сотрудников института?
– Трое у медиков и пятеро у физиков, – тут же ответил Давор, как всегда, вежливо улыбнувшись.
– Давно они были сохранены?
– Двое из них вчера, – ответила Элора, волнуясь, словно девочка на первых в жизни экзаменах – впрочем как всегда на совещаниях.
– Это недочет! – резко произнес Сергей. – Потеряно столько знаний! Впредь старайтесь разумно копировать своих сотрудников. Особенно основных.
Элора поспешно кивнула, упорно глядя в свою электронную книжку и стараясь не смотреть на Сергея.
– Распорядитесь об их восстановлении, – посмотрел он на Райнера и тот подобострастно кивнул.
– Как вы все знаете, я отправляюсь в командировку на Луну, – произнес он.
Все кивнули.
– Тогда вот что. – Сергей снова внимательно посмотрел на Толстяка. – Мне необходим компьютерный блок из реального вещества.
Толстяк подобострастно‑вопросительно изогнул брови.
– С собой на Луну я захвачу часть Властелина, – пояснил Сергей и сидящие за длинным столом неловко задвигались, пораженные этой новостью.
– Вы меня поняли?
– Так точно! – четко, по‑военному ответил Райнер, нарочито выпучив глаза.
Убить бы его, в который раз подумал Сергей. Да ведь это ставленник Властелина. Да и пока новому все объяснишь, столько времени потеряешь…
– Эдик, а вам необходимо усилить работу вашего отдела.
Эдик вопросительно посмотрел на Сергея.
– Скоро ее будет еще больше, – спокойно произнес Сергей. – Поэтому составьте список необходимого оборудования и персонала.
Эдик кивнул.

3

Сергей вошел в бар. Было пусто. Сел за пустующий столик Густава под лестницей – как самый отдаленный. Заказал графинчик каинской водки, закуски и шашлык по‑карски. Налил водки в стограммовую рюмку. Замер, в волнении закрыв глаза. Вот сейчас, вот совсем скоро космический грузовик появится на местных радарах! Боже, как давно все это было! И как мне плохо!
В ожидании блюда он неторопливо опустошил рюмку.
И вот принесли шашлык – две шпажки по три куска баранины с косточкой.
Сергей тут же, пока официант расставлял плошки с лучком и маринованными маслятами, неторопливо надкусил первый кусочек и тут же возмутился.
– Однако он как следует не прожарен! – криво усмехнулся Сергей.
Официант подобострастно вытянулся.
– Позовите вашего шеф‑повара!
Официант мгновенно исчез и вскоре появился Стокер. Услужливо приблизился к столику, подобострастно склонился.
– Любезнейший, что это за фигня? – громко поинтересовался Сергей, и уже тише продолжил. – Захват ключей у Толстяка – это ширма. На самом деле эти ключи позволят управлять нейтринными пушками. И это – самая главная цель – не дать Властелину ввести на базу армию. Поэтому твоя задача – пусть Ларри постарается завербовать того Сергея, который я, но более ранний. И пусть он его привлечет идеей убийства Райнера.
Стокер подобострастно кивнул.
– Заберите свое убожество! – громко произнес Сергей, резко отталкивая от себя блюдо. – И сделайте как следует!
Стокер, забрав шашлык, подобострастно пятясь исчез, а Сергей, внутренне отсчитывая про себя время, поспешно наполнил рюмку, трясущейся рукой взял ее, приподнял, но она тут же заходила ходуном, расплескиваясь, и он поспешно опустил ее на стол. Пять – торопливо считал он, – Три‑два‑один… Ноль!
И Сергей резко вскинул руку, мгновенно осушил рюмку до дна – за один заход. Быстро поставил ее на стол, лихорадочно блестя осоловевшими глазами.
Ну, за вас – мужики! За тебя, Элора! С прибытием вас всех!
К нему подскочил официант.
– Вас вызывает Властелин! – подобострастно произнес он.
Естественно, – подумал про себя Сергей, кивнул официанту, расплатился, в том числе и не за съеденный шашлык, и быстро вышел – ведь Властелин явно пребывал в своем электронном шоке и с ним надо было встретиться как можно быстрее.

4

Сергей сел на стул и дверь за ним закрылась. Стало темно. Впрочем, не надолго, так как Сергей переключился на другие диапазоны зрения.
Однако! – вдруг искренне поразился он. За тремя стенами находились обычные помещения базы, и только прямо перед ним – темное окно в бездну. И эта бездна скорее всего смотрела на него из какого‑то другого мира.
– Сей неизвестный космический предмет – как вы его объясните? – раздался металлический голос Властелина.
И Сергея вдруг передернуло от слова – Сей. На мгновенье ему показалось, что за этим кроется какой‑то смысл. Вдруг Властелин знает гораздо больше, чем ему, Сергею, кажется? Вдруг он знаком с человеком по имени Сей?
Легкая испарина покрыла его лоб.
А ведь совсем скоро он увидит мое лицо на корабле, подумал Сергей, невольно смахивая пот со лба.
– Пространство и время, – спокойно произнес он. – Судя по резкому появлению – данный объект не прилетел к нам, а возник непосредственно, перенесясь из другого мира, либо из очень отдаленной от нас точки.
– И что нам в связи с этим необходимо делать? – несколько неуверенно прозвучал следующий вопрос.
– Затаиться и наблюдать, – пожал плечами Сергей, все также с удивлением глядя в таинственный тоннель, уходящий в бездну, и не в силах понять его суть.
Тишина.
– Предлагаю его уничтожить, пока он не успел как следует разведать наш мир и не передать своим.
Сергей похолодел.
– Предлагаю не торопится, – поспешно возразил он. – Эти знания нам очень сильно пригодятся. Как возможность самим перемещаться в другие миры и пространства, так и для защиты от таких вторжений.
Пауза.
– Все ясно, – наконец прозвучал ответ. – Готовимся к возможной атаке и пытаемся его изучать. Так?
– Самый разумный подход, – ответил Сергей в некотором недоумении. Он почему‑то был уверен, что Властелин всегда сам решал, что делать с "Атлантом".
Тишина.
– По моей экспедиции на Луну, – напомнил Сергей, быстро спохватившись. – Как обстоят дела?
– Я сообщу всем, что руководителем экспедиции на Луну будете вы.
– И это – правильное решение, – зачем‑то заметил Сергей, радуясь тому, что на Луне он будет делать все что захочет – а это существенное облегчение выполнения всех его замыслов.
– Вы свободны, – прозвучал ответ.
И Сергей тут же поднялся с места, думая про себя, что произойдет, когда Властелин увидит его самого на этом вражеском корабле. Впрочем, это будет еще не скоро. И к этому времени ему необходимо успеть сделать все, что он задумал, причем, задумал очень уж давно, еще в Мегаполисе, в самом первом его появлении там.

5

Снова зал заседаний. Все присутствующие, собранные в экстренном порядке, были напряжены и подтянуты. Сергей невольно посмотрел на Элору. Она была бледна и ресницы ее мелко подрагивали. И он вдруг поймал себя на мысли, что ему очень уж хочется овладеть именно такой Элорой – испуганной и беззащитной. О чем я думаю? – недовольно поморщился он и тут же прогнал все посторонние мысли.
– Вы все в курсе того, что случилось, – сухо произнес Сергей, стараясь ни на кого не глядеть – так как врать он не привык и ему было очень уж неприятно. – Поэтому будут следующие указания…
Он внимательно оглядел присутствующих.
– Мистер Корзун – приготовиться к изучению неизвестных форм жизни.
Эдик тут же кивнул, торопливо записывая что‑то в бумажный блокнот.
– Леди Дебюсси, – перевел он взгляд и девушка тут же подобралась, выпрямляя спинку и сосредотачивая свой взгляд. – Следить за всеми отделами. А также отправить на объект разведчиков‑роботов – сначала один‑два, приглядеться, а потом и больше.
– Мистер Давор, – покосился он правее Элоры. – Усилить защиту института от предполагаемого вторжения. Установить защитные плиты, экранировать внутренние излучения, чтобы ничего не было видно вражескому кораблю ни в одном из диапазонов, – произнес он, вдруг подумав, что вся последующая массовая бессмысленная суета по установке защитных экранов – это будет следствие всех этих его слов!
Поморщился – как мне все это надоело!
– Будет сделано, – серьезно ответил Давор, по‑военному напрягшись.
– Мистер Коурис, – перевел он взгляд на несколько постаревшего юношу. – На вас возлагается изучение корабля всеми доступными средствами.
И Коурис тут же быстро записал что‑то в своем невидимом дневнике.

6

Поздним вечером Сергей шел по затемненным коридорам базы. Повсюду готовились к войне – энергично натягивали противомагнитные сетки, с напряженными бледными лицами ставили прочую защиту. Народ был суров и деловит. Работали без всяких шуточек и прочего баловства.
Сегодня мне в бар нельзя, думал он. Там будет торчать второй Сергей – из‑за порошка для Крыса. И довольно долго. Так что придется остаться без ужина.
Он пожал плечами. Легкий голод последние суровые годы его вообще никак не напрягал.
А потом Кэрол умрет, – вдруг подумал он и невольно вздохнул. Но изменить уже ничего не мог. Райнер был человеком Властелина, и Суперкомп был равнодушен к разным пристрастиям своих служащих. Сергей убедился в этом во время многочисленных попыток приструнить действия Райнера и как‑то подействовать на его хозяина. Как тогда ответил Властелин – Главное, чтобы это не мешало общему делу.
Сергей подошел к посту охраны.
– Привет, Ричард, – поздоровался он.
– Доброй ночи, Серж, – ответил Ричард из своей кабинки.
Он как всегда был в тщательно выглаженной безупречной форме. Белые перчатки, отражая свет многочисленных ламп, сверкали, слепя глаза.
– Госпожа Элора, наверное, уже спит. Вы что‑то припозднились, – тактично заметил Ричард.
– Сообщи ей, – кивнул Сергей.
Он прекрасно помнил, что Элора должна была зайти к Сергею, но тот ее выставил, не пожелав быть собачкой: захотели – приласкали, не захотели – пнули. И настроение у нее должно быть соответствующим. И ее было жалко. Поэтому он и пришел.
– Конечно, – согласился Ричард. Он знал, что сигналы вызова данного поста можно отключить – не то что вызов от Властелина. И либо Элора уже спит и вызов заблокирован, либо еще нет.
Ричард провел рукой в воздухе, набирая невидимые команды.
– Да? – послышался голос Элоры.
– К вам Серж Харви, – бесцветным голосом произнес Ричард, стараясь не смотреть на Сергея – он очень часто видел, как Элора прогоняла господина Харви.
– Пустите, – сказала она и Ричард вдруг облегченно выдохнул и, чуть заметно улыбнувшись, кивнул Сергею.
Железная дверь открылась.
– Спасибо, Ричард, – сказал Сергей, проходя мимо.
– Доброй ночи, – ответил Ричард, поправляя свои белые перчатки.
Элора встретила его у самого порога. На ней был тонкий домашний прозрачный халатик, доходящий ей только до середины упругих ягодиц, красочный макияж с лица был смыт и волосы распущены. И выглядела она вся по‑домашнему мягко, нежно и уютно – без начальственного высокомерия.
– Зачем пришел? – между тем спросила она строгим голосом. Здесь она была хозяйкой.
Сергей молча подошел к ней вплотную. Ведь это моя жена! – твердил он все это время. – Я с ней играл свадьбу и в Мегаполисе, и в Лесу, и в Океане!
Сергей ее дико любил, что бы там ни было.
Приблизившись, он просто обнял ее, решительно привлекая к себе, прижал, взяв ее губы в свои.
Элора дернулась было, но потом притихла. Руки ее безвольно повисли. Замерла, покорная, позволяя целовать и обнимать себя.
Придерживая ее за обнаженные напрягшиеся ягодицы и внутренне дрожа, Сергей оторвал девушку от пола и быстро понес в сторону спальни, держа ее губы в своих губах.
Аккуратно и очень нежно уложил на кровать, пристально глядя в ее черные зрачки, и она в ответ, словно соревнуясь, также пристально и совершенно не мигая смотрела на него.
А потом он начал ее неторопливо раздевать. Точнее – снимать с нее одежду. Сергей, не отрывая от нее взгляда, развязал поясок и медленно потянул на себя халатик, который, как и вся современная женская одежда, фактически, снималась вся одним легким движением руки, даже не надо было вытягивать рукава. Но он как раз и не хотел этого сервиса – он очень сильно хотел раздеть ее как можно медленнее.
Она, все также немигая, смотрела на него, и от этого взгляда, и от того, что он ее раздевает для того чтобы овладеть ею, Сергей возбуждался все сильнее и сильнее.
Вот он аккуратно снял с нее халатик. Еще более аккуратно положил его на пуфик – Сергей очень хорошо помнил, что Элора не любила разбросанных по полу вещей. Потом, нагнувшись, взялся за ее тонкие воздушные трусики. Элора задрожала, все также не мигая глядя в глаза Сергея. Он аккуратно потянул нежную материю вниз и девушка слегка приподняла бедра, помогая ему.
Потом он потянул трусики ниже и она также послушно приподняла ноги. Нежная розовая материя тихо опустилась на халатик.
Сергей приблизился к своей жене и Элора, невольно подавшись назад, слегка раздвинула ноги, почему‑то напрягаясь.
Он быстро разделся, боясь, что этот завораживающий колдовской блеск ее глаз потухнет, и вся эта завораживающая чертовщина, заставляющая его дрожать, исчезнет, и секс тогда будет будничным и обыкновенным.
А Сергей не хотел этого. Он хотел как можно больше оставаться под гипнозом этого ее безумного взгляда.

– Ты извини, – прошептал он, аккуратно нависая над ней на вытянутых руках – чтобы не раздавливать хрупкую девушку своим весом. – На душ у меня не было времени.
– Это ничего, – тихо прошептала она, обхватывая его ногами и слегка прижимая к себе.
Сергей невольно задрожал – очень уж давно Элора не прижимала его к себе призывно раздвинутыми ногами.
– Элора! – возбужденно прошептал он, быстро двигая бедрами, и она лихорадочно принялась двигать своими, энергично подаваясь ему навстречу.
– Серж! – выдохнула Элора, когда они поймали друг друга и он наконец‑то вошел в нее.
И только он начал входить глубже, как она вдруг застонала, почти закричала, судорожно дергаясь всем своим худеньким телом.
И тут же резко расслабилась, шире раскидывая ноги, снова застонала, закрывая глаза и откидывая голову.
Сергей замер на мгновенье, а потом принялся ритмично двигаться, овладевая ослабевшей Элорой. Вперед‑назад, вперед‑назад!
Блин, как это приятно! – невольно ловил он себя на мысли. – Заниматься любовью именно с той девушкой, в которую дико влюблен! Так бы и занимался целыми днями, неделями, месяцами, столетиями, с утра до вечера и снова до утра!
А между тем размякшая было Элора, потихоньку оживала, сначала неуверенно положив свои руки на его плечи, а потом все сильнее и сильнее сжимая их.
А ее ноги, безвольно раскинутые в разные стороны, сначала приподнялись, напрягаясь и дрожа, а потом, дергаясь в экстазе, принялись подниматься все выше и выше, а потом, зацепившись за его плечи, скрестились на его затылке, судорожно сжимаясь, и в этот момент Элора вдруг закричала!
А потом они отдыхали. Сергей был устал и расслаблен. Расслаблена была и Элора, впрочем все еще тяжело дыша, придерживая его член в своей руке.
Как же все‑таки хорошо! – невольно думал он, прекрасно понимая, что секс с любимой женщиной невозможно сравнить с сексом с любой другой. Блин, пять минут отдыха – с еще раз! Я так ее хочу!
– А помнишь курорт в горах? – вдруг произнесла Элора, мягко поглаживая пальчиками нежную головку. – Как я тогда волновалась! Как я тебя боялась и как меня к тебе тянуло! Не описать! Сама не понимала, что со мной происходит!
– Помню, – кивнул Сергей, почему‑то больше сосредотачиваясь на ее пальчиках и чувствуя, как стремительно твердеет его член.
– Я тогда ведь почти влюбилась в тебя! – тихо говорила Элора, глядя в потолок, и нежно поглаживая пальчиками тонкую, легко возбудимую кожицу. – А потом ты вдруг пропал… Неведение. Потом – официальное уведомление считать погибшим. Душещипательные похороны. Потом твое неожиданное появление на сорок дней! И мои разноречивые мысли!
– Какие? – поинтересовался Сергей. Ему было любопытно. Но Элора отрицательно покачала головой.
– А мой день рождения! – перенеслась она… – Чуть сердце не остановилось, когда я открыла дверь спальни и увидела все это!
Сергей невольно смутился. Ему было приятно от того, что он смог доставить приятное своей любимой девушке.
– Ну, я старался… – пробормотал он, краснея, и тут его вдруг посетила сумасшедшая мысль! Сергей аж вспотел. Замер, старательно обдумывая ее. Сердце лихорадочно застучало. – И вот еще что, – волнуясь, с трудом начал он. – Необходимо будет отправить на корабль разведчика‑человека.
Сергей прокашлялся – в горле сильно першило и сердце никак не могло успокоиться, а наоборот, только бешенно ускорялось.
– И я считаю, что это должна быть ты…
Элора вздрогнула.
– Но только самая первая твоя инкарнация.
Она растерянно, ничего не понимая, посмотрела на Сергея.
– Так надо, – еще более сухо добавил он, и решительно лег на нее сверху.

500

1

В очередной раз Сергей прошел по длинной приемной мимо секретарши с лицом и повадками греческой богини, и вошел в зал совещаний.
Все те же лица. Сергей, чувствуя на себе напряженные взгляды давно уже знакомых ему людей, только поморщился в досаде. Сел во главе стола.

Они коротко обсудили ситуацию в связи с вражеским крейсером. Приняли новые решения.
– Эдик, – устало произнес Сергей. – Вы занесли график пациента в его ежедневник?
– Да, конечно! – тут же встрепенулся начальник медицинского отдела. – Прямо ранним утром, как обычно.
Сергей сухо кивнул. Потом посмотрел на Райнера.
– Как дела с компьютерным блоком из реальных веществ?
– Делаем.
Толстяк, хоть он и подчинялся непосредственно Властелину, тем не менее подобострастно кивнул.
А Сергей вздохнул, собираясь произнести самую главную идею всей своей жизни! Ту, которая в конечном итоге завязала все эти события в крутой узел.
– И вот еще что, – сухо промолвил он, вдруг сильно заволновавшись. – Необходимо отправить на вражеский обьект разведчика‑человека, – произнес он и посмотрел на Элору, и она тут же послушно кивнула, вспомнив ночной разговор. – Сегодня же. И сделайте это так, чтобы враги сами забрали его к себе.
И Элора снова кивнула.
А Сергей решил не рассказывать ей о саркофаге в песках Марса – и так он очень много лишнего ей рассказал, и если она вдруг докладывает Властелину, то у него возникнут большие проблемы.

2

Буквально полчаса спустя Сергей уверенно приблизился к домику Крыса. Прекрасно помня, что тому Сергею совершенно некогда было заниматься зверьком, Сергей решительно выкроил время для этого посещения.
Он принес с собой некоторые материалы и тряпки – реальные конечно.
Крыс с оранжевым пятном на лбу смотрел на Сергея настороженно и чувствовал себя неуютно. Видно понимал, что оба Сергея – один и тот же человек. Но осознать этого не мог.
Сергей уверенно подправил домик. Обновил подстилку.
А также выложил в тайник, в коробку, шорты, сандалии, два легких комбинезона, мешок с натуральными водорослями.
А возле пульта разместил запасные блоки.

3

Коридоры космической базы медленно проплывали мимо самодвижущейся дорожки. Широкие и узкие, забитые народом и пустые, ухоженные и основательно замусоренные. Он стоял на коричневой полосе и отрешенно смотрел по сторонам, мысленно прощаясь со всем этим миром, со всем, что он видел, так как знал – все это он тоже уже не увидит никогда.
На линкере высветилось сообщение от Властелина. Руководителем экспедиции на Луну будет другой. И Сергею необходимо прибыть к тому для получения инструкций. И указан адрес.
Однако какой хитрюга! – озадачился Сергей. – Быстро он передумал! Испугался чего‑то?! И как теперь выполнить все свои планы? Когда за спиной будет кто‑то торчать и говорить, что надо сделать, а чего не надо.
Но делать нечего и Сергей направился по указанному адресу. И вот последняя дверь за Сергеем закрылась. Сидящий за столом мужчина в серой форме, не взглянув на вошедшего, коротко процедил – Ждите.
Сергей сел на ближайший свободный стул. Впрочем, в помещении никого больше и не было. Он закрыл глаза, расслабляясь.
Итого, думал он, на Луне я буду не один. Властелин хочет, чтобы у меня там была мощная поддержка и еще более мощный пригляд за мной. На мой взгляд от этой поддержки мало проку – антинейтринный щит спишет на нет все их усилия. Но – приказ есть приказ, и я в этой экспедиции уже не главный.
Сергей покорно ожидал аудиенции с руководителем всей лунной экспедиции.
Мужчина в сером вдруг встал, подошел к одной из дверей, слегка приоткрыл ее.
– Входите, – процедил он, глядя на Сергея немигающим ничего не выражающим взглядом.
Сергей встал, молча проследовал в кабинет. И там, в кабинете, он вдруг замер на пороге, откровенно подрастерявшись – в конце длинного стола под большим портретом груды каких‑то компьютерных блоков сидел Давор собственной персоной.
– Я рад видеть вас, Серж, – дружелюбно произнес он, лучась улыбкой.
Встал, вышел из‑за стола, сделал пару шагов навстречу и замер в ожидании.
Сергей подошел, недоумевая в душе – уж больно не вязался начальник полиции и палач с руководством тонкой научной экспедиции. Интересно, это тот, который приходит ко мне на совещания, или совсем другой?
Давор протянул руку и Сергей невольно пожал ее.
– Честно говоря, Серж, я искренне рад, – снова произнес Давор, улыбаясь вежливой дежурной улыбкой. – Судьба постоянно сталкивает нас с вами, и эти так называемые контакты вызывают во мне необычайное удовольствие. – Он внимательно посмотрел на Сергея, стараясь понять, как на него подействовали эти слова. – Вы – очень серьезный профессионал. С каждым нашим контактом я очень многому учусь у вас. Поверьте, других серьезных учителей у меня и не было. А с профессионалами всегда приятно иметь дело, какое бы оно не было. Просто наслаждаешься, получаешь удовольствие от таких поединков! А вашей акцией с девочкой на зимней лавочке, поверьте, я до сих пор восхищаюсь!
Давор радушно указал рукой на ряд кресел.
– Располагайтесь.
Сергей сел в кресло подальше от Давора. Он мысленно перекраивал весь свой предполагаемый разговор.
– Я смотрю, вы удивлены, – между тем произнес новый начальник лунной экспедиции, усаживаясь за свой стол.
– Естественно, – пожал плечами Сергей. – Это ведь научная экспедиция.
– Это же самое, кстати, относится и к вам, – тонко улыбнулся Давор.
Сергей промолчал.
– Я внимательно изучил все документы, – произнес Давор после небольшой паузы. – И скажу вам свое мнение – без стрельбы и огневой поддержки там никак не обойтись. Не получится у вас провернуть все это на одних только рукопожатиях и заверениях в дружбе. Поверьте моему опыту.
Сергей снова промолчал. Да и бессмысленно было что‑либо возражать – ведь все уже решено и он здесь просто сидит перед свершившимся фактом.
– Я восхищаюсь вашим мужеством – достать прибор антинейтринного поля или его чертеж, – продолжил Давор, глядя на Сергея немигающим бесцветным взглядом удава.
Это какой же ужас должны были испытывать перед этим чудовищем все его девочки‑жертвы, невольно подумал Сергей и его всего передернуло.
– И вашей работе мы мешать не будем. Наше задание – чтобы вы благополучно вошли внутрь, благополучно вышли наружу, благополучно погрузились в свой корабль и улетели. Вот и все.
Давор почему‑то выжидающе замер, глядя на Сергея.
Сергей усмехнулся, кивнул. Руки почему‑то зачесались в сильнейшем желании убить сидящего напротив.
– Я давно хотел вас спросить, – произнес он. – Не возражаете, если я воспользуюсь случаем?
– Не возражаю, – в легком удивлении чуть заметно приподнял правую бровь Давор.
– Ну тогда расскажите мне об Элоре. Той, которую вы убили.
Давор снова улыбнулся и пожал плечами – почему бы и нет.
– Ну хорошо. – Он помедлил, собираясь с мыслями и старательно все вспоминая, причем с такой блаженной улыбочкой, что Сергею снова захотелось его убить. – Да, мы сразу догадались, что это не двойник, а она сама, только каким‑то образом вернувшаяся назад во времени. Не дураки все‑таки, тоже в институтах учились, знаем кое‑что. А какое наслаждение было ее пытать, – Давор мечтательно закатил глаза. – Вы себе и представить не можете. Помню, вечерком как‑то стоял в охране Цетега, обратился к ней с каким‑то вопросом, как она на меня посмотрела – как на плесень. Я ей в камере и это припомнил… – Он вошел в раж и уже не мог остановиться. – Все ей припомнил, все мои унижения! А как она извивалась, как кричала, по‑детски тонко и визгливо! Как умоляла меня! Да и потом было неплохо – когда ее взгляд потерял всякую осмысленность, а стал просто тупым и коровьим. Скажешь ей – встань так‑то и так‑то – молча исполняет. Скажешь, сделай то‑то и то‑то – молча делает. Такой кайф!
Врет же, скотина, зло подумал Сергей, и не сознается. И спросить то уже не у кого. Ну и черт с ней, с правдой.
Он напрягся, пытаясь выдавить на лице улыбку.
– Вы же понимаете, что мы с вами – враги? – спросил Сергей, привставая.
– Конечно, – тут же согласился Давор, улыбнувшись, и даже не собираясь как‑нибудь защищаться. – Хотя меня это и расстраивает. Я бы с вами с удовольствием провел бы много времени в беседах. У меня накопилось к вам уйма вопросов, – пояснил Давор. – Но, к сожалению, в данной ситуации вы ведете себя как дилетант. Впрочем, это ваше право. – Давор снова улыбнулся Сергею. – Хоть это и печально.
Сергей неторопливо прикинул – убить его одним ударом? Но тогда он ничего не поймет. А убить неспеша? Разве в этом случае он тоже что‑то поймет?
– Вражда враждой, – произнес Давор, – что конечно очень плохо. Но я думаю вы все понимаете и на время забудете наши разногласия? Ведь выполнить задание гораздо важнее?!
Он выжидающе посмотрел на Сергея.
– Вы же от моей смерти ничего не выиграете, а работа притормозится, – добавил хозяин кабинета, все также тонко улыбаясь. – И, как я понимаю, это не в ваших интересах.
И Сергей кивнул, мысленно прикидывая время до начала создания Элоры, той, которая самая первая. Надо было поторапливаться.
Он снова деловито кивнул и, вдруг вбросив вперед правую руку, указательным пальцем легко проткнул кадык Давора. Тот захрипел, схватившись за шею и мгновенно меняясь в лице. Как же так? – недоуменно смотрели глаза умирающего. – Ведь так не должно быть!
– За Элору, – тихо пробормотал Сергей, вытирая палец об одежду свалившегося на пол Давора.
– Я тебе этого никогда не прощу, гнида, – прошептал он, пристально посмотрев в стекленеющие глаза. – Никогда‑никогда.
И после этого, вновь сверившись с внутренними часами, решительно вылетел из зала.

4

Он стремительно ворвался в комнату вип‑персон. Быстро отключил весь свет – чтобы его не было видно снаружи. Поспешно приблизился к стеклу. Замер, прекрасно видя сверху все помещение регенерации. Самая первая Элора медленно восстанавливалась в древнейшей камере реинкарнации. С этой ее старой матрицы никакие другие камеры работать не могли.
Он невольно поискал глазами и быстро нашел того, второго Сергея, прячущегося за оборудованием. А ведь это я сам, отрешенно подумал Сергей и перевел взгляд на камеру, продолжив несколько растерянно наблюдать за конструкцией, в которой медленно и подробно, на потеху зрителям, восстанавливалась та Элора, в которую он дико влюбился на "Атланте", и которую безумно любит до сих пор.
Ни мыслей, ни эмоций у него почему‑то никаких не было – что его удивляло – но не сильно. С некоторых пор он вдруг смирился с неумолимым потоком времени, потоком, которому наплевать на тебя, и который делает все так, как захочет. И Сергею не оставалась ничего другого, как плыть по течению, окунуться в него, забыться и не сопротивляться – ведь он уже прекрасно знал, куда этот поток вынесет его, и что произойдет дальше.
И Сергей действительно расслабился… Отрешенно наблюдая за тем, как в старом саркофаге создается самая первая Элора, и как в сторонке за всем этим процессом наблюдает другой Сергей.
И ему было тоскливо.
Какой смысл в такой жизни? – растерянно подумал он. – Если я смогу наблюдать будущую жизнь своей Элоры. И что я с этими знаниями буду потом делать? Как я с этими знаниями смогу с ней жить?

501

1

– Я улетаю на Луну, – сообщил Сергей, внимательно осматривая зал совещаний. – Властелин в отсутствии меня даст приказ на захват вражеского корабля. Всех брать живыми. Корабль не повреждать – он еще нам пригодится. Пленников распределить по свободным помещениям, – с невозмутимостью произнес он. – Будем экономить энергию и не станем создавать новую тюрьму. Сам корабль необходимо переоборудовать под наши научные цели.
Сергей снова посмотрел на собравшихся.
– Итак, первое. Начальник безопасности. Вам предстоит продумать план захвата вражеского корабля.
И Давор тут же весь подобрался в охотничьем азарте.
– Повторяю, все его обитатели должны быть живыми и здоровыми. Это – самое главное. Вы меня поняли? – Сергей внимательно посмотрел на начальника службы безопасности и тот чуть заметно кивнул – как профессионал профессионалу.
Сергей перевел взгляд на Коуриса.
– Ваша задача – разработать план по изучению и переделки корабля под наши нужды. Основная задача – выяснить, как он смог перенестись из своего мира в наш.
Коурис кивнул.
– Все свободны, – закончил совещание Сергей и народ потянулся к выходу.
А Сергей вдруг вспомнил, что в этом мире Толстяк буквально только что убил Кэрол, и перед его глазами почему‑то тут же возникло ее детское светящееся счастьем лицо…
И он решительно встал, не в силах сдержать своих эмоций.
– А вас, Райнер, я попрошу остаться, – очень уж спокойно произнес Сергей.
Толстяк, уже было направившийся к выходу, тут же засуетился, поспешно вернулся к своему стулу, сел, потом посмотрел на стоящего Сергея, и снова встал, глупо улыбаясь.
Сергею стало противно.
Он вплотную приблизился к Толстяку, который все еще услужливо улыбался, стоя у своего стула.
Приблизившись, Сергей тоже улыбнулся и вдруг резко ударил Толстяка кулаком по зубам. Райнер отшатнулся, но не упал.
– За что?! – ошарашенно спросил он, хватаясь за зубы.
– За все убийства Кэрол. И за то, что ты – тварь, сегодня снова убил невинную девочку!
– Но как ты узнал? – ошарашенно воскликнул Райнер. – Прошел ведь всего час?!
Сергей снова ударил его – на этот раз в скулу. Сначала справа, а потом также хлестко – и слева. Толстяк наклонился, зажимая лицо и отворачиваясь. Сергей взял его за волосы и приподнял голову, разворачивая к себе.
– Ну что, тварь, ты что желаешь? Чтобы я тебя сразу убил, или сначала выдавил глаза?
Сергея трясло и он, поражаясь самому себе, спокойно смотрел на Толстяка и точно знал – он его убьет. И мало того – убьет всяко разно.
– Твой выбор? – произнес Сергей, вдохнув побольше воздуха и когда Райнер испуганно раскрыл рот, собираясь что‑то сказать, Сергей двумя пальцами тут же пробил ему кадык и воздух с хриплым свистом устремился наружу.

А потом он ткнул в пульт связи с секретаршей.
– Пригласите господина Давора.
Сергей не сомневался, что такой профессионал, как Давор в данную минуту наверняка сидит в Приемной.
Тот неторопливо вошел, равнодушно покосился на безжизненное тело.
– Приберите здесь, – вяло произнес Сергей и ушел.
И Давор ничего не сказал ему вслед.

2

Снова Сергей сидел в полной темноте в замкнутом мире Властелина. Снова он смотрел в черный провал, пытаясь понять, что же это такое.
– Я обдумал ваше предложение, – произнес Сергей. – У меня есть другое – более нам выгодное. Предлагаю захватить корабль со всем экипажем – без повреждений. Переоборудовать для наших исследований. Нам ведь крайне важно выяснить, как он перемещается между мирами или пространствами, – закончил Сергей, замерев дыханием. Да и сердце стало биться с большими перерывами.
Властелин молчал и сердце Сергея стучало все сильнее и сильнее.
– Одобрено, – наконец прозвучал металлический голос в ответ. – Приступайте.
У него тут же отлегло на душе со страшной силой! Непроизвольно выдохнул полной грудью, глупо улыбаясь. Где‑то в глубине души он панически боялся, что все его старания окажутся напрасными, ничего у него не получится, и в этом мире он останется уже навсегда.
Хотя, впрочем, так и должно было произойти, вдруг подумал Сергей. Можно было и не волноваться. Во‑первых поддержка Коры‑Эм, и во‑вторых, наверняка какие‑то мои вирусы, которые я распихивал в разные компьютерные сети, попали в эту систему и прижились. А их задача как раз и была – начать действовать только сейчас, после появления Атланта.
– И еще – из‑за вас я вынужден сохранять моего ставленника каждые полчаса, – сухим бесцветным голосом произнес Властелин. – Иначе я потеряю все его накопленные знания.
– Нервы… Трудно сдержаться, – попытался оправдаться Сергей. – Погорячился, – добавил он Властелину. – Райнер сильно вывел меня из себя. Вы бы приструнили его в его хобби,– добавил он, наверное, в сотый раз. – И тогда всем было бы хорошо.
– Закон един для всех, – сухо произнес Властелин. – Каждый имеет право на свое хобби.
– Ну, тогда я снова убью его, – честно признался Сергей.
– И это – ваше право,– безразлично ответил Властелин. – Придется сохранять господина Райнера еще чаще.

3

Секретарша кивнула ему и он вошел в кабинет Директора Института Внешних Исследований.
– Ну и зачем ты пришел? – недовольно пробурчала Элора, вставая со своего места и суетливо пытаясь навести порядок на своем рабочем столе и почему‑то вдруг смутившись – что поразило его больше всего. В этот момент он вдруг совсем иначе посмотрел на Элору.
– Я улетаю на Луну, – напомнил он, приближаясь.
– Я знаю, – ответила она, не отрывая взгляда от своего стола и сутеливо перекладывая предметы с места на место.
А ведь я тебя больше никогда не увижу, вдруг резануло его. Я ведь точно знаю – к себе улечу один, без тебя и без второй Элоры.
– Я могу и не вернуться, – тихо продолжил он. – И больше не увидеть тебя. Никогда.
Элора вдруг замерла и напряженно посмотрела на Сергея. Подобная мысль явно также не давала ей покоя.
– Давай, попрощаемся, что ли, – почему‑то вдруг слабея в мышцах, предложил он.
И Элора вдруг мгновенно приблизилась к нему и в ее глазах блеснули слезинки.

4

Яна, в белом коротком халатике на голое тело, выйдя из лаборатории, серьезно посмотрела на Сергея.
– Говорят, вы улетаете на Луну? – поинтересовалась она, блестя уголками глаз и нервно поглаживая ворот халата, от чего он распахивался еще шире, еще больше открывая ее грудь.
– Ну да, – только и ответил Сергей.
И она, улыбнувшись еще более раскованно, вдруг неожиданно расплакалась, закрыв лицо руками и поворачиваясь к нему спиной.
Сергей растерялся.
– Ну, я же вернусь! – пробормотал он.
– Все вы мужчины так говорите, – всхлипнула девушка, вздрагивая худенькими плечиками. – А потом исчезаете навсегда! И что тогда – ждать вас всю жизнь?! Без всякой надежды?
Она вопросительно повернула к нему свое заплаканное покрасневшее личико. Сергей растерялся еще больше. Ему не верилось, что Яна ценит его больше, чем Эдика, и теперь он вдруг понял, что эта девушка ценит всех мужчин, которые ей нравятся. И это все называется дружбой… или привязанностью.
– Я вернусь, – твердо произнес он. – Но ты должна пообещать мне…
– Что? – растерянно спросила девушка, судорожно промокая рукавом халата уголки глаз.
– Что выйдешь замуж за Эдика! – еще более сурово произнес Сергей. – И в самое ближайшее время. Договорились?
Яна вдруг посмотрела на Сергея и улыбнулась сквозь слезы.
– Договорились, – невольно всхлипнула она.
И тут вошел Эдик, и Яна тут же повернулась к своему начальнику спиной.
– Серж, вы готовы? – профессионально поинтересовался он, внимательно оглядывая помещение, и попутно включая дезинфицирующее излучение. – Вы помните, мы у вас берем пробы селезенки?
– Помню, – кивнул Сергей, ложась на кушетку на спину и задирая свою футболку, и мимоходом вспоминая о том, что о его селезенке уже говорилось. В прошлое свое посещение он видел соответствующую надпись на стеклянной пробирке. – Только не переусердствуйте.
Эдик повернулся к медсестре.
– Яна, вы в порядке?
– Да, – повернулась она к нему с абсолютно равнодушным лицом. – Я готова.

5

До отлета еще было время, нейтринное поле на шлюпку, в целях экономии энергии, не распространили да и не будут, так как смысла нет – кроме Сергея в шлюпке ведь никого больше не будет. И Сергей, переодевшись во все реальное, последний раз в своей жизни трясущейся от сильнейшего волнения походкой прошел за границу нейтринного поля, словно мысленно прощался с этим миром, словно уже предчувствуя – в этом мире он проживает свои последние дни и больше никого из этих людей никогда в своей жизни не увидит.
И ему было невообразимо тоскливо, хотя он прекрасно понимал, что после Луны он должен обязательно сюда вернуться. Да, в конце концов, осталась еще встреча Трех Сергеев, в которой он должен сыграть главную роль!
И от этой мысли ему становилось еще тоскливее. Неумолимый поток времени нес его прямо к финишу, а Сергей вдруг сердцем осознал, что он еще не готов, что он хочет еще задержаться здесь, еще чего‑то досказать всем остающимся. Правда он не знал – что досказать. Но знал точно – не смотря на свою тягу вернуться домой, он почему‑то не хочет покидать всех этих людей так быстро.
Переключив зрение на инфракрасное и огибая крепежные конструкции и ремонтные лебедки, он дошел до шлюпки, по дороге поправив домик Крысу и попутно вспомнив, как он в свое время удивился этому.
У тамбура случайно зацепил рукой небольшой блочек, и тот упал с подставки, гулко загремев в тишине. Прости, Кора‑Эм, виновато произнес он и вдруг напрягся. Воспоминания остро резанули его.
Сергей постарался быстро успокоить свое разволновавшееся сердцебиение. Переключаться на рентгеновское зрение не стал – он и так знал, что сейчас произойдет.
И когда пульс существенно снизился, он громко и насмешливо произнес в темноту с порога шлюпки.
– Хватит уже сидеть.
Замер в ожидании ответа.
– Тебя уже наверняка хватились, – продолжил он. – Вот посадят под арест – как будешь претворять в жизнь все свои задумки?
– Это вы ко мне обращаетесь? – услышал он вежливый вопрос из темноты.
– Конечно, – снова насмешливо ответил Сергей.
– А вы кто? – послышался осторожный вопрос.
– Военная тайна, – недовольно пробурчал Сергей. – Слушай, я тороплюсь. Очень надо. А ты мне мешаешь. Имей совесть! – постарался он воздействовать на своего собеседника – ведь время стремительно утекало. Позже стартуешь, позже окажешься на Луне. Глядишь, этих минут как раз и не хватит.
– Может, все‑таки поговорим? – предложил голос из темноты. – Покажись. Я не вооружен. Меня нечего бояться.
– Я и не боюсь, – невольно усмехнулся Сергей, снова вспоминая весь этот диалог. – Просто нельзя тебе меня видеть. Можешь поверить в это?
Подождал еще немного. Увидел, что шлюзовые индикаторы показали что зона свободна, и Сергей решительно дал команду – задраить шлюзовую камеру. Пора было улетать.

Луна

502, вечер. Захват

1

За толстым иллюминатором бронеплатформы медленно проплывал до боли знакомый пейзаж лунной оранжереи и сердце Сергея щемило, словно вот‑вот сейчас из‑за густых зарослей вдруг выглянет знакомое лицо Капитана, либо вдали мелькнет тонкий силуэт Элоры.
– Ох и жарко здесь было! – улыбаясь, сказал майор, вернув его к реальной действительности. – Пришлось перед вами подчистить немного.
Сергей оглядел тесное помещение бронеплатформы, плотно забитое спецназом и всевозможным оружием. Бойцы охраны настороженно всматривались в заросли и участия в беседе не принимали. У каждого на голове – обруч. В случае смерти его владельца обруч должен был по возможности снять с убитого матрицу и отправить ее в хранилище – так как увиденное бойцом может существенно пригодиться следующим солдатам.
У Властелина была подробная карта лунного города, в том числе и все его шлюзы. Выбрали несколько, послали разведчиков и какие‑то из шлюзов смогли реанимировать. Поэтому Сергей опустился в городскую шлюзовую камеру, а не сел на поверхность.
Сюрпризом для Сергея было наличие в группе Давора, Эдика и Ларри. И если присутствие Давора было вполне понятно (я все‑таки отвечаю за вас головой!) , а присутствие Эдика еще как‑то можно было, хоть и с натяжкой, объяснить – медики все‑таки нужны, хоть и в меньшей мере – ведь всегда легче заменить бойца, чем его лечить. То присутствие Ларри за штурвалом бронеплатформы было из ряда вон выходящим – ведь в эту команду набирали самых лучших профессионалов, которые уже имели опыт боевых действий в лунных оранжереях и более или менее знали повадки местного мира.
Но вот бронеплатформа замерла, зависнув над поверхностью оранжереи.
Сергей без всякого интереса понаблюдал, как из пустоты, из воздуха, вокруг бронеплатформы, вдруг возникли ровные шеренги вооруженных до зубов солдат. Войска поддержки, заброшенные сюда перекрестьем двух нейтринных генераторов.
– Вот здесь мы и обнаружили вход в их логово, – показал майор на находящийся в десяти метрах железный люк – полуразрушенный, оплавленный и изрядно покореженный. – Дальше – граница нейтринного поля. И вас сопровождать мы уже не сможем, – добавил он и для демонстрации кинул свою фляжку в полуоткрытую боевую амбразуру бронеплатфомы. Все находящиеся невольно проводили ее взглядом, наблюдая как она медленно крутится в воздухе. И вдруг исчезла – не долетев до железного люка трех метров. Мгновенно. Бойцы непроизвольно вздрогнули, поправляя беспомощное в данной ситуации оружие – холод боевого железа действовал успокаивающе.
Сергей кивнул, подумав, что в прошлый раз они с Дмитричем и Элорой шли совсем другим путем, и набрели на совсем другой вход. И тот полутемный коридор, и внезапная слабость и потеря сознания Элоры снова всплыли в его памяти, словно это было вчера.
Бойцы между тем быстро выкатывали из бронеплатформы заряды.
– Что тут было? – кивнул Сергей на повреждения.
– Это были попытки контактов, – покривился майор. – С клингонами. – И, поймав удивленный взгляд Сергея, добавил. – Мы так их называем.
Заряды, созданные из натуральных материалов, перегрузили на тоже натуральные колеса, толкнули, и они спокойно пересекли границу нейтринного поля, остановившись возле люка.
Майор забрал у Сергея передатчик и обруч – тоже, впрочем, созданные из натуральных материалов.
– Вам они там не понадобятся, – сказал он. – Роботы уничтожают все железное.
– Я знаю, – кивнул Сергей, которому по этой же причине не стали ничего вживлять внутрь. – Инструктировали.
– Возьмите лучше вот это, – сказал майор протягивая легкий полевой автомат. – На всякий случай. Это из настоящего железа. Не исчезнет за границей.
– Зачем? – удивился Сергей. – Сам же только что говорил про роботов!
– Ну‑у, – неопределенно протянул майор. – До них ведь надо еще дойти.
Сергей кивнул, молча вешая оружие на плечо – майор явно знал что говорил.
И дальше – краткий инструктаж чего надо бояться, то, с чем уже успел столкнуться майор и его команда – цветков‑хищников, ползучих лиан, плоских широких листьев, лежащих на поверхности…
– Ну, удачи, – сказал Ларри на прощанье, открыто улыбаясь и размашисто пожимая ему руку.
– Скорее возвращайтесь, – неловко улыбнулся Эдик, переминаясь с ноги на ногу и чувствуя себя в военной амуниции несколько неуютно.
– Имейте ввиду, – сказал на прощанье майор. – Мы вас ждем, сколько бы вы ни отсутствовали. И каких бы потерь нам этого ни стоило.
Сергей посмотрел в спокойное уверенное лицо человека, знающего на что он идет. Кивнул. Он уже догадался что и броня шлюпки все‑таки оказалась не вполне достаточной защитой от внешнего мира.
– Постараюсь не создавать вам проблем, – ответил он, выпрыгнул наружу и, пройдя сквозь оцепление, неторопливо направился к зияющему в стороне порталу – там он должен был переждать взрыв.
– Стойте! – вдруг крикнул Давор. – Отбой!
Сергей растерянно остановился. Обернулся. Майор, военный до мозга костей, уже решительно командовал бойцами, которые материальными веревками пытались зацепить взрывчатку и вернуть обратно. Бойцы оцепления не шевелились.
Невидимым лезвием бронеплатформу вдруг разрезало пополам, и задний отсек просто‑напросто отвалился и упал на землю, уходя в мягкий грунт и ломая деревья и корни, между тем, как носовая часть с пилотом и Давором стремительно унеслась вперед.
Падая Сергей успел заметить, как кругляши стремительно отрывались от стенок, превращаясь в длинные гибкие отростки, которые не только мгновенно опутали его, майора, молчаливого лейтенанта и одного бойца, но и отобрали все оружие. На остальных солдат щупалец явно не хватило и бойцы, мгновенно попадав, открыли беспорядочный огонь, стараясь впрочем не попасть в своих.
А вот про это майор мне ничего не рассказывал, подумал вдруг Сергей, отрешенно наблюдая, как какие‑то странные железные существа, отдаленно напоминающие осьминогов, окружали их со всех сторон. Видать, майор и сам не знал об этом, тут же оправдал его Сергей.
"Осьминоги" подхватили спеленатых пленников и быстренько устремились к пролому. Сергей не сопротивлялся – какая в принципе разница как ему попасть внутрь.
Он еще увидел, как из пустоты появилось подкрепление – воины в боевых космических доспехах. И как они дружно открыли огонь. Но их пули и снаряды совсем не брали "осьминогов", просто исчезая где‑то на подлете.
А пленников уже заносили внутрь.
– Все, – прохрипел майор, энергично крутясь и как настоящий солдат активно борющийся до конца, до самого последнего момента. – Конец.
Первым исчез лейтенант.
– Держись, боец! Это не больно! – крикнул майор побледневшему солдату. – Прощайте, Харви!
И тоже исчез.
Боец дернулся. Судорожно было напрягся. Но потом как‑то быстро сник и перестал сопротивляться, совсем еще молодыми расширенными глазами глядя на стремительно приближающуюся к нему невидимую границу.
А потом исчез и он. И Сергей остался один, крепко опутанный.
Жалко что Капитан ничего не рассказал про свою встречу, почему‑то совершенно отрешенно подумал он. Хоть знал бы теперь, что меня ждет впереди.

2

Между тем странные существа не собирались пока что есть или убивать Сергея. Молча хлопоча вокруг, они переложили его на что‑то, что потом и покатили дальше по коридору. И Сергей, не в силах пошевелиться, справедливо решил просто ждать, что будет дальше. В печальный конец он не верил – ведь впереди его еще ждало столько разных встреч и событий!
Пару раз они проехали под красными цветками. Который поменьше бросился на Сергея, но был тут же срезан десятком острых щупалец, еще более стремительно выскочивших из этих странных псевдо‑осьминогов. А цветок, который был покрупнее, явно наученный горьки опытом остался на месте и беспрепятственно их пропустил.
Через какое‑то время Сергей заметил, что растительный мир стал постепенно оскудевать и вскоре совсем исчез. Что само по себе не предвещало ничего хорошего – так как они явно приближались к месту, в котором ничто живое жить, по всей видимости, не могло. Остались только камень, бетон и железо. И только шуршание по камням многочисленных щупальцев и скрип телеги являлись единственными звуками, разносившимися в этом безмолвном царстве.
Они остановились у железной арки с синими светящимися створками и псевдо‑осьминоги неподвижно замерли.
А вот и ворота в цивилизацию клингонов, усмехнулся про себя Сергей. Можно уже начинать готовиться к контакту – ведь как его учили, один разум всегда договорится с другим.

3

Два прямоугольных серых бруска метровой длинны, блекло подсвечиваясь, бесшумно выплыли из ворот. Неизвестно что их держало в воздухе. Они медленно приближались. И было что‑то недоброе в этом их движении. "Осьминоги", словно под невидимым гипнозом, по‑прежнему не шевелились. Бруски медленно приблизились, неторопливо облетели вокруг Сергея, и наконец зависли над "осьминогами", натолкнув на мысль о радиопереговорах.
Снова все замерло, словно остановилось само время. И, наверное, в противовес этому застывшему миру, Сергею вдруг сильно захотелось пошевелиться, перевернуться со спины на какой‑нибудь бок. Неподвижность вдруг стала угнетать, принося почти физическую боль.
Наконец стороны пришли к какому‑то согласию, потому что из медленно раскрывшихся синих ворот, по обыкновенным рельсам, громко лязгая, выкатилась платформа, заваленная небольшими плоскими коробочками.
Осьминоги, как показалось Сергею, радостно бросились к ним, быстро и суетливо разбирая явно драгоценную для них вещь. Часть коробочек они тут же ввели себе внутрь, выкинув старые.
Аккумуляторы? – подумал он.
Бруски между тем, выпустив из гладких корпусов пару манипуляторов, подхватили Сергея и устремились внутрь синих ворот.

4

В школе штурманов Сергея конечно же обучали всевозможным контактам с другим разумом, причем – на разных основах – и кремниевые формы жизни, и жидкие. И он все это еще прекрасно помнил. Но… На специальные последовательности звуков, издаваемых им, бруски, впрочем как и осьминоги, никак не реагировали, а во всем остальном он был крепко спеленат и нарисовать ничего не мог. Снова пришлось только ждать. Ведь должно же было это чем‑то закончиться?!
И это все и закончилось. Правда, совсем не так, как он ожидал.
Сергея привезли в просторный зал, стены которого сплошь состояли из многометровых сот, возле которых, словно пчелы, суетились летающие бруски, а все остальное пространство было заполнено огромным количеством полых вертикальных колес разных диаметров – типа "беличьих", только гораздо крупнее. У этих сплошных бесконечных полос, висящих в воздухе, совсем не наблюдалось ни оси, ни спиц, ни стенок. Только синий свет по краям, похожий на охранную сигнализацию в каком‑нибудь музее. Часть из этих колес была занята разным зверьем, непрерывно бегущим по ступенчатому ободу, приводя колеса во вращение.
Сергея посадили внутрь самого большого из них. Неприятные подозрения сильно озадачили его.
Путы вдруг сами по себе ослабли и уползли в стороны, самостоятельно преодолев синее свечение и попадав с обода куда‑то вниз.
Не успел он толком растереть затекшие мышцы рук и ног и продумать, как ему приступить к рисованию определенных геометрических фигур и последовательностей, как что‑то неприятно кольнуло его в ступню, заставив сделать непроизвольный шаг вперед. Колесо чуть дрогнуло. Сергей замер, оглядывая ступеньки под ногами. И тут под его ногами и на предыдущей ступеньке снова вспыхнули небольшие синие огоньки и он снова непроизвольно сделал шаг вперед. Колесо закрутилось.

Вот уже который час он медленно брел по ступенькам колеса – синие вспышки не давали ему надолго останавливаться. При прикосновении к синим лучам судорогой сводило тело. Железные бруски улетели и вступать в контакт было не с кем. Разве что с бедными зверюшками, так же как и он, одиноко бредущими в своих, более маленьких колесах, расположенных по соседству.
Впрочем, это мир время от времени взрывался разными шумами. То с лязгом проносилась стая брусков, подлетая к сотам – бруски залетали во внутрь, что‑то там делали, и через некоторое время снова, на этот раз более бесшумно, улетали. То где‑то что‑то с грохотом падало. Вдалеке слышался треск электрических разрядов.

5

А потом наступил обед. Или ужин.
Молнии перестали подгонять Сергея, когда он в очередной раз остановился, и Сергей обессилено опустился на пол колеса, которое по инерции еще качнулось несколько раз и вскоре совсем остановилось.
Также остановилось и несколько колес по соседству, хотя большинство все‑таки продолжало крутиться – наверное, обеденное время у них еще не подошло.
Промелькнувший серый брусок мимоходом вывалил к ногам Сергея пучки каких‑то трав, связки кореньев, парочку неизвестных плодов, личинки, тазик с водой и еле шевелящуюся тушку обессиленного зверька, явно взятого с одного из колес.
Как догадался Сергей, ему предложили еду на выбор.
Что‑то я совсем по‑другому представлял себе встречу с разумными роботами, подумал он, ища хоть какую‑то возможность для контакта. Попытки к бегству он не предпринимал. Роботы не обращали на него никакого внимания. По крайней мере – видимого.
Первым делом Сергей вдоволь напился. Потом он, торопясь, пока дают отдохнуть, высунул руку в просвет между огнями и, дотянувшись до пола, нашарил там маленький камушек – их довольно много валялось на каменном полу. Потом он этим камнем исцарапал весь дюралевый пол колеса разными геометрическими фигурами и примитивными формулами. И только после этого обратил внимание на свою "еду".
А зверька он отпоил и покормил личинками, выдавливая из них сок – сам зверек есть был не в состоянии.
Везет мне на разное зверье, невесело подумал Сергей, тут же с грустью вспомнив Крыса.

6

Вот это я слетал на Луну для встречи, – подумал он невесело, поглаживая слабенькое тельце зверька и пытаясь сосредоточиться на нем так, как он лечил Крыса.
Вдруг тонкая трещина быстрой змейкой пробежала по каменному полу совсем рядом с его колесом. Сергей насторожился, на всякий случай прижимая зверька к себе. Еще и землетрясений мне здесь не хватало, недовольно подумал он.
Трещина между тем быстро разрасталась, из одиночной мелкой превратившись в широкую паутину. Однако никаких подземных толчков Сергей не ощущал.
А потом каменный пол в самой середине этой паутины слегка вспучился и раскрошился, и из этого крошева, осторожно работая тонкими острыми манипуляторами, вылезло существо. Точнее – тоже робот, но несколько другой конструкции, чем до сих пор виденные им.
Наверное, какой‑нибудь строитель, вяло подумал Сергей, без всякого интереса наблюдая за сценками местной жизни.
Между тем, за первым существом появилось второе. А за ним – и третье.
Они были явно не летающими. Словно пауки, поползли они к сотам.
Сергей проследил за ними взглядом и, развернувшись, вдруг столкнулся лицом к лицу с паукообразными роботом, стоявшим на задних лапах и передними опирающийся на твердый обод колеса.
Возможно, робот смотрел на Сергея, возможно – и на его рисунки, а возможно, его заинтересовало что‑то совсем другое.
Однако Сергею показалось, что робот смотрит именно на него, словно изучая и при этом медленно шевеля короткими антенками.
Сергей тоже в свою очередь стал смотреть в оптические окуляры железного механизма, решив, что скорее всего это и есть его глаза.
– Ну что? – наконец произнес Сергей. – И что такого интересного ты увидел?
Робот, естественно, молчал.
– Однако, как я погляжу, жизнь у тебя тоже не сахар, – произнес Сергей, на всякий случай пряча зверька за спину – вдруг не кушать предложенную "еду" здесь совсем не принято.
Он протянул руку, желая дотронуться до робота, понять, из чего тот все‑таки сделан, до трещин и вмятин на его корпусе, как вдруг его молчаливый собеседник быстро исчез.
И в спокойном рабочем ритме все еще работающих колесных механизмов что‑то нарушилось. Усилившийся лязг перерос в вой и, вылетевшие откуда‑то сверху, серые бруски вдруг стремительно набросились на "пауков".
Сергей и глазом моргнуть не успел, как выброшенные сразу от трех брусков щупальца мгновенно спеленали одного из пауков, отрывая его от земли. Раздался ужасный треск, паук рассыпался буквально на части и только все еще шевелящиеся его обломки беспорядочно ползали по голым камням.
Второй паук, быстро крутанувшись, стрельнул чем‑то желтым, и вот уже один из брусков, отчаянно мигая всеми своими лампочками, круто спикировал и врезался в стенку. Где‑то что‑то хрустнуло и все колеса окончательно замерли. В огромном помещении наступила могильная тишина.

7

Пауки, изрядно нахватав добычи в виде "аккумуляторов", исчезли, и бруски энергично принялись заделывать проделанные ими ходы. Но колеса больше не шевелились – наверное, что‑то где‑то сломалось.
Лежа на боку и наблюдая за энергичной возней роботов, Сергей вдруг поймал себя на том, что ему покоя не дает одна мысль. Уж как‑то легко и быстро его отпустили в такое опасное предприятие. А ведь он для Властелина очень ценный объект, который, по идее, они должны беречь. И не просто беречь, а выложить все свои силы и энергию на его защиту. Ведь он – единственный их путь к защите от ожидаемого вторжения из параллельного мира. И единственный путь в такие манящие параллельные миры. Или уже не единственный?
Он вдруг сел, бессмысленно глядя в одну точку. И только одна мысль постоянно крутилась в его голове. Судя по дате и времени, возможно вот в эту самую минуту уже убивают капитана. Или вот сейчас это происходит. Или вот‑вот произойдет… Вот он возвращается, ничего не подозревая, как всегда спокойный, рассудительный, с легкой усмешкой, не зная, что жить ему осталось считанные секунды… А я ничего уже не могу сделать… Не смогу его спасти.

503, начало ночи. Налет

1

По его внутренним часам дни тянулись за днями. Он уже порядком накачал мышцы ног и в колесе двигался более энергично и долго, и меньше времени отдыхал. И за это его поощряли дополнительной едой. Он постоянно размышлял, как отсюда сбежать, но ничего путного придумать так и не смог.
Этот день был точно такой‑же как и предыдущие. За исключением одного…
Отчаянно скрипя, вдали показалась еще одна телега. Она медленно объезжала замершие колеса. Потом повернула прямо к Сергею. На этой тележке, скрючившись, лежал человек. Сердце Сергея вдруг судорожно сжалось – на этом человеке была форма экипажей грузовых космических кораблей – форма команды звездолета "Атлант"!

2

Сергей сидел на металлическом полу, смотрел, как подвозят космонавта к его клетке, и сердце его бешено стучало. Он знал, кто это может быть. Вроде и не виделись‑то совсем чуть‑чуть, а такое ощущение, словно целую вечность.
Часть синего свечения вдруг погасла и неподвижное тело перегрузили на обод колеса. Сергей бросился к пленнику, схватил за плечи, мягко укладывая на спину. Быстро приподнял веки, вглядываясь в зрачки. И глаза вдруг дрогнули.
– А ты как здесь оказался? – удивился капитан, недоуменно оглядывая Сергей с ног до головы. – Вперед меня, да еще и в таком виде?
Сергей хотел было ответить, но слова почему‑то застряли у него в горле. И не было сил пожать ему руку. А ведь он так ждал этого момента, так стремился к нему, бредил этой встречей – и в Мегаполисе и в Лесу!
– А где Элора? – снова спросил капитан, медленно приседая и так и не дождавшись ответа.
– А она – там, – Сергей неопределенно махнул рукой. – С другим Сергеем, – честно признался он.
– В смысле? – не понял его капитан.
– Да я вроде как третий Сергей, – пожал плечами штурман "Атланта". – Хоть и в одном лице.
– Клон или двойник? – усмехнулся капитан.
– Нет, – отрицательно покачал головой Сергей, все еще оставаясь на своем месте. – Долго рассказывать…
Капитан кивнул, присел рядом, протянул руку. Сергей наконец‑то пожал ее, сразу же ярко вспомнив родной грузовой корабль, вахты, дружные посиделки в кают‑компании, отдых на просторных обских островах после рейса.
– Я так понимаю, что здесь мы надолго. Может сейчас и начнешь? – предложил капитан.
Сергей согласно кивнул.
– С чего начать? – уточнил он.
– Ну, во‑первых, где это мы находимся? – поинтересовался Дмитрич.
– Мы – в гостях у цивилизации роботов, – криво усмехаясь, начал Сергей. – Крутим колеса. Видать, с источниками энергии у них тут совсем плоховато.

3

И Сергей рассказал капитану все. Подробно. В том числе, что узнал тогда, давным‑давно, от самого Капитана, и что узнал от Властелина перед отправкой на Луну.
Забавно, подумал Сергей. Получается, что это я рассказал Дмитричу, что здесь за мир, а он потом расскажет это же самое мне. А я перенесусь в прошлое и снова расскажу Капитану. Просто какой‑то временной парадокс!
Точнее, он рассказал не совсем все. Рассказать про смерть Капитана ему духу не хватило.
Дмитрич, естественно, уловил этот нюанс – уж больно малы и скудны сведения о нем самом.
– Ну‑ка давай без умалчиваний, – решительно произнес он. – Что там со мной стряслось?
Сергей виновато посмотрел на своего капитана.
– Давай позже, – волнуясь, предложил он, но Дмитрич только отрицательно покачал головой.

4

– Ясно, – спокойно кивнул Дмитрич, выслушав до конца. – Ну а теперь давай о себе. И поподробнее.
И Сергей рассказал Капитану и о себе. И о приключениях в оранжерее, и захват нейтринной цивилизацией, и побег, и свое появление в Мегаполисе, и о своей свадьбе с Элорой, а потом – неожиданный перенос в Лес и снова встреча с Элорой. А потом – Океан, и снова она. А теперь вот снова сюда, только с небольшим сдвигом во времени назад.
– Вот значит как… – задумчиво протянул Капитан.
Сергей промолчал.
– Да уж, эти ваши встречи с Элорой явно неспроста, – невесело подытожил Дмитрич. – Я уже на Марсе подумал – не зря это все появилось у нас. И вот, оказывается, рабыня саркофага все это время тебя неумолимо преследует.
– Сам давно уж понял, – пожал плечами Сергей.
– И что ты думаешь по этому поводу?
– В смысле – кому все это надо?
Капитан кивнул.
– Пока – ничего.
Молчание.
В голове молнией сверкнуло – А как там Элора с первым Сергеем?! С тем, который совсем еще неопытен. Ведь они совсем скоро попадут в ловушку! А пути выхода отсюда не видно. А может, это не тот параллельный мир, подумал он холодея, где тот Сергей и Элора спасутся? Раз параллельных миров может быть много? Может, в этом мире они как раз и погибнут! Оба! И ему вдруг стало холодно. И горько. И он больше переживал за Элору, чем за себя самого.
– Выходит, – заключил совершенно ничему не удивляясь Капитан, – ты скоро окажешься запертым с Элорой и воздуха у вас останется часа на четыре‑пять?
Сергей безрадостно кивнул. Видать они мыслили совсем одинаково.
– А я, значит, вас тогда спас? – уточнил Дмитрич.
Снова кивок в ответ.
– Интересно, и каким это образом я там окажусь? Случаем не знаешь? – покосился Сазонов на Сергея.
Тот только отрицательно покачал головой.
Капитан задумчиво кивнул.
– Ну тогда получается, что нам надо отсюда как‑то выбираться, – наконец произнес он.
– Теперь, выходит, что так, – снова согласился Сергей
– А почему – теперь? – удивился Дмитрич.
– До твоего появления я был уверен, что у тебя все будет совершенно свое, – ответил Сергей. – Без моего участия. А теперь понимаю, что все совсем не так уж просто, как мне думалось. Что мы с тобой довольно тесно переплелись.
Капитан между тем скептически осмотрел художества Сергея.
– Помогло? – усмехнувшись, поинтересовался он.
– У тебя есть другие предложения? – невольно обиделся Сергей.
Дмитрич пожал плечами.
– Мы довольно сильно отличаемся от представителей местной природы, – сказал он. – Да и одежда у нас имеется, и всякие орудия были с собой, пока их не отобрали. Так что, я думаю, они, – он кивнул в сторону суетившихся роботов, – в принципе, наверное, уже сложили о нас свое мнение. Просто, мы им в качестве братьев по разуму скорее всего совсем неинтересны.
Сергей задумчиво кивнул, принимая это к сведению.
А кругом – шум, лязг, искры, что‑то с грохотом то и дело падало, летающие бруски‑трансформеры активно суетились в районе настенных разломов, энергично демонтируя поврежденные конструкции и соты медленно обнажались, открывая свои сложные внутренности.

5

Вдруг все роботы резко замедлили свои движения, словно стали пьяными, вялыми. Сергей с Капитаном недоуменно переглянулись. Дестабилизирующее поле, – одновременно выдохнули они.
Двое летящих брусков вдруг уронили свою ношу и часть новой соты с грохотом рухнула вниз, круша и ломая мелкие колеса. Зверьки радостно разбежались. Какие‑то обломки упали к ногам Сергея. Он осторожно поднял одну из кривых железяк, взвесил на руке.
– Если как оружие, – философски заметил капитан, – то оно здесь совершенно бессмысленно.
– С ним как‑то спокойнее, – возразил Сергей, примеряя орудие для нанесения удара.
– Это все обыкновенный самообман, – невесело улыбнулся капитан.
Снова появились пауки. Подсеменившие на своих смешных острых ногах они вдруг облепили обод их колеса и принялись его почему‑то грызть.
– Что это они? – удивился Капитан, попятившись на всякий случай вглубь.
– Кто его знает, что у них на уме, – отозвался Сергей, крепче сжимая свою железяку.
Между тем бруски все‑таки активизировались. Видать, нашли управу на свое сонное состояние. Часть брусков‑трансформеров стремительно атаковала пауков, повисших на решетке. Яркие вспышки и грохот окутали обоих пленников.
Сквозь дым и огонь Сергей с трудом увидел, как подраненный брусок неловко приземлился на пол и к нему тут же стремительно подлетел еще один, присоской ловко открыл что‑то у него на боку, вытащил штучку, в которой Сергей узнал те предметы, на которые его и обменяли, заменил эту штучку на другую. Подраненный брусок ожил и снова ринулся в бой. Правда был тут же сбит лучом от паука и на этот раз окончательно выбыл из строя по причине своей полной разрушенности.
Между тем возня на их колесе достигла своего апогея. Пауки перегрызли обод поперек и синий свет тут же пропал, а сам обод обвис, словно тряпичный. На обод, осторожно трогая путь щупальцами, начали вползать пауки. И пленники осторожно попятились вверх и в глубь. Сергей крепко сжимал свое оружие, а капитан был бледен, но спокоен, скорее с любопытством, чем настороженно, наблюдая за действиями пауков.
– Брось железяку, – прошептал он. – И не делай резких движений. А то еще помнут ненароком, лечи тебя потом.

6

Паучья стая стремительно неслась по темному извилистому тоннелю, время от времени куда‑то резко сворачивая. Впрочем, пленников несли довольно аккуратно и они, крепко спеленатые паутиной и лежа на выпуклых железных спинах, еще ни разу не задели ни каменные стены ни низкий потолок.
Наверное в мире роботов живые существа котируются как разменная монета, усмехнулся про себя Сергей.
Где‑то что‑то ухало, взрывалось, дрожала земля. Они явно убегали от погони.
Вот впереди тоннеля что‑то сверкнуло, посыпались камни, запахло гарью. Резко остановившись, пауки быстро сменили форму, превратившись в металлических гусениц, и с завидной быстротой принялись грызть грунт, мгновенно скрывшись в скальной породе, словно в масле.
Долго продирались сквозь камень, кроша его впереди и оставляя измельченную щебенку позади. Наконец‑то выбрались в просторное полутемное помещение и стремительный бег вдруг резко прервался, так что заломило кости от натянувшихся, словно ремни безопасности, паутин. Впрочем, путы тут же ослабли и Сергей коснулся ногами земли, вернее – неровной каменной поверхности.
– Серж, ты здесь? – раздался из темноты осторожный голос капитана.
– Здесь, – ответил Сергей, растирая мышцы, сгибая‑разгибая руки и приседая.
Вспыхнул яркий свет, ослепив их.
Сергей быстро зажмурился. Впрочем, то, что он успел заметить, заставило его тут же переключиться на другой диапазон.
Огромное пространство было просто забито пауками. Их было тысячи, десятки тысяч. Они были везде – на полу, на стенках и потолках, гроздьями свисали на многочисленных паутинах. И это напомнило Сергею крыс. По крайней мере, очень похоже. Хотя все стаи похожи – законы сообщества везде, в принципе, одинаковы.

Рядом стоявший паук время от времени делал странные резкие движения головой в сторону Сергея, явно в нетерпении двигая железными резаками‑челюстями и издавая каждый раз неприятные щелкающие звуки.
Сергей по инерции попятился, но потом остановился. Глупо все это.
Подошел Капитан.
– Забавное зрелище, не правда ли? – спросил он, усмехаясь. Сергей кивнул. – Есть какие‑нибудь мысли? – поинтересовался Дмитрич.
– Похоже на обряд жертвоприношения, – ответил Сергей, невесело обводя взглядом это жуткое скопище металлических пауков.
– Не надо привязывать человеческие мерки, – отрицательно покачал головой Капитан. – Разумность еще не означает человекоподобие.

503, утро. Неожиданные союзники

1

Сопровождающий их паук повел Сергея и Капитана к ближайшей стене, в которой виднелось множество пещер. Ввел в одну из них.
Небольшое помещение было похоже на кладовку – по крайней мере завалено всякой старой рухлядью.
– Надо же! – восхищенно удивился капитан. – Старье‑то какое! Лазерные диски! Я о них только читал!
Паук выбрал один из дисков и вставил его себе в прорезь на животе.
Через непродолжительную паузу паук обратился к ним на незнакомом обоим языке, но вполне человеческом. Они недоуменно пожали плечами. Тогда раздалась фраза на другом, но тоже неизвестном им языке.
– Мы этого не понимаем! – наконец не выдержал Капитан. – Неужели так трудно отсканировать наш язык?
Паук какое‑то время молчал.
– Приветствуем вас, о люди, на территории Свободного братства! – вдруг услышали они слова на очень старом интерлинке.
– И мы, люди, приветствуем вас, – тут же спокойно ответил Капитан.
А Сергей еще раз, уже более внимательно осмотрел помещение. Словно келья древнего компьютерного электронщика. Паяльник, многоканальный осциллограф, импульсные тестеры. Похоже, что это была человеческая келья.
– Объяснение, – произнес робот‑паук на плохом интерлинке. – Мы узнать, что появились люди. Мы – хорошо помнить о людях и о их возможностях, в отличии от гароцефалов, которые не располагают такой информацией, не хранят ее нигде, как ненужную. Мы сразу понимать – это наш шанс, это нам удача. Сначала – разведка. Потом – тщательно спланированный налет, жертвуя многими своими. Большая вера в людей – многое они знали из истории.
– Зачем мы вам понадобились? – поинтересовался Капитан.
Сергей все время молчал, полностью отдав инициативу Дмитричу. Он все‑таки Капитан, он мудрее и гораздо опытнее. За ним как за каменной стеной.
– Нам нужна ваша помощь, – просто ответил паук.
Капитан озадаченно посмотрел на Сергея и тот только пожал плечами.
– Кстати, как тебя зовут? – поинтересовался Дмитрич и Сергей понял, что тот просто взял паузу для раздумий.
– Что вы иметь ввиду? – переспросил робот‑паук.
– Что мне надо будет выкрикнуть, чтобы среди тысячи тебе подобных ты понял, что я зову именно тебя, – еще более спокойно уточнил Капитан.
– Ка Икс двести пятьдесят шесть Бэ сто восемь Джерри, – четко проговорил робот, пристально глядя на людей своими оптическими визорами.
– Так вот, Джерри, в чем конкретно требуется наша помощь? – еще более спокойно проговорил Капитан.
– У нас нужда в источниках энергии. Без них мы иссякнем. А выход наружу, к энергии звезды, мы не имеем, – прозвучало в ответ. – Ведь вы – наши предки, – добавил Джерри, чем невольно растрогал Сергея.
Капитан задумчиво кивнул, словно был уже готов к подобному ответу.
– Ну тогда расскажи про ваш мир, – предложил Капитан. – Чтобы мы лучше понимали, что здесь у вас происходит.
– Наше рождение – помощь людям, – начал Джерри Ка‑Икс и прочее. – Но потом люди вдруг исчезли. Мы – в ступор – нет приказов. Сто лет – нет приказов. Тысяча лет – нет приказов. Две тысячи лет. Приказ дал К‑274. Всем произвести профилактику. Мы осмотрелись, зарядились – были запасы аккумуляторов. Подзарядили отключившихся – их было очень много.
Следующая команда – искать источники энергии. Встали в тупик, так как в архивах мы ничего не нашли нам подходящего, а гароцефалы очнулись много нас раньше, как и некоторые другие.
Речь робота становилась все лучше и лучше, оптика его в волнении помаргивала и люди внимательно слушали, невольно видя в нем именно человека.
– Мы – в тупике. На наше предложение‑договор – отказы ото всех. На призыв – объединиться – никто не отреагировал. Мы боролись за существование как могли.
Джерри замолчал.
– Я уже видел, что вы разделены на кланы, – произнес Капитан. – Опиши их вкратце. Тех, кто владеет энергией.
Джерри моргнул своими индикаторами.
– Клан гароцефалов. Они владеют зарядными колесами. Избыток энергии обменивают на нужные им вещи. Клан солнцецефалов – владеет всеми солнечными батареями.
– А остальные?
– Остальные… Вынуждены либо нападать за энергией, либо торговать – например – поставляя рабов для колес, обменивая их на аккумуляторы.
– А защитные антинейтринные экраны?
Джерри снова моргнул.
– Оказалось, что люди есть. Но они не совсем люди. И что от них один вред. И структура их нестабильна. И чтобы они не вмешивались в нашу жизнь, кланы объединились и создали экраны – чертежи были в архивах. К сожалению объединение на этом и закончилось.
– Значит, вы хотите свой собственный источник энергии? – уточнил Капитан.
– Точно так, – почему‑то ответил Джерри.
– И вы живете под поверхностью и не можете выйти наружу? – снова уточнил Капитан, резюмируя полученные сведения.
– Точно так, – снова ответил Джерри, помигав индикаторами.
Капитан задумался. Потом посмотрел на Сергея.
– Перепад температур? – произнес Дмитрич и Сергей согласно кивнул.
– Я уже делал такое, – добавил он. – Только на Земле.
Капитан повернулся к Джерри.
– Для вас есть удачный вариант, – произнес он. – На разных глубинах – разные температуры. За счет этого можно вырабатывать энергию.
– Есть такие приборы? – тут же спросил Джерри, замигав более интенсивно.
– По‑крайней мере, мы знаем как это сделать, – спокойно произнес Капитан.
– Я объясню, – встрял Сергей и коротко все объяснил. – Это для вас наиболее оптимальный вариант, – подытожил он.
– Покажите, чем вы располагаете, – попросил Капитан.
– Что? – снова не понял Джерри.
– Покажи всю вашу технику, – уточнил Дмитрич и Джерри повел их за собой.

2

Паук направился прямо по каменной стене. Сергей с Капитаном последовали за ним, но уже по полу. Провожатый скользнул в какую‑то щель, расположенную достаточно высоко и людям пришлось изрядно попотеть, чтобы залезть по камням. Дальше был темный извилистый тоннель, впрочем слабо освещенный прожектором паука, который он направлял назад, светя перед людьми. Ему самому свет явно был не нужен. Впрочем, как и Сергею.
И вот – огромный темный зал. Фонарь паука высветил ближайшие предметы, что‑то овально‑прямоугольное.
– У нас нет энергии, чтобы осветить все помещение, – произнес Джерри.
Сергей с Капитаном приблизились к ближайшему агрегату. Внимательно его осмотрели. Переглянулись.
– Джерри, ты нас, конечно, извини, – весело улыбаясь произнес Капитан, – но нам эта ваша техника незнакома. Нам нужно следующее…
Он внимательно посмотрел на робота‑паука. – Запоминай…
Джерри мигнул.
– Буровые агрегаты, способные бурить грунт на километры. Это раз. Агрегаты, скрепляющие железо – это два. Агрегаты, режущие железо – это три. Камне‑дробильные агрегаты. Жидкости, скрепляющие камни… – Капитан еще перечислял какое‑то время, а потом вопросительно посмотрел на Сергея – ничего не забыл. Тот только пожал плечами.
– Через пять минут вам все это предоставим, – произнес Джерри, сверкая светодиодами, и вскоре в помещение вплыли несколько потоков роботов‑пауков, которые исчезли в горах оборудования.
И пока была вся эта суета, Сергей прямо на плоском боку агрегата нацарапал им общую схему термальной станции. Объяснил ее суть.

3

– Как там у вас с Элорой со временем? – вдруг спросил Дмитрич.
Сергей поморщился. Он и сам все это время думал о них. Точнее – о себе и Элоре, но так странно было думать о себе как о постороннем человеке. Впрочем, главное здесь – время, которое стремительно таяло.
– По моим прикидкам – три часа, – мрачно ответил он. – По времени базы.
Сазонов кивнул, понимая, что Сергей сам постоянно думает об этом.
– Джерри, – обратился он, резко отворачиваясь от Сергея. – У нас к вам очень важная просьба.
Робот тут же услужливо повернулся к Капитану.
– Нам срочно надо попасть в некий сектор оранжереи. И как можно быстрее. Вы можете нам помочь?
– Объясните подробнее, – попросил Джерри.
И Капитан энергичными короткими фразами все ему подробно рассказал.
Робот серьезно задумался.
– А может, вы сможете послать туда кого‑нибудь, кто вызвалит наших друзей из плена? – вдруг посетила Сергея спасительная мысль. Так ведь будет гораздо проще и быстрее. Но… спас‑то их все‑таки Капитан!…
– Нет, – категорично ответил Джерри. – У нас нет возможности появиться в оранжереях. Ее границы очень тщательно охраняются. Ничто электронное не в силах пересечь ее. Мы не в состоянии двигаться вне наших магнитных полей. Мы можем только подвести вас как можно ближе к границе. А потом выкусить проем и дальше вы сами.
Робот замолчал. Капитан и его штурман задумчиво переглянулись, быстро обменявшись молчаливыми вопросами и получив на них ответы.
– Идет, – улыбнулся Капитан, расслабляясь. – Только нам надо это очень срочно. Прямо сейчас. Рванули?
– Нет, – ответил Джерри. – Вы должны нам сделать станцию. Только после того, как она заработает, мы вам поможем.
– Но я же нарисовал вам чертеж! – воскликнул Сергей. Задержка была ему невыносима!
– Если то, что мы сделаем по этому чертежу, вдруг не заработает, меня разберут на запчасти, – спокойно произнес Джерри, и против такого аргумента ни Капитану ни Сергею нечего было возразить.

503, ранний день. Постройка станции

Огромное количество пауков, разумно распределенное на работы, управилось со всем этим за два часа. Сергей с капитаном торопились, не взирая на то, что давно уже не спали. А паукам сон был вообще не нужен.
– Ну все, готово, – почему‑то хмуро произнес Капитан, затягивая фиксаторы последнего клапана. – Запускайте.
И роботы не стали переспрашивать – Да? Уже можно? – а просто дернули мощный рубильник вверх. Индикаторная лампочка осталась темной.
– Не все сразу, – понял их сомнение Капитан. – Ждите.
Он присел на отводящую трубу фильтров. Сергей присел рядом.
– Не знаешь, как долго? – поинтересовался Дмитрич.
– На Земле – за пару часов. А здесь – фиг его знает, – устало пожал плечами Сергей. – Считать надо. Но что‑то сил уже нет.
Без сна было тяжеловато, но за эти годы Сергей уже привык недосыпать.
– Сколько осталось? – снова поинтересовался Капитан.
– Час, – уверенно ответил Сергей.
Дмитрич чему‑то ухмыльнулся.
– Будем думать, – только и сказал он.
Молчали.
– Ты хоть счастлив с Элорой? – вдруг тихо поинтересовался Капитан.
Сергей откровенно задумался.
– Когда с ней – счастлив, – наконец ответил он. – Но это – очень редко. Постоянные помехи. Да плюс еще – недомолвки и ее изначальная предубежденность против меня… А когда ее нет – очень сильно скучаю.
Капитан снова кивнул.
– Болезнь любви, – произнес он. – Спишь со многими, а бешено любишь и сходишь с ума тем не менее только по одной. Печальная ситуация.
Он тактично вздохнул, глядя в пол.
– Тяжело тебе с ней придется, – заметил Капитан. – Это с самого начала нам с Женькой было понятно. С тех еще ее слов, когда она узнала тебя.
– Почему ты сделал такой вывод? – растерялся Сергей.
То ее признание для него прозвучало обыкновенной ошибкой. Пустым звуком. Хотя, впрочем, тут же невольно связало их каким‑то незримым образом.
– Логика, – пожал плечами Дмитрич. – Откапываем девицу, пролежавшую много тысяч лет, а она вдруг знает тебя. Если отбросить случайное совпадение то, согласись, можно прийти к довольно неожиданным выводам.
И Сергей, задумавшись на мгновенье, согласно кивнул.
Как же я был слеп! – со стыдом подумалось ему. Он даже покраснел. – Вот я дурак! Любовь к Элоре все для меня закрыла.
И в этот момент лампочка вдруг подернулась легкой оранжевой дымкой – совсем малозаметной, а потом – помигав, вдруг ярко вспыхнула!
– Ну все, – весело заметил Капитан, решительно приподнимаясь. – Выкусывайте проем!
И Джерри несколько растерянно замигал своей оптикой.
– Куда вам надо? – наконец спросил он.
– Есть карта? – поинтересовался Капитан и перед ним тут же возникло трехмерное изображение.
Какое‑то время Сергей и Сазонов внимательно рассматривали ее.
– Вот этот тоннель! – вдруг воскликнул Капитан. – Недавно по нему шел!
Сергей тут же переместил взгляд, сориентировался. Хотя для него все это было уже давно.
– Вот сюда нам надо, – уверенно ткнул он в точку, где примерно располагалась камера‑ловушка.
– Идите за мной, – скомандовал Джерри, взбираясь на потолок.
– Стоп! – в свою очередь резко скомандовал Сергей и Джерри замер. – Мне нужен переносной прибор генератора защитного поля, с автономным аккумулятором. У вас наверняка должен быть такой, пусть даже разряженный. Рюкзак под него. А также схема на этот прибор. Ну и описание, как этим пользоваться.
Джерри просто кивнул. И вскоре подбежавший паук передал ему маленький кристалл и небольшой рюкзачок. И исчез.
– Это – все? – поинтересовался Джерри, сверху протягивая Сергею предметы.
– Нет, – вдруг вспомнил он про Крыса. – Мне еще нужны брикеты засохших водорослей.
Сергей сообразил, что у роботов‑пауков должен быть такой разменный товар – больше им ведь нечего предлагать осьминогам в обмен на энергию?
И снова возник еще один паук.

503, день

1

Кусок каменной стены вдруг исчез и они сквозь узкий тоннель увидели слабое свечение и зелень оранжереи.
– Быстрее! – скомандовал Джерри.
И Сергей что есть силы рванул к отверстию. Бежал гигантскими лунными прыжками, старясь не касаться оплавленных стен. На спине у него был плотно закреплен небольшой рюкзак, внутри которого лежал довольно компактный приборчик, генерирующий защитный от нейтрино экран радиусом, покрывающим "Атлант" целиком. В кармане – маленький кристалл с подробными чертежами на это оборудование.
Капитан – за ним. Выскочили в оранжерею и побежали по заранее намеченному маршруту.
Пробежав метров сто по мягкой траве, Сергей начал сбавлять темп, видя, что никто их не преследует и не нападает. Перешел на энергичный шаг.
– Ну, рассказывай, – вдруг произнес догнавший его Капитан, усмехаясь.
– Что? – удивился Сергей.
– Как ты собрался выбраться из этого мира.
И Сазонов спокойно покосился на своего штурмана.
И Сергей в ответ улыбнулся.
– Ну чтож, – начал он, вздохнул и рассказал все как есть.

– Ну как? – через некоторое время несколько растерянно и подобострастно, с легким дрожанием голоса, неуверенно поинтересовался Сергей. – Все правильно? Не забыл ничего?
Он с надеждой глянул на Капитана, затаив дыхание.
Дмитрич откровенно задумался. Сергей молча шел рядом прыгающим лунным шагом, внимательно посматривая по сторонам и стараясь не мешать размышлениям своего капитана. Он точно знал – Дмитрич ничего не упустит. Сергей свято верил ему.
– Пойдет, – наконец произнес Сазонов. – Все логично. Главное – не суетись. И не перестарайся.
И у Сергея на сердце вдруг отлегло. Он понял, как боялся вердикта Капитана, только сейчас подумав – он все это время панически боялся, что вдруг действительно что‑то сделал не так, что‑то забыл, и все его многолетние страдания окажутся напрасными. И это страшило больше всего!

2

И в этот момент он вдруг увидел впереди сплошные ряды осьминогов.
Сергей с Капитаном тут же упали в невысокую траву, перекатившись в небольшую ложбинку.
– Джерри! – крикнул Сергей в связь. – Здесь осьминоги! Что делать?
– Это есть визор для осьминогов, – раздался ломанный ответ. – Теперь они знать о вашем появлении. Вам надо возвращаться – погибнете.
Между тем роботы‑осьминоги довольно проворно неслись им навстречу, охватывая полукругом и перекрывая собой все лазейки и лишая надежд.
– Однако! – расстроенно промолвил Капитан, приподнимая голову. – Нас тщательно обложили. Бежим назад?
Он вопросительно покосился на Сергея, но тот решительно покачал головой. И Капитан кивнул.
– Значит, как я понимаю, случится что‑то еще, – задумчиво произнес он. – Будем ждать.
Сергей вопросительно посмотрел на Дмитрича. Мысли в его голове постепенно принялись выстраиваться во вполне логичный ряд. Он приподнялся, желая увидеть все своими глазами, и в этот момент автоматно‑пулеметный огонь справа пробил в рядах атакующих роботов вполне приличную брешь.
Осьминоги быстро перегруппировались, открыв ответный огонь электрическими разрядами.
А Капитан с Сергеем, не сговариваясь, рванули вперед в образовавшуюся щель. Они неслись по мягкой траве, тщательно глядя себе под ноги, чтобы случаем не споткнуться или не запутаться. Ведь собственная жизнь стояла на кону! И жизнь еще двоих!
Они стремительно вылетели за ряды осьминогов и еще долго бежали, прислушиваясь к затихающим выстрелам позади.
– Хватит, хватит! – вдруг услышали они крик сзади и резко обернулись.
Их догонял Давор с четверкой бойцов. Вид у него был порядком уставший. В руках он держал универсальный автомат. И обвешан был всевозможными военными штучками, словно новогодняя елка. А на голове почему‑то вместо шлема торчал маленький серебряный обруч.
– Я вам еще раньше кричал! Чтож вы так?! – тяжело дыша, приблизился Давор, протягивая им два автомата. – Мы пробежали лишние пятьсот метров. Теперь придется делать крюк, чтобы прийти к цели.
– Куда? – спросил Сергей, беря автомат и совершенно не удивляясь.
Капитан, забрав свой, чему‑либо удивляться перестал явно уже давно.
– В шлюпку, – коротко ответил Давор. – Моя задача – доставить вас на базу с вашими артефактами.
Он выжидательно замер.
Однако, удивился в душе Сергей, как мог Давор узнать, что мы окажемся именно в этой точке? Да еще и с артефактами? Мы ведь и сами толком этого не знали.
– А кто вам сообщил о нас? – поинтересовался он.
– Госпожа Элора Дебюсси, – ответил Давор, невольно произнося имя своего начальника с глубоким почтением.
И в этот момент Капитан резко прыгнул вперед и со всей силы толкнул Давора. Тот упал, и в месте, где он только что находился жестко промелькнул электрический разряд‑молния, толщиной с руку.
– Благодарю, – усмехнулся Давор, переворачиваясь на живот и тщательно оглядываясь из высокой травы. – Однако не просто нам придется.
– Вот именно, – выдавил Сергей, падая рядом с Капитаном. – Мы сначала рванем в другое место!
– Но у меня приказ! – равнодушно посмотрел на него Давор.
– А мне плевать! – выкрикнул Сергей, невольно приподнимаясь, и тут же в ближайшую кочку воткнулся электрический разряд, слегка подергав их тела.
Давор что‑то быстро скомандовал в свой микрофон связи. И сразу зазвучали многочисленные выстрелы. И Давор тут же рванул куда‑то в сторону.
– За мной! – закричал он. – Пока есть проход!
Сергей с Капитаном побежали следом. Бежали метров двести, пока выстрелы за спиной на стихли.
И Давор тут же перешел на шаг, отдыхая.
– Все, – удовлетворенно выдохнул он. – Наш арьергард накрыли антинейтринным полем. Теперь мы остались одни.
– В смысле? – уточнил Сергей, мысленно прикидывая время и расстояние до ловушки.
– В том смысле, что роботы подтянули свое поле – явно какой‑то переносной агрегат – и теперь будут его активно двигать за нами. И нам придется в темпе от него ускользать. Ну что? Отдохнули? Побежали?
– Конечно, – кивнул Капитан и рванул первым.
Все остальные – за ним.

3

Сергей большими затяжными прыжками поравнялся с Давором.
– Скажите, как же вы оказались у Эриха Майера? – задал он давно мучающий его вопрос, подвиснув рядом с ним в шести метрах над грунтом.
Давор равнодушно пожал плечами, глядя прямо перед собой и совершенно не удивляясь.
– Мне это неведомо, – ответил он, мягко приземлившись и резко отталкиваясь. – Я ведь был уже мертв.
– А предсмертные воспоминания? Или этот вопрос вас никогда не волновал?
– А зачем? – равнодушно пожал плечами Давор.
Сергей промолчал.
– Кстати, Серж, я вам очень благодарен, – произнес Давор, в очередной раз резко подпрыгивая вверх. – Вы ведь могли меня спокойно убить и не доводить дело до аппарата Майера. А так… Конечно плен у леди Уорнер мне, прямо скажем, очень неприятно вспоминать. Но потом все сложилось довольно благоприятно для меня.
Сергей в досаде поморщился, хоть он это уже и слышал от Наложницы.
– Да, – вынужден был согласиться Сергей. – Это было мое серьезное упущение. Но в тот момент я как‑то совсем не думал об этом.
– Серж, я на вас не в обиде, – спокойно продолжил Давор, приближаясь к земле и заранее напрягая ноги. – Хоть и есть за что. На мое счастье, вы меня оставили на попечение дилетантов. Первое время конечно было тяжеловато. Но… профессионализм, плюс имитация некоторых слабостей, позволили мне найти лазейку в их системе. Подвела случайность. Обидно конечно. Но мы ведь с вами знаем – случайность – король ситуации.
Сергей ничего не ответил. Давор повернул к нему голову, внимательно посмотрел, кивнул каким‑то своим мыслям.
– Я – профессионал, – произнес он. – И поэтому с уважением отношусь к другим профессионалам. – Давор вдруг задумался, перепрыгивая через кустарник. – Согласитесь, гораздо интереснее общаться, например, с профессиональным уборщиком подъездов, чем с посредственным ученым или актрисой.
Сергей только пожал плечами, в очередной раз сильно отталкиваясь от грунта и высоко подпрыгивая в воздух. И это откровенно мешало разговору, так как довольно сложно было подпрыгивать одновременно со своим оппонентом, да еще и на одинаковую высоту.
Однако у него какой‑то бзик на слове 'профессионал', мелькнуло у Сергея.
– Серж, я вот одно никак понять не могу, – вдруг произнес Давор, старательно держась рядом. – Вы же прекрасный спец. Но почему‑то у вас так много неразумных поступков?
Сергей невольно покосился. Его всегда удивляло то, что маньяк‑убийца Давор считает его спецом.
– Это потому, что я спец совсем в другом, – наконец ответил он.
– В чем же? – тут же поинтересовался Давор, старательно подпрыгнув рядом и невольно покосившись.
– В управлении межгалактическими кораблями, – сухо ответил Сергей.
Давор только скептически пожал в воздухе плечами, явно считая, что над ним некрасиво шутят.
– Гийом, вы ведь француз? – вдруг поинтересовался Сергей, приземляясь.
– Да, а что? – ответил Давор, приземляясь рядом и синхронно с ним отталкиваясь.
– У французов же ведь принято почитать женщин. Как вы‑то приобрели такие свои пристрастия? – искренне удивился Сергей.
– Вы это о чем? – в свою очередь еще более искренне удивился Давор.
Они бежали энергичной трусцой, которая на Луне выливалась в широкие оленьи прыжки, и их разговор сбивал дыхания.
– Я о вашем хобби, – сухо произнес Сергей, в душе начиная жалеть об этом разговоре. Ему просто казалось, что это тот Давор, с которым он уже обсуждал этот аспект.
– Вон вы о чем, – равнодушно протянул Давор, не отрывая внимательного взгляда от зарослей, и держа палец на спусковом крючке. – Все понятно. Значит жаждете восстановить справедливость. Покарать зло, так сказать, – усмехаясь добавил он.
– Это будет справедливо, согласитесь, – быстро покосился Сергей. – За свои поступки надо отвечать.
– Серж, – неторопливо и устало произнес Давор, резко подпрыгивая в унисон с Сергеем. – Я всегда восхищался вами, вашими способностями и умением работать. Но Серж, вы, простите, идеалист, и ничего не понимаете в жизни. Что меня удивляло еще там, в нашем округе. Идеальных миров нет и быть не может. В любом, даже самом‑самом замечательном мире всегда найдутся люди, которые будут им недовольны. – Он помолчал, сосредоточившись на очередном прыжке и осмотре окружающей местности. – Вы, наверное, изучали историю, – продолжил Давор через короткую паузу. – Помните Древний Рим и Грецию, Сократ, Аристотель. Знаете же, что там тогда был рабовладельческий строй, и господа могли делать со своими рабами и рабынями все что хотели. И делали. Но вас это почему‑то не возмущает. Вы в душе согласны с тем, что такое тогда было время, условия жизни. Правильно? – Давор слегка скосил глаза, но Сергей промолчал, не собираясь его поддерживать. – И здесь ведь сейчас тоже самое, – произнес он с еле заметным нажимом. – Абсолютно. Но вас это почему‑то возмущает.
– А вы читали хроники Карла IX? – в свою очередь поинтересовался Сергей. – Там, в холода, во время охоты дворяне вспарывали животы крестьянкам и грели внутри свои замерзшие ноги.
Давор пожал плечами, пристраиваясь рядом.
– У каждого человека есть свои странности, привязанности, хобби если хотите.
– Но ведь это же люди!
Давор снова пожал плечами.
– Каждый человек – винтик в чьей‑то игре – так устроен наш мир, – сказал он. – И их не спрашивают – хотят они этого или нет. Эти девочки – винтики в моей игре. Вы и я – винтики в чьей‑то еще… – Он в очередной раз пожал плечами. – Кто‑то еще будет греть ноги в наших с вами внутренностях. Серж, это жизнь.
К ним приблизился Капитан.
– Хватит уже. Не о том говорите, – промолвил он.
Сергей кивнул, покосившись на Давора, и тот, ускорившись, унесся вперед, приближаясь к своим бойцам в авангарде.
– Сколько осталось времени у тебя с Элорой? – произнес Капитан, держась рядом.
– С полчаса, – ответил Сергей. – А тебе зачем? – насторожился он.
– Я же вас спас! Кому как не мне беспокоится!
Он подчеркнуто весело посмотрел на Сергея. И Сергей растерянно промолчал.
– Полчаса – это очень мало, – задумчиво пробормотал Капитан. – Надо как‑то ускорять события.
И Сергей с ним спорить не стал, но и сам не знал – как, – хотя и постоянно бился над этим вопросом.
– Слушай, Дмитрич, дай слово, что никому не будешь рассказывать обо всем этом, – вдруг требовательно произнес Сергей. – Просто тут свои заморочки со временем. И твои откровения о времени многое, что могут разрушить, – несколько виновато пояснил он.
– Почему это? – удивился Дмитрич, подпрыгивая с ним рядом.
– Я дал слово.
– Кому это? – еще более удивился Капитан. – Ему стоит доверять?
– Себе самому. Только из другого времени, – спокойно ответил Сергей.
– Ну, – протянул Капитан. – Это, конечно, серьезный аргумент. Выходит наступила пора действовать более энергично.
И он, решительно ускорившись, догнал Давора и принялся о чем‑то тихо беседовать с ним.

4

Сергей, подивившись, что за секреты могут быть у Дмитрича, постарался приблизиться к странной парочке.
– Вы когда корабль будете захватывать – действуйте помягче, – только и услышал Сергей слова Капитана.
Он усмехнулся про себя – наверняка этот Давор и тот – они разные. И тот не знал об этом разговоре.
И в этот момент двое впереди бегущих бойцов вдруг исчезли.
– Всем назад! Занять оборону! – тут же выкрикнул Давор.
Они быстро попадали в траву, и слегка отползли назад, энергично ерзая телом и выискивая ложбинки.

5

Отчаянно поползли вправо, время от времени кидая патроны, и тем самым определяя границы защитного экрана. Впрочем обложили их достаточно серьезно – Сергей хорошо разглядел это, попереключав зрительные диапазоны. Роботы уверенно брали их в кольцо, явно ожидая подкрепления. Головы поднимать им не позволяли, не то что броситься на прорыв, быстро подстрелив двух оставшихся десантников. Свободной оставалась только дорога назад.
– Время? – резко спросил Капитан.
– Пять минут! – в отчаянии ответил Сергей, не зная, что и предпринять. Те двое, в ловушке, уже начали задыхаться.
В этот момент Капитан вдруг сорвал с Давора обруч. Быстро надел.
– Ну все, Серж. Удачи. Элоре я помогу, – на одном дыхании выдохнул Капитан и быстро выстрелил себе в сердце. Сергей даже не успел шевельнуть рукой.
Дмитрич упал, словно мешок с картошкой. Его тело дернулось несколько раз, взрыхляя почву. Потом успокоилось, только дыхание стало замедляться. И вот он уже не может вдохнуть. Впрочем, тело уже не противилось этому. Только нижняя челюсть капитана несколько раз клацнула зубами, а потом отвисла и глаза сами собой приоткрылись. Но в них уже не было того живого ума и мудрой усмешки Дмитрича. Они были пусты и безжизненны.
В первый момент Сергей растерянно оглянулся. Как же так?! Дмитрич! Блин! Не надо!!!
Он запоздало кинулся к Капитану, тело которого распласталось в ложбинке и все еще подергивалось.
Сергей мгновенно прижал руку к его шее – нет пульса!
Дмитрич, не надо! – мысленно воскликнул Сергей. – Не умирай!
Он тут же принялся энергично делать искусственное дыхание и массаж сердца. Хотя дырка в сердце и вытекающая кровь были и так понятны. Но он все равно пыхтел из последних сил.
– Не стоит, – тихо произнес Давор за его спиной.
Сергей, продолжая массаж грудной клетки, посмотрел мутными глазами в стеклянные глаза своего Капитана. Замер в отчаянии. Как все глупо! Как все ужасно!
В бессилии опустился на землю.
– Надо уходить, – сказал Давор. – Теперь, как я понял, ваша миссия выполнена и мы наконец‑то можем направиться к шлюпке.
Сергей все еще мутными глазами посмотрел на него.
– Я должен похоронить Дмитрича, – с трудом выдавил из себя Сергей, глухо раскачиваясь. – Нельзя ему здесь так просто валяться. Не по‑людски.
Давор отрицательно покачал головой.
– Ему уже все равно, – спокойно произнес он. – А мы можем не успеть, и тогда все наши жертвы – напрасны.
– Где же ваша армия? – выдохнул Сергей, глядя на неподвижного Дмитрича, на лужу крови, расползающуюся вокруг него.
Давор пожал печами.
– Скорей всего, где‑то наверху раскинут защитный купол и нам не могут прислать подмогу.
Сергей невольно вопросительно посмотрел на своего собеседника.
– А у нас – автономный генератор, – по‑детски улыбнулся он. – Совсем новая разработка. Так что скоро защита роботов нам будет не страшна.
Он спокойно смотрел на Сергея, который неподвижно смотрел на Сазонова.
– Соберитесь, – напомнил Давор. – Вдвоем нам легче пробиться к шлюпке, чем вам одному. И забудьте про похороны. Вы не успеете выкопать и полметра, как окажетесь в плену.
Сергей окинул безжизненное тело Дмитрича, словно старался запомнить все малейшие детали, потом перевел взгляд на Давора.
– Рванули, – снова сказал тот. – Пока не поздно.
Сергей скрипнул зубами в бессилии. Прости, Капитан! Не должен я бросать твое тело! На сьеденье всяким тварям!
И они быстро поползли назад, а потом и действительно рванули.
Они неслись огромными прыжками, стараясь вырваться из начинающего зажиматься кольца.
– Одобряю, – проговорил Давор. – Настоящий Капитан.
– Что это был за обруч? – отрешенно поинтересовался Сергей.
– Он позволяет погибшему мгновенно восстановиться на лунной базе. А от нее до вашего места – всего ничего.
Он достал из‑за пазухи второй обруч. – Вот этот – ваш.
– А тот значит был капитанский?
Давор кивнул.
– А почему ты его постоянно таскал на своей голове?
– Таков был приказ.
– Чей? – резко озадачился Сергей и тут же похолодел от внезапной догадки.
Давор снова кивнул.
– Вот‑вот, вы правы. Приказ был ее. Госпожи Элоры Дебюсси.

6

Ближе к шлюпке их все‑таки настигли. Парализующий огонь в спины существенно усилился, мешая им продолжать бег.
– Я прикрою, – спокойно проговорил Давор, падая в ложбинку. – Бегите!
– А вы? – растерянно спросил Сергей, притормаживая. Он как‑то не привык бросать "своих", пусть это и маньяк‑убийца. Но ведь сейчас они сражаются против общего врага!
– Я – все! – легко ответил Давор, быстро вытаскивая из карманов гранаты и раскладывая их перед собой на траве. – Я – ваш должник. Благодаря вам я не дожил до старости и сейчас восстанавливаюсь молодым. Что, согласитесь, очень большой плюс в данных условиях.
Сергей не понял. Не видя противника выстрелы стихли.
– Я сильно заинтересован, чтобы эксперимент прошел удачно. Так что не стоит так сильно удивляться, – сказал Давор на прощанье. – Ну, бегите! Время!
– Держитесь, – кивнул Сергей и, развернувшись, устремился к далекой шлюпке, в душе поражаясь тому, что пожелал подобное своему главному врагу.
Человек – существо странное, – думал Сергей, энергично отталкиваясь от почвы и высоко подпрыгивая, поймав себя на том, что испытывает к Давору невольное уважение.

7

Придерживая рюкзак с блоком и брикетами сушеных водорослей, он бежал, выдерживая лунный ритм и стараясь не прыгать высоко, а лететь как можно ближе к траве.
Один, два, три… – считал он свои прыжки, чтобы хоть на чем‑то сосредоточиться.
Ни рентген, ни инфракрасный диапазон не показывали ничего подозрительного – ни засад, ни ловушек, ни просто непонятных форм жизни.
Эх, Дмитрич! – с тоской думал он, вспоминая, как судорожно пульсируя вылетала кровь из Капитана. На всю жизнь врезалась эта картина. И также хорошо он запомнил свою промелькнувшую тогда мысль – а ведь это единственный правильный выход.
Сергей недовольно поморщился, делая очередной прыжок. За эту свою мысль ему было очень стыдно. Словно он предал своего Капитана, словно это он сам лично одобрил его самоубийство.
И Сергей невольно заскрежетал зубами, выскакивая из‑за сильно разросшихся кустов малины.
И вот они слева – шлюзовые ворота. Рукой подать.
Пружинно приземлившись, Сергей наклонил корпус влево, чтобы сменить направление прыжков, как вдруг увидел у ворот подвисших над землей – явно на воздушных подушках – серебристых дисков, которые видны были только в зрительном диапазоне.
Засада! – резануло его.
Один из дисков выстрелил. Точнее – выбросил тонкую струйку какой‑то жидкости.
Струйка пролетела мимо и Сергей резко согнул коленки, чтобы упасть вниз, к земле, и там спрятаться среди растений.

8

Напалм? – напрягся он, прячась за торчащие ветки.
Сейчас все полыхнет, отрешенно подумал Сергей, напряженно следя за местом падения жидкости.
Но нет. Это не была напалмом. То, что попало на камни, превратило их в глину. А то что на растения – превратило их в труху.
Он быстро нашел куст погуще и осторожно, чтобы не качались ветки, вгрызся в его середину. Выглянул наружу. Диски плотным строем преграждали ему путь к шлюзовой камере. И пробраться мимо них было нереально. А патронов у него на все диски не хватит.
Он выстрелил короткой очередью в ближайший диск. Пули вошли словно в желе, не оставив никаких отверстий, и никаких последствий.
Жидкие, зараза! – поразился про себя Сергей. – И как с ними бороться? – выдал он еще одну очередь – в того же самого. И с тем же результатом. Да и патроны у него закончились.
Блин, все на этом! – в каком‑то спокойствии подумал Сергей, отбрасывая ненужное оружие. – Больше не видать мне острова Медвежий! А так все хорошо было задумано! Но… видать не судьба!
Вдруг что‑то зашевелилось справа в кустах. Сергей настороженно приподнял автомат в качестве дубинки.
– Это я, не стреляй! – тут же донесся сдавленный голос Элоры.
Сергей остолбенело замер, ничего не понимая. Между тем шорох все приближался, и вдруг действительно, между кустами показалась голова Элоры.
– Приветик! – сдавленно улыбнулась она, быстро вкатываясь в его ямку.
Он торопливо дернул ее за руку, чтобы девушку не было видно противнику. Поспешно прижал к себе, на всякий случай пригибая ее голову от усердия чуть ли не к своему животу, в удивлении мельком отметив ее странный наряд – тонкие маленькие шортики‑трусики и еще более тонкая маечка, открывающая ее плечи и животик.
Стрельба тут же прекратилась.
– Я так понимаю – шлюпка и ее окружности находятся под колпаком нейтринной защиты, – прошептала она. – Иначе здесь сейчас была бы целая армия.
Сергей только кивнул, внимательно всматриваясь в нее и пытаясь понять, какая из многочисленных Элор перед ним.
– Как планируешь выбираться? Какие у тебя мысли? – спокойно поинтересовалась она, словно и не стреляли вокруг.
Сергей снова внимательно посмотрел на нее.
– Я думал – ты мне все это расскажешь. Не зря же ты здесь появилась!
И Элора, мягко улыбнувшись, только кивнула.
– Роботы – это не танки, – заметила она, доставая из‑за спины оружие странной формы – маленькое и легкое, и очень похожее на пластмассовое. – У них нет брони.
Она заговорщицки мигнула Сергею.
– Ты – бежишь. Я тебя прикрываю, – улыбнувшись, сказала она.
– А как же ты сама? – растерялся Сергей, посмотрев наружу в щелку между ветвями кустарника – никто пока к ним не приближался.
– А я уйду также, как и пришла, – спокойно ответила Элора.
Он оценивающе посмотрел на ее ружье.
– Эти роботы не содержат железа и не выделяют тепла, – произнес он. – Их не видно ни в рентгене, ни в инфракрасном.
– Я знаю, – спокойно кивнула она и Сергей поймал себя на мысли, что был готов услышать подобный ответ.
– Мне уже бежать? – только и спросил он, уже догадываясь об ответе.
– Конечно, – кивнула она, снова улыбнувшись, на этот раз какой‑то грустной улыбкой. – Как давно я тебя не видела.
И Сергей, не сказав ей о том, что она даже не заняла стрелковую позицию, да и просто не смотрит в сторону противника, набрав полную грудь воздуха и поправив рюкзачок у себя за спиной, резко выпрыгнул из ложбинки, стараясь как можно ниже лететь над поверхностью.
И тут же раздались выстрелы. И он по‑инерции сжался в комочек, не в силах больше ничего предпринять. Он являлся прекрасной мишенью, которая уже не могла защититься. Но пока он летел, в него не стреляли. Элора развела такой мощный огонь, что роботам было явно не до него.
А высунулась ли она из ложбины? – меланхолично подумал он, приземляясь на траву и снова резко отталкиваясь. До ворот шлюзовой камеры осталось совсем ничего. И Сергей был в этот момент почему‑то твердо уверен – все пройдет хорошо и он улетит на базу без проблем.

Подготовка

506, вечер. Возвращение с Луны

1

Сергей спокойно вошел в темную комнату Властелина. Сел в кресло. Дверь за ним автоматически закрылась. Черная темнота окутала его и тут же Сергей переключился на рентген, по‑прежнему с удивлением глядя на бездну перед собой и не понимая, что же это такое.
– Я достал схему защитного экрана. А также привез действующий генератор, – коротко отчитался Сергей.
– Знаешь, как можно проникнуть сквозь экран? – прозвучал безликий вопрос.
– Еще нет. Будем изучать, – ответил Сергей. Ведь именно только ради этого Властелин согласился послать на Луну реальный корабль.
Сергей прекрасно помнил, как после своего появления в этом мире он напряг Властелина тем, что таким же путем могут появиться и другие, и даже в огромном количестве.
Сергей также уговорил суперкомпьютер на создание института. Назвал его "Пространства и времени", но Властелин переименовал в "Институт физических исследований".
И он уговорил Властелина дать добро на экспедицию на Луну, с целью изучить экран роботов от нейтрино и выяснить, как с ним можно бороться. Властелин знал о цивилизации роботов. Неизвестный сосед всегда внушает опасения. И, как правило, все диктаторы хотят соседей либо захватить, либо поработить (что, в общем‑то, одно и тоже). Ведь когда‑то очень давно Властелин также пытался захватить роботов, но те создали нейтринный щит.
А для этой экспедиции самое лучшее – использовать старую шлюпку, она ведь вся натуральная и, значит, роботы ничего с ней сделать не смогут.
Но для этого ее еще предстояло реанимировать.

Вдруг на левой стене вспыхнул прямоугольник, словно показывая кино. Сергей узнал коридор Атланта, но почему‑то вид снизу. Появилась тень. Кто‑то приближался. Ясно, – сообразил Сергей. – Это сфера‑шпион.
Между тем невидимый человек наконец‑то попал в зону видимости и Сергей узнал самого себя. Тот, первый Сергей, ничего не заметив, спокойно прошел мимо. И даже полуобернулся. Стало хорошо видно его лицо. Изображение замерло.
– Объясните, – возник бесцветный металлический голос Властелина.
Сергей непроизвольно пожал плечами.
– Как я и рассказывал, я прилетел из другого мира, – начал он. – На этом вот космическом корабле. Мы попали в аварию, в результате которой я переместился во времени назад и снова очутился на этой космической базе.
– Значит, путешествия во времени возможны, – произнес Властелин.
– Да, – подтвердил Сергей. – Те опыты, которыми занимается лаборатория физических исследований, позволят не только проникать в другие миры, но и перемещаться во времени.
Пауза.
– Девушка Элора, которая находилась на корабле, оказалась беременна, – прозвучал голос Властелина. – Я дал указание на создание Лаборатории‑Z. Проследите за этими опытами.

2

В зале совещаний присутствовали все те же лица, плюс Алексей Дмитриевич Сазонов – капитан "Атланта". Фактически с каждым из них в отдельности Сергей вел бы себя совсем по другому – в основном бы дружески улыбался, разговаривал открыто и на "ты". Но вот в этом зале он почему‑то не мог вести себя иначе. Сухо, ни как кого не глядя, произнес.
– Начинаем. Леди Дебюсси?
Элора, побледнев, дернулась, собираясь встать. Но потом быстро поправила волосы на висках.
– Наш отдел отправил на пришельца женщину‑разведчика. Помимо этого я сама в разведывательных целях кратковременно посетила его – в такой же одежде, как и у разведчика.
Сергей кивнул. Ревность что ли? Вот и решила сама посмотреть. И Сергей вдруг вспомнил эту сцену – он тогда неторопливо прогуливался по пустым коридорам, нарезая круги вокруг основных двигателей, и столкнулся с Элорой. Тогда она показалась ему какой‑то странной, более взрослой. – Привет, Серж, – первой поздоровалась она, странно глядя на него. И от этих ярких воспоминаний Сергей невольно вздохнул – как ужасно давно это было!
– Подробнее я с вами поговорю сразу после совещания. Не уходите.
Элора сухо кивнула. А Сергей перевел взгляд на Давора. Интересно, подумал он, в памяти этого Давора есть события на Луне? Или нет?
Но спрашивать не стал и только по‑барски кивнул.
– Корабль был захвачен вполне корректно, без эксцессов, – произнес Давор и спокойно посмотрел на Капитана, а потом также спокойно перевел взгляд на Сергея. Как человек разумный, он понимал, что вот этот вот начальник сам лично присутствовал при этом захвате, да и тот, второй, с ироничным лицом – тоже.
И Сергей только чуть заметно усмехнулся в ответ – они оба прекрасно поняли друг друга.
– Пленников разместили по свободным ячейкам. Без охраны. С блокировкой дверей на выход. Правда, возникло небольшое затруднение…
Давор снова, прищурившись, посмотрел на Сергея.
– Но виновные будут наказаны.
– Не стоит, – сухо отрезал Сергей. Нельзя наказывать того, кто по ошибке привел Элору‑маленькую именно в его каморку! Он тогда, придя домой, в темноте плюхнулся на свою кровать – а там – девушка! Да еще и его потерянная жена! Такие моменты забыть вообще невозможно!
Давор кивнул. В его глазах ничего не отражалось. Вообще ничего!
– Также у нас в настоящее время возникла проблема с утечкой информации, – спокойно продолжил начальник службы безопасности. – Речь идет о секретарше Профессора. В последнее время она стала говорить много лишнего совершенно посторонним людям. И ее, по условиям безопасности, необходимо заменить на более свежую копию, но которая мало что знает.
Сергей вспомнил и секретаршу, сидевшую в клетке Лаборатории‑Х и ожидающую своей смерти. Вот, значит, как она попала туда!
Покривившись, он только кивнул. Здесь Сергей поделать ничего уже не мог – ведь все это свершилось – зачем бессмысленно ломать копья? Да еще против времени? Пользы восставшим от этого никакой – только большие проблемы.
Давор закончил свой доклад и Сергей так же сухо кивнул. Перевел взгляд на Эдика.
– Что у вас?
– У нас проблема с вашим двойником – объектом номер два, – тут же подобрался начальник медицинского отдела, изрядно волнуясь, и Сергей в очередной раз поразился этому. Как же так? Когда я прихожу к нему для дачи анализов, он ведет себя более раскованно и свободно, а когда он приходит ко мне на доклад, то вдруг почему‑то теряется и бледнеет? И это еще при том, что он не знает, что я его далекий пра‑пра‑пра– дед!
– Делайте то, что принесет больше пользы нашей главной цели, – сухо отрезал Сергей, прекрасно помня то, во что все это выльется. Но… По‑другому он поступить не мог, так как пришлось бы как‑то объяснять свои снисхождения. Да и главное все‑таки – победа любой ценой, тем более, если хорошо помнишь прошлое.
– И еще… Касается всех… – Он помедлил, не зная, как это и сказать. Ведь это распоряжение очень круто изменит жизнь многих людей. – Объект номер два (официально счет Сергеев начинался по мере их появления на базе) переводится в распоряжение медотдела в Лабораторию‑Z, работы над которой к настоящему моменту уже заканчиваются.
И он перевел взгляд на Аэция Коуриса. Бывшего его стажера, с тоской подумал Сергей. Худощавого, рыжего, конопатого юноши, категорически не признающего полутона – только черное или только белое – и все на этом! Как хорошо быть начальником! – до сих пор из головы не выходила эта его горькая фраза!
– Поставьте в известность свой объект.
Коурис, как‑то весь обмякнув, вяло кивнул, принимая это к сведению. Потом он, собравшись с мыслями, вперил усталый взгляд в невидимый для всех блокнот.
– Наша лаборатория приняла активное участие в освоении вражеского корабля, – решительно начал он. – Во‑первых, с помощью леди Дебюсси нам в кратчайшие сроки удалось разблокировать его двигатель и привести корабль к максимальной близости к базе – к самой границе колец Сатурна.
Он зачем‑то посмотрел на Сергея и тот снисходительно кивнул ресницами – Элора должна была хорошо запомнить пароль разблокировки – ведь он сам в свое время упрямо вдалбливал в нее это.
– После чего, в соответствии с ранними указаниями, мы принялись в кратчайший срок наполнять корабль оборудованием на предмет опытов с антивеществом в космическом пространстве, удаленном от нашей базы.
Он снова посмотрел на Сергея. В его взгляде сквозил скепсис. Как ученый он не видел во всем этом никакого смыла. Но… что поделаешь, вышестоящие указания необходимо выполнять.
– Хорошо, – произнес Сергей и протянул руку вперед, кладя на стол кристалл. – Вот схемы прибора малого радиуса действия. Ваша задача – к завтрашнему утру создать более мощный и смонтировать его на корабле.
Коурис протянул руку. Осторожно взял.
– Я еще зайду к вам, – многозначительно добавил Сергей. – Есть ряд рабочих вопросов.
Потом он вопросительно глянул на своего Капитана и Дмитрич спокойно кивнул. И у Сергея тут же отлегло на сердце – значит Капитан за это время успел сделать все то, о чем они договорились.
Итак, теперь настало время позаботиться и о себе молодом. Ведь очень скоро, вечером 508‑го дня, Элора даст Сергею розовый шарик Х‑25. А в этом мире, как оказалось, если сам о себе не позаботишься, то никто и не позаботится. Следовательно, необходимо было как можно быстрее насытить институт этими шариками. Чтобы их мог взять кто угодно.
– Нам нужно проанализировать воздействие нашего нового вещества Х‑25, – твердо произнес Сергей. – Поэтому всем приготовиться. Начальнику физ‑отдела подготовить все необходимое оборудование для массового производства. Куратору – установить все необходимое в кресла. Все ясно?

3

Сергей посмотрел на худенькую фигурку директора.
До отлета надо обязательно увидеться с Элорой‑маленькой, со щемящей душу тоской подумал он. Хотя бы просто попрощаться. Навсегда.
– Все свободны, – произнес он, оставаясь сидеть в своем кресле. – Кроме госпожи Дебюсси.
Брови Элоры слегка дрогнули и она осталась сидеть. Остальные поспешно поднялись, кто – шумно, кто – совсем незаметно. Давор тихо выскользнул из своего кресла и также бесшумно задвинул его под стол. Эдик наоборот, проделал все это громко и устало, думая о чем‑то своем. Коурис, поднимаясь, вопросительно посмотрел на Элору. Райнер поднялся довольно энергично, стараясь побыстрее исчезнуть. А Дмитрич ободряюще улыбнулся Сергею, выходя из зала.
– У меня вопрос, – первой начала Элора, когда дверь за последним посетителем закрылась.
– Какой?
– Зачем именно я понадобилась на этом корабле? Да еще фактически без всякого опыта? В чем смысл во всем этом?
Она замерла. Побледнела. Веки ее дрожали. И, казалось, можно было услышать как звенит ее душа, натянутая до предела.
– Поверь, он есть, – устало кивнул Сергей, не в силах ничего ей объяснить. – И очень большой. Просто гигантский. – Сергей подумал и добавил от души. – Ну просто очень гигантский!
Она растерянно посмотрела на него, ничего не понимая. Лицо ее побледнело еще сильнее и дыхание, судя по состоянию ее груди, существенно участилось.
– А теперь у меня вопрос, – постарался перебить ее Сергей, впрочем сильно догадываясь об ее ответе и в душе боясь его. Но все равно спросил – на всякий случай. – Зачем ты оказалась на Луне и вмешалась в нашу спецоперацию? Кто тебя послал? Кто сказал, в каком месте тебе следует появиться?
Он выжидающе замер, бледнея. В конец разбитая Элора непонимающе посмотрела на Сергея, замерла, время от времени озадаченно хлопая длинными черными ресницами.
– Не было меня там, – наконец растерянно прошептала она.
Сергей внимательно посмотрел в ее глаза. Как‑то пусто вдруг стало на душе. Конечно, это могла быть другая инкарнация. Но зачем? Скорее всего там была совсем другая Элора! Например, такая же, как и Сей!
Ему вдруг стало жарко! Ведь тогда получалось что, во‑первых, Сей и Элора все‑таки встретились и она осталась при нем, а во‑вторых – той Элоре наверняка было уже несколько тысяч лет.
Или все это совсем не так?
Спрашивать, откуда она узнала, где его искать на Луне и направила туда Давора, смысла уже не было никакого.

4

Сергей пришел в отдел к Коурису.
Такая знакомая дверь физиков (лаборантом он тысячи раз открывал ее) раскрылась перед Сергеем и он вошел внутрь. Как часто и долго он здесь прибирался!
Сергей знал – тот Сергей, что лаборант, сейчас отсутствует. В настоящий момент он должен находиться на встрече с Властелином, который в конце беседы будет долго рассказывать ему о прошедших заговорах и о том, как они были подавлены.
Коурис был в своем кабинете. Привстал.
– Завтра я собираюсь отвезти на корабль антинейтрино, – сказал Сергей, приблизившись. – Продолжить опыты с помощью тамошнего оборудования. Поэтому вам сегодня необходимо погрузить его на шлюпку.
Коурис кивнул.
– Также погрузите автономные генераторы нейтринного поля – штук шесть.
Вот это самое распоряжение он как раз и не хотел делать при всех.
Коурис снова кивнул.
– И я хочу, чтобы вы лично проконтролировали все работы на корабле, – добавил Сергей, и вдруг к своему удивлению вспомнил, что он сам совсем недавно просил Стокера сделать так, чтобы Коурис сегодня задержался и его не было дома – надо было извлечь его ключ.
Пожал плечами – надо же, как все складывается!
Коурис тактично, как и полагается подчиненному, молчал.
– И вот еще что… – замялся Сергей. – Не тяготит ли вас власть Властелина? – осторожно заметил он. Ему вдруг захотелось прозондировать Коуриса на предмет привлечения к заговору Стокера.
Аэций напрягся. Но потом вдруг расслабился. Он уже не был тем категоричным юнцом и за плечами у него – большой жизненный опыт.
Коурис спокойно посмотрел на Сергея.
– Человеку на самом деле мало что в жизни надо, – тихо заметил он. – Главное, чтобы была семья, уют в доме, чтобы хотелось идти домой, чтобы там все было хорошо, ну и так далее.
– А то, что вами управляет компьютер – это вас не обижает? – настойчиво вернул к своей мысли Сергей.
Коурис вдруг улыбнулся.
– Когда ты едешь по городу, – сказал он. – Ты же не обижаешься, что твоим движением управляют светофоры, так как знаешь, что они созданы людьми для их же блага.
Сергей только пожал плечами в ответ.
– Мне стало известно, что вы готовите некий заговор, – быстро произнес он.
Коурис было вскинулся, но Сергей резким поднятием руки остановил его.
– Это сведения от Властелина, – сухо добавил он. – Просто хочу вас предупредить. Вас и вашу жену.
И он внимательно посмотрел на начальника отдела физических исследований. И тот вдруг как‑то по‑детски покраснел, словно на мгновенье снова став тем Коурисом‑стажером, которого Сергей хорошо знал.
Коурис несколько раз порхнул ресницами – мол, шеф, я все понял.
И Сергей невольно улыбнулся, вспоминая Мегаполис и их дружный и веселый отдел. Эх! – снова невольно вздохнул он. Как давно это было! И что самое паршивое – больше этого не будет никогда!

5

А потом он, прекрасно помня все эти короткие коридоры физической лаборатории, направился к Профессору.
По дороге вдруг почему‑то вспомнил Лану. Ее я тоже больше никогда не увижу, с грустью подумал Сергей и тут же позвонил.
– Привет. Надо встретиться, – произнес он в воздух, попутно кивая идущему ему навстречу Олафу.
Серей точно знал – Коуриса сегодня дома не будет.
– Привет, – раздался несколько удивленный голос. – Ну хорошо. А во сколько?
– Через час, – твердо ответил Сергей, пресекая все ее возражения. Настал момент все брать в свои руки.

Профессор, все такой же старый, устало сидел за столом, сделанном из него же самого.
– Добрый день, – вежливо кивнул Сергей, решительно входя.
Профессор удивленно посмотрел на вошедшего, близоруко щуря глаза.
– Э‑э‑э, любезнейший, – наконец выдавил он из себя. – Здесь сегодня ничего не надо убирать. Можете быть свободны.
Но Сергей, взяв свободный стул, решительно сел напротив Профессора.
– Я по другому поводу, – произнес он, и Профессор снова поморщился.
– Все прошения и просьбы адресовать начальнику отдела, – устало‑равнодушно произнес он.
– Извините, Профессор, но я не тот Серж. Я – другой. Я тот, из‑за которого завертелась вся эта суета. Я тот, кто конкретно перемещается между мирами и временем, – произнес Сергей и посмотрел на Профессора. И ему показалось, что тот большую часть высказанного им просто не услышал.
Старик какое‑то время непонимающе смотрел на Сергея.
– В смысле? – наконец воскликнул он. – Объяснитесь, молодой человек!
Сергей удовлетворенно кивнул.
– В один из своих переходов я вдруг оказался рядом с одной семьей, которая мне на время передала своего грудного малыша. – Сергей посмотрел на своего собеседника. – Это были вы – Профессор.
Старик настороженно посмотрел на Сергея.
– Это голословное утверждение, – пробормотал он.
– Но это было, – тактично заметил Сергей. – Я вас нянчил на своих руках и менял вам памперсы. Впрочем, речь не о том. Я просто хотел задать вам пару вопросов, и также готов ответить на ваши.
– Забавно, – глаза старика заблестели и руки потерлись одна об другую, в нетерпении вопросов и в поисках карандаша.
Глядя на довольно пожилого уже Профессора, Сергей вдруг вспомнил Мегаполис и как ему на руки передали совсем маленького карапуза.
– Чем докажете? – прищурившись, с хитринкой поинтересовался пожилой мужчина.
Сергей задумался. Потом посмотрел на Профессора.
– Вы все состоите из нейтрино, – начал он. – И когда вы умираете, ваши связи распадаются и из вашего нейтрино создают что‑нибудь еще. В вашем случае – вот этот стол, – закончил Сергей, в душе понимая, что это очень уж жестоко, но ничего другого более убедительного он придумать не смог – он не помнил никаких родинок у того малыша.
А Профессор вдруг сник. Мгновенно постарел на десяток лет. Побледнел. Дыхание его участилось.
Сергей ждал.
– Спрашивайте, – наконец с трудом выдохнул Профессор, и Сергею стало его неимоверно жалко. Не смотря на то, что он точно знал – Профессор умрет через пару часов. Возможно, я ему в этом слегка поспособствовал? – возникла неприятная мысль, но он тут же ее решительно отбросил.
– Профессор, – как можно спокойнее начал Сергей. – Там, где вы жили, проживало так же семейство Дебюсси. Мне очень хотелось бы знать – как у них сложилась жизнь в дальнейшем? Расскажите все, что вы помните о них.
Сергей замер. Его лицо напряглось от волнения, глядя на то, как сам Профессор собирается с мыслями. Сердце забилось. Вот я сейчас и узнаю все, – лихорадочно застучало в висках. – Узнаю, кто как жил и кто как умер – Теща, тесть, Элора, Терций…
Сергей и хотел это узнать и вдруг понял, что очень страшится этого.
А Профессор растерянно посмотрел на Сергея.
– Вы это серьезно? – спросил он.
Сергей так же растерянно кивнул.
– Я ведь тогда маленький еще был. И мы переехали в другое место, – как бы оправдываясь ответил Профессор. – Я этого ничего и не помню.
И Сергей почему‑то с большим облегчением вздохнул.
– Ну хорошо. Теперь вы задавайте, – сказал он. – Только имейте ввиду, что переходов было не один, а несколько. И Серж Харви, которого вы знаете как лаборанта, через несколько дней перенесется в другие миры. А потом вернется обратно сюда, к вам, но во времени – чуть раньше. И вот он я перед вами. А теперь – спрашивайте!

6

Он снова стоял в зале, сплошь покрытом плесенью. Сергей понимал, что таких помещений здесь, на окраине, очень много. Но смысла туда идти? Ведь плесень – единый организм.
– Такой вопрос. Я скоро отсюда исчезну. И я хотел бы…
– Мы знаем об этом, – перебили его.
– Так вот, вы могли бы помочь одному человеку. Как помогали мне!
– Он сможет с нами общаться?
– Нет. Но может у вас есть возможность связаться с ним как‑нибудь иначе? Например, проникнуть ему внутрь? Вы ведь тогда сможете читать его мысли и поймете, когда он к вам обратится за помощью!
– Хорошо, дайте ему наш порошок. И назовите его собственное имя.
– Стокер! Ну или Терций. Что‑то одно из двух.
Сергей помолчал, обдумывая свою следующую мысль.
– И еще, – решительно заявил он. – Я тоже хочу поговорить со звездами!
Пауза.
– Тогда сосредоточься.
– На чем?
– На звездах, – последовал равнодушный ответ. – Попытайся обратиться к ним. Ведь они тебе знакомы. И они тоже знают тебя.
И озадаченный Сергей, поспешно закрыл глаза, сосредоточившись на космосе за стенками базы. На его звездах. На тех, которые он знал. И на тех, у которых был.
И он представил себе гиганта Бетельгейзе в созвездии Ориона. Увидел его во всем величии. Как он сияет, как пульсирует, время от времени существенно раздуваясь. Как вращаются вокруг него спутники.
– Привет, – наконец несмело обратился Сергей прямо к центру звезды.
Пауза.
– Здравствуй, странник, – вдруг послышался глухой ответ. И голос говорившего был странный, нечеловеческий, но тем не менее полный эмоций.
По‑крайней мере растерявшийся Сергей был точно уверен – ему рады, и, причем, рады вполне искренне.
И он, собравшись и справившись с охватившим его волнением, задал первый вопрос…

7

Лана открыла дверь, скромно потупив длинные пушистые ресницы. Умопомрачительно красива! Прическа, платье, роскошный макияж. Босоножки. Она попыталась улыбнуться, но у нее ничего не получилось.
Ее лицо было бледным и напряженным. И он вдруг обнял ее, прижимая к себе, и девушка тут же слабо охнула, мгновенно расслабляясь, и Сергей принялся снимать с нее платье. И она вздохнула еще раз, расслабившись еще сильнее.

А когда он уже одевался, то вдруг почему‑то вспомнил, что как раз в этот день перед его приходом Лана поспешно вытолкала того, предыдущего Сергея, пугая, что муж мол скоро должен прийти. И, кстати, предложила тому заговор.
– А ты, оказывается, коварная женщина! – удивился он. – Тебе было так интересно заняться сексом с нами обоими?
Лана улыбнулась улыбкой пресыщенной женщины.
– Я подумала, что это будет довольно любопытно, – неторопливо облизнула она губы. – Не поверишь, эта идея очень сильно захватила меня – увлекла. Никак не могла избавиться от нее! Извини, если что не так.
Она снова улыбнулась.
– И вообще – разве неинтересно встретить того, кого когда‑то любила, да еще и не в единственном числе? – вдруг грустно произнесла Лана. – И заняться сексом – и желательно – одновременно? Хотелось вообще‑то очень сильно – с вами троими. Но не получилось. А жалко. Ну ладно – торопись. У меня продолжение моей романтической затянувшейся встречи с тобой. Да и у тебя Элор целых две. Разве тебе не интересно? Никогда не посещали мысли, чтобы они обе лежали в постели?!
– Да нет. Я пока что‑то до таких глубин не дошел. Или еще не дорос, – усмехнулся он и поцеловал ее в губы. Лана при этом замерла, обхватив его руками и тщательно прижимаясь всем своим худеньким телом, невольно женским чутьем почувствовав – скоро они расстанутся – навсегда.

8

Сергей с трудом дождался, когда бар покинет предыдущий Сергей. Тот, который передал Стокеру прибор для дистанционного управления инкарнатором, расспрашивал про заговор Зелински, и прочее. Наконец тот ушел. К Лане, на сколько он помнил.
– Я так понимаю, что у тебя трудности с ключом директора, – произнес Сергей.
Он сидел на кухне у Стокера возле скворчащих сковородок. Про порошок для связи с плесенью Сергей уже рассказал, как и то – чем она может помочь. В руке он держал стакан с водкой. Совсем уже близкий час его отлета сильно нервировал его.
Сергея трясло. Он тысячу раз в уме прогонял, все что сделал, и так же тысячу раз проверял – а все ли он сделал правильно? Ничего не забыл? И наконец понял – от этой постоянной нервотрепки существует только одно лекарство – водка.
После двухсот грамм мысли в голове успокаивались сами собой, оставляя только одну – все, что можно, я уже сделал, поэтому осталось только ждать и не напрягаться – пустая трата энергии.
Стокер кивнул, подливая водки.
– Для ключа Давора тебе необходимо привлечь Элору, – сказал Сергей.
– Не получится, – недоуменно пожал плечами шеф‑повар.
– Да не эту, – невольно махнул рукой Сергей, чуть не расплескав водку. – Уже есть другая… С крейсером прилетела. Тоже Элора. Она сможет тебе помочь.
Стокер в удивлении посмотрел на Сергея.
– И как она там оказалась?
– Разведка, – отмахнулся Сергей, на этот раз переложив стакан в другую руку.
– А почему она станет нам помогать?
– Потому что я это точно знаю, – твердо ответил Сергей.

– А теперь о восстании, – продолжил он. – Есть хороший шанс. Но необходимо форсировать события.
И Сергей в общих чертах раскрыл свой план.
– А сработает? – с сомнением произнес Стокер. – Жизнь показывает – нельзя впопыхах…
И тогда Сергей посвятил его в детали. Особенно в те, которые касались антинейтринного щита, о котором мечтал Стокер. И мало того – Сергей передал ему копию чертежей.
– Ну что ж, – задумчиво протянул шеф‑повар, разглядывая маленький кристалл в своих руках. – Есть здесь что‑то. Рискнем. А то, возможно, другого шанса может уже и не быть.
– Кстати, – вдруг спохватился Сергей, – тебе сегодня приведут девочку, для которой собственно и делалась тайная комната. Приготовься.

9

Только Сергей присел за свой столик, как вдруг услышал за спиной:
– Привет.
И женская рука мягко, чуть касаясь, провела по его плечу и тут же отпрянула, словно в испуге.
Сергей обернулся. Наложница. И взгляд у нее не такой как всегда, не холодно‑равнодушный, а мягкий, добрый. Сергей вспотел от страшной догадки. Вот я мразь! – в сердцах обругал он себя, привставая и попутно краснея.
– Привет, – выдавил он, заволновавшись.
– Можно, я присяду? – спросила Наложница, и тон и взгляд были у нее такие, словно у женщины, только что увидевшей, что мир на самом деле прекрасен. И ее улыбка, адресованная ему, от которой невольно забилось сердце, была улыбкой женщины, полностью принадлежащей этому мужчине, полностью покорной ему, и очень счастливой от этого.
И Сергей, выпрямившись, покраснел еще больше, отодвигая второй стул. Ну я и подонок! – со злостью подумал он, глядя в глаза женщины, которые из всегда таких холодных и равнодушных вдруг стали такими детскими и счастливыми.
Наложница очень мягко присела на стул, как присаживаются очень любящие женщины. Снова улыбнулась Сергею, причем как‑то даже застенчиво.
И такой улыбки, и такого взгляда Сергей никогда не видел у нее. И ему стало совсем нехорошо, словно он совершил какую‑то ужасную подлость.
– Что пьешь? – мягко поинтересовалась она, хотя и так было видно по стоявшему графину.
И от ее вопроса повеяло домашним семейным уютом, устоявшимся бытом, радостью ожидания детей, сиюминутным счастьем и счастьем завтрашнего дня.
И Сергею совсем стало горько. Подумал, а ведь она, наверное, специально здесь меня караулила, ждала!… Он понимал, Наложница – она же бывшая секс‑рабыня, пережила довольно много насилия в своей жизни, и теперь с ней необходимо вести себя очень уж чутко, мягко, без резкостей.
Он сел. Взял графин, молча налил водку в рюмку Наложницы – официант успел принести – налил и себе.
– У меня тут проблемы, – выдавил Сергей из себя, стараясь не глядеть в ее безмятежные глаза. – Поддержишь?
Он вопросительно протянул ей наполненную рюмку.
– Конечно, – тут же ответила она, взяв рюмку и держа ее на весу. – А что у тебя случилось?
И так по‑семейному прозвучал ее вопрос и все ее поведение, что Сергей, поспешно ткнув своей рюмкой в рюмку Наложницы, выпил залпом за один глоток. Приложил рукав к носу, вдохнув и задержав дыхание. Потом медленно поставил рюмку на стол, по‑прежнему стараясь не глядеть на сидевшую напротив молодую женщину.
Она слегка пригубила. Сморщилась. Поставила рюмку на стол рядом с рюмкой Сергея.
– Что случилось? – уже более серьезно спросила она и тревога промелькнула в ее глазах.
От ее участия ему совсем стало противно. Вот я дерьмо! – в который раз подумал он.
Сергей наконец‑то посмотрел в ее глаза и… помедлив, протянул руку, обнял ее за плечи, мягко притянул к себе. И она тут же покорно протянула к нему свои соблазнительные губы. Сергей взял их своими губами, слегка помял, потом чуть‑чуть втянул в себя, снова помял, втянул посильнее, снова помял, снова втянул.. И тут она, покорная, тихо застонала, и Сергей тут же отпустил ее губы.
– Немного больновато, – сказала она, почему‑то виновато посмотрев на Сергея и быстро проведя язычком по верхней губе.
– Извини, – буркнул он и снова прижал ее к себе, сжав ее губы. И она снова была покорной.
А ему от этой ее покорности было очень уж паршиво, и он механически целовал ее, пытаясь доставить ей удовольствие и скрыть свою неловкость.
– Поехали ко мне, – вдруг, сильно покраснев, произнесла Наложница, когда Сергей отпустил ее губы.
– Поехали, – вымолвил Сергей. Да и что другое он мог ответить?
– Вино, водку? – спросила она с видом школьницы, собирающейся на первое в своей жизни свидание.
Сергей отрицательно покачал головой.
– Нет, – решительно произнес он. – Ничего не надо.
– Хорошо, – промолвила она и тут же встала. Замерла в ожидании.
Сергей посмотрел на нее и понял – она, такая свободная и абсолютно независимая женщина, теперь покорно ждет от него команды. Зря я отказался от водки, с грустью подумал он, но тот час представил, как она, раздвинув ноги лежит на кровати, а он, абсолютно пьяный, пытается пристроиться сверху, и ему стало совсем уж тошно.
Сергей встал.
– Поехали, – сказал он, кивая женщине – веди, мол.
Ее комната ничуть не отличалась от комнаты Сергея, такая же маленькая и темная. Обстановка вот только была более женской, более аккуратной.
– Вот здесь я и живу, – застенчиво произнесла она, останавливаясь на пороге, но Сергей, закрыв за собой дверь, поднял ее на руки и отнес на кровать.
Она вздрогнула, судорожно цепляясь за него. Но промолчала. Сергей уложил ее, снял сапоги, снял брюки – она покорно приподняла бедра, вопросительно‑растерянно глядя в его ускользающие глаза.
Сергей бросил брюки на пол, встал коленками между ее ног, принялся расстегивать свою ширинку, и замер… Что я делаю? – растерянно подумал он. – Зачем все это?

Они занимались сексом довольно долго, часто меня и темп и позы, то под желание женщины, то под желание мужчины. И перепробовали много разных вариантов. Потом отдохнули, учащенно дыша. А потом все начали заново. И так – четыре раза.

– Хорошо‑то как! – вдруг выдохнула она.
– Что‑то не так? – озаботился Сергей, приостанавливая свое движение.
– Наоборот, – тихо ответила девушка, закрыв глаза и слабо постанывая. – Мне казалось, что в моей жизни секса больше не будет никогда. И вот вдруг оказалось…
Она сама принялась неторопливо двигать бедрами, воспользовавшись тем, что Сергей навис над ней на руках, совсем тихо постанывая в такт своим движениям.
– И это – прекрасно!
И она вдруг виновато посмотрела на Сергея. И он понял – она ведь так долго находилась наложницей в гареме, и ее просто драли как попало во все ее отверстия, и сейчас он должен сделать так, чтобы ей было только приятно, чтобы она забыла свое прошлое, и чтобы никакие его движения об этом ей не напоминали.
– А почему вы там, в шахтах, не воспользовались ситуацией? – почему‑то перейдя на "вы", спросила она, ускоряясь и начиная тяжело дышать. – Ведь мы мерзли и грелись тесно прижавшись друг к другу. Что уж проще – самое лучшее согревание. Почему только сейчас? Когда нет никаких предпосылок?
Сергей, все еще замерший, задумался, ярко вспоминая их поход.
– Если бы там, в подземке, я бы, как вы говорите, воспользовался ситуацией, – наконец проговорил он, мягко погладив ямочку на ее щеке, – то потом просто презирал бы себя. Да и вы меня тоже. А здесь, сейчас, мы – на равных.
Наложница помолчала, двигая бедрами все сильнее и сильнее.
– Вот уж не думала, что именно вы будете тем мужчиной, который овладеет мной по моей же воле, – сдавленно выдохнула она.

507. Встреча трех. Отлет.

1

Накануне вечером Сергей все никак не могу уснуть. Мучился, ворочаясь. Потом выпил водки – стакан. Потом другой, потом – третий. Наконец отрубился. Но к сожалению быстро проснулся. И снова уснуть никак не смог – ведь уже завтра – его отлет! А пить было уже глупо. И он всю оставшуюся ночь ворочался, переживал, думал. То представлял себя на острове Медвежий – песок, солнце, жара, уха, Женька с Капитаном. То в который раз переживал, сможет ли он улететь, все ли продумал как надо, ничего не забыл? В сотый раз думал позвать Элору с собой, и даже многократно придумывал слова, которые он ей скажет, в душе все же точно зная – она ведь с ним не улетела! Но тем не менее… Хуже ведь не будет?!
Ранним утром кое‑как встал – теперь уже у себя, на своей Земле, дома отосплюсь.
Его всего трясло словно с жуткого похмелья.
Сергей быстро выгнал из организма весь алкоголь. Принял душ, взбодрился. Завтракать тоже не стал, по тому же принципу – дома позавтракаю.
Пришел на работу.

2

Это моя последняя встреча со всеми ними, – с щемящей сердце грустью думал Сергей, сидя в зале совещаний и вглядываясь во все эти лица. Ну или почти во все.
Поспешно протер уголки глаз, резко встряхнулся.
Не хватало еще разрыдаться при всех, с неудовольствие подумал он, мысленно ругая себя разными обидными словами.
Впрочем, не помогло.
– Ну ладно, – снова встряхнул он головой, стараясь выкинуть из нее все эмоции, пользы от которых никакой – одни только расстройства. – Начнем, пожалуй.
И сидящие за столом тут же заерзали, собираясь, раскрывая свои бумажные и электронные записные книжки и волнуясь словно их сегодня уволят.
– Что у нас с космическим блоком? – неспешно поинтересовался Сергей, спокойно повернувшись к Райнеру.
– Он готов! – с радостью отрапортовал Толстяк, быстро вытирая рукавом пот со лба. – И подсоединен к сети.
И Райнер посмотрел на Сергея взглядом побитой шавки, ожидающей похвалы и угощений – короче хвост его усиленно вилял. К отлету на Луну этот блок сделать не успели.
Кора‑Эм, мысленно связался Сергей. Видишь к сети подключен новый блок?
Да.
Скопируйся в него.
Готово.
Сергей посмотрел на услужливого Райнера.
– Дайте команду, чтобы доставили блок на шлюпку. Сейчас же.
Райнер поспешно связался с кем‑то и отдал такую команду.
А Сергей посмотрел на Коуриса.
– Как состояние корабля?
– Рабочее, – невольно пожал тот плечами.
– Антинейтрино?
– Закачали.
– Техника сведения, защитные экраны, прочее?
– Все установлено и проверено – косяков нет.
Сергей кивнул. Посмотрел на Элору, на Эдика, но спрашивать ни о чем не стал – просто физически не смог.
Сухо кивнул Дмитричу – останешься, мол.

3

– Я сегодня попытаюсь вернуться в наш мир, – волнуясь, пробормотал Сергей, бессмысленно разглядывая стол перед собой.
– Ты мне это уже рассказывал, – напомнил Капитан.
– Полетели со мной?
Сергей резко вскинул ресницы, вопросительно поднимая глаза.
Дмитрич только улыбнулся в ответ.
– Серж, ты же сам сказал – розовые шарики тебе и Женьке дал я и Элора. Так что сам уж как‑нибудь сделай вывод.
И Сергею нечего было возразить на это.
– Ну хорошо, – печально вздохнул он. –
Я еще вернусь за тобой, обещаю.
Они крепко пожали друг другу руки.
Дмитрич собрался было уходить.
– Еще одна просьба, – быстро проговорил Сергей. – Это касается Элоры‑маленькой.
И Капитан вернулся на свой стул.

4

Ричард как всегда был неотразим. Тщательно отутюженный костюм, безупречная белая рубашка, галстук, исключительно белые перчатки, легкий парфюм. Его англо‑саксонское лицо было невозмутимо и не выражало вообще никаких эмоций.
– Не сообщай Элоре о моем появлении, хорошо? – проникновенно попросил Сергей, остановившись на проходной. – Сам понимаешь, сюрприз! – многозначительно покосился он на цветы. – Она дома?
Ричард без всяких эмоций кивнул, пропуская. И Сергей быстро но совершенно бесшумно подлетел к ее двери.
Вазу с огромным букетом цветов он аккуратно поставил прямо перед дверью. Навесил разноцветные лампочки, подключил музыку (всей этой техникой Сергей озадачил Райнера и тот как обычно – энергично расстарался).
Позвонил, быстро встал в сторонке, прижимаясь к стене. Сердце его отчаянно колотилось. Но вот дверь открылась. Тут же зазвучала музыка, свет от лампочек радостно заиграл на полу, стенках и потолке.
Тут же послышался сдавленный вскрик. И Сергей радостно выскочил к своей жене… И замер. Элора плакала, глядя на цветы у ее ног, и с каждой секундой она плакала все сильнее и сильнее. А потом вообще разрыдалась навзрыд!

5

Потом Сергей, мысленно продолжая прощаться с базой, с людьми, со всеми этими мирами, в котором и Лес и Океан и Малыш, посетил соревнования по футболу – посмотреть издалека, как играют Капитан, другой Сергей…
Что‑то было мрачное во всем этом. Бегали не живые люди по траве под открытым небом и ярким солнцем, получая удовольствие, а бегали искусственно созданные люди, запертые в космосе на базе. Впрочем, игра началась и эти мысли быстро улетучились – футбол есть футбол.

6

После футбола он посетил Крыса, подумав, что надо бы его забрать с собой.
Положил сухих водорослей из своих запасов, мимоходом вспомнив, что когда он в этот же день пришел к Крысу – у того была чужая еда.
Меланхолично пожал плечами – ну и что? Все ведь уже – улетаю… Дембель, фактически… Что хочу, то и делаю.
И тут он встрепенулся.
А ведь действительно?! Какого фига я тут торчу и грущу? Вперед, в народ! Вдруг кто‑нибудь со мной улетит? Я надеюсь…

7

Капитан с Элорой‑маленькой прогуливались после театра именно там, где Сергей и договорился с Дмитричем. Какое‑то время Кузнецов смотрел на эту пару издалека, повторяя про себя слова, которые он ей скажет, и с каждым повтором эти слова одно за другим напрочь вылетали из его головы. Наконец он решился и волнуясь, направился к ним.
– Серж! – радостно воскликнула Элора, устремляясь к нему.
Порывисто обняла, прижимаясь и дрожа.
Ему стало неловко.
– Я не тот Сергей, – хрипло произнес он, совсем осторожно придерживая ее за плечи, словно боялся обидеть своим прикосновением.
Она растерянно отстранилась, внимательно всматриваясь в его лицо. Капитан тактично отошел в сторонку.
– С того момента, как нас захватили на "Атланте" и доставили сюда, на базу, для меня прошло больше трех лет.
Слова давались ему с большим трудом. Ей в глаза он старался не смотреть – боялся прочесть там что‑то такое, для себя очень неприятно. И тогда это его окончательно убьет.
– В отличии от тебя, я ведь все еще болтаюсь по мирам! – в отчаянии добавил Сергей.
Элора молчала.
– В общем, сегодня я улетаю в свой мир и прошу тебя полететь со мной.
Он с надеждой посмотрел на свою жену, пытаясь прочесть ее мысли.
Элора молчала, сосредоточенно задумавшись.
– Ты нужна мне! – в отчаянии выдохнул он. – Что я там буду делать?! Без тебя!
И девушка чуть заметно покачала головой. Цепочка на ее шее с метеоритиком – свадебным подарком Сергея – тоже качнулась.
– Серж, мне очень жаль, – совсем тихо произнесла она, подняв на него свои огромные глаза с голубыми белками. Лицо ее было бледным. – Я только‑только сыграла свадьбу. И мой муж сейчас томится где‑то здесь, в застенках. А ты предлагаешь мне бросить его и сбежать с тобой?!
Она замерла, словно ожидая от его каких‑то слов, возражений, серьезных аргументов. Но он молчал.
– Я так не могу! – тихо воскликнула она, отворачиваясь.
И он, враз потухнув, только кивнул. Она была во всем права и говорить было, в принципе, больше не о чем. Да и сил на это уже не было.
– Удачи, – еще раз кивнул Сергей, стараясь не смотреть на свою жену, и поспешно удалился, так же не оборачиваясь.
Никто его не окликнул.

Сергей, проделав на входе все необходимые формальности, прошел мимо Ричарда и оказался возле квартиры Элоры‑директора. Эта Элора тоже не полетит с ним. Но ему очень уж хотелось знать – а она‑то почему?
– Привет, – произнес он.
– Ты зачем? – удивилась она.
– Видишь ли, я – улетаю из вашего мира. Насовсем. Пришел позвать тебя лететь вместе со мной.
Элора внимательно посмотрела на него. Долго всматривалась. Кивнула.
– Меня с этим миром связывает очень и очень многое, – печально произнесла она. – Гораздо больше, чем с тобой. Ты ведь только небольшой эпизод в моей жизни. Хоть и яркий. К тому же ты знаешь – я люблю другого. Это для той Элоры, что сидит сейчас взаперти, – кивнула она, – ты занимаешь всю ее жизнь. А я уже пожила, многое повидала, многое пережила… Пойми – это мой мир, это мой родной дом! А теперь у меня к тому же появилась возможность многое сделать для него! Так что я – остаюсь. А та, – снова кивнула Элора куда‑то в бок, – полетит с тобой – ведь здесь она фактически и не жила, ничто ее здесь не удерживает, все ей здесь чужое.
– Может, ты все‑таки подумаешь немного, – не теряя надежды попытался хоть за что‑то зацепиться Сергей. – Ведь тот Сергей тоже вскоре исчезнет. И ты останешься одна.
Но она только отрицательно покачала головой.
– Почему ты думаешь, что там у вас мне будет лучше? – спросила Элора, грустно посмотрев в его глаза. – Там я ведь буду в одиночестве. Здесь у меня друзья. родственники… Мои воспоминания о детстве.
Его вдруг осенило.
– Тогда у меня к тебе будет просьба – передай мне – пленнику – розовые шарики. Капитан тебе поможет. Иначе я тут погибну. И мы с тобой тогда точно никогда не встретимся. Обещаешь?
– Я подумаю, – еще более грустно кивнула она.

Надо бы уже и уходить, но Сергей все никак не решался, по‑прежнему стоя в прихожей. Что‑то не давало ему покоя. Так они и стояли в прихожей. Неловко мялись.
– Тогда расскажи мне, что же с тобой случилось, когда ты вернулась в мир Мегаполиса? – наконец поинтересовался он.
Элора неуверенно пожала плечами.
– Когда появилась в мире, – тихо начала она, глядя куда‑то в сторону, – хорошо помнила – ты сам просил обязательно тебя найти, а самой тщательно скрываться – нас ведь будет двое. Нашла монетку возле уличного линкера. До тебя не дозвонилась. Но дозвонилась до своей подруги – Кайсы. Та приехала. Отвезла меня к себе. Я вкратце ей все рассказала. Стали думать, как связаться с тобой. Решили, что звонить тебе нельзя – наверняка прослушивают. И если вычислят, что нас – двое, то четыре стены обеим обеспечены.
Элора недовольно поморщилась каким‑то своим мыслям или воспоминаниям.
– Значит надо лично встретиться или передать на словах, – продолжила она все‑тем же бесцветным голосом. – Решили, что Кайса тебя перехватит, когда будешь выходить из дома. Придумали для нее фразу: Элора, та что была в лесу и в океане, ждет от тебя помощи. Следуй за мной.
Сергей вспомнил – Кайса тогда была закутана до неузнаваемости. И произнесла совсем другое: Та, что была у моря, ждет твоей помощи. Следуй за мной.
Сергей тогда ничего не понял и растерялся. Ведь он еще не был ни в Лесу, ни в Океане. А тот, следующий, появился в Мегаполисе, когда было уже поздно.
– А потом налетели ее помощники – она опаздывала на съемку – и ее утащили, – продолжала свой монолог Элора, все‑также глядя куда‑то в сторону.
– Потом я сама выбралась. Кайса подвезла. И столкнулась с тобой опять же по дороге на работу. Но тут появились люди Давора. Защиты в этот момент у тебя просить не стала – побоялась, что только подставлю тебя, без всякой пользы. Поэтому и убежала.
Сергей ярко вспомнил и этот момент.
– И уже боялась высунуться, так как поняла, что охотятся именно за мной. Думали с Кайсой, что же делать дальше? Рисовать рисунки на твоем пути – это была идея Кайсы, раз не получилась встреча. А отсылать на встречу с тобой ее помощников побоялись – вдруг среди них шпионы? Я придумала рисунок – чтобы он быстро рисовался и чтобы ты его понял. Я почему‑то считала, что ты уже был в Океане. А Кайса поручила рисование своей команде – мол, шарада для кого‑то из знакомых, розыгрыш…
Как я был глуп! – в расстройстве подумал Сергей. – Она так надеялась на меня! Так ждала моей помощи! Разве можно было так отвратительно проинструктировать Элору? Что же я наделал!
– Рисовали на пути твоего следования. И ждали от тебя ответных рисунков. А потом нас с ней арестовали.

А потом Сергей ушел. Он хорошо помнил – скоро придет другой Сергей. Заберет у Элоры ключ, пока та будет в ванной. Но на ночь она его не оставит. Может, из‑за этого вот разговора?

Итак, вторая попытка позвать ее, думал Сергей, направляясь к Лане. Свои аргументы она мне уже объяснила в прошлый раз. Чем еще я могу ее привлечь? Чем переубедить? Что ее может сильно заинтересовать?
Но ничего умного ему в голову не приходило.
– Привет, – поздоровался он на пороге.
– Привет? – удивленно протянула она, отходя в сторонку и пропуская его внутрь. – Какими судьбами.
– Я сегодня точно улетаю в свой мир, и меня уже здесь никогда не будет, – закрывая за собой дверь, торопливо произнес он, боясь, что Лана его перебьет.. Но девушка молчала. Впрочем, с абсолютно равнодушным лицом, что несколько охладило Сергея.
– Выслушай меня, – продолжил он. – Там не будет диктатуры Властелина! Там – демократия. Там все свободны. Огромное количество освоенных миров! Летай в любой. Разнообразная природа. Замечательные курорты!
Он замолчал, лихорадочно соображая, чем бы еще ее увлечь.
– А на счет того, что ты здесь себя проявила – так и там тогда сможешь себя проявить! – уверенно добавил он.
Лана только насмешливо улыбалась, время от времени отрицательно покачивая головой.
– Зачем мне все начинать с нуля? Когда у меня уже все есть? – наконец произнесла она, когда он окончательно замолчал. – А природа и курорты… Зачем все это, когда ты – никто? Ты не представляешь, но этот мир меня вполне устраивает. Есть, конечно, отдельные недостатки. – Она вопросительно посмотрела на Сергея. – Но где их не бывает? А я уже давно приспособилась к ним. Привыкла даже.
– Лучше хорошенько подумай, – попытался настоять на своем Сергей. – Подумай, что ты теряешь.
Но она снова насмешливо покачала головой.
– Сегодня вечером ты придешь ко мне, – прошептала она, соблазнительно блестя глазами. – Разве я могу упустить такой шанс!
Она по‑прежнему насмешливо смотрела на Сергея.
– Да и все мои последующие дни на годы расписаны вперед. И, поверь, каждый день из этого списка я жду с нетерпением!.. А ты говоришь…
И Сергей ушел.

Зашел в бар.
– Я улетаю, – тихо сказал Сергей Стокеру. – На этот раз – навсегда. Больше ты меня никогда не увидишь.
Стокер промолчал, мелко нарезая лук и ожидая продолжения.
– Я не знаю, чем закончится ваше восстание, – с горечью произнес Сергей. – Победой или поражением. Когда я исчез в тот раз, битва была в самом разгаре, – честно признался он.
Стокер кивнул.
– Мы ведь все равно будем сражаться, – сказал он, нервно поигрывая желваками. – В любом случае спасибо за помощь!
– К тебе завтра зайдет местный Сергей. Проинструктируй его по поводу восстания. Его ведь потом арестуют. Пусть он поучаствует изнутри.
Стокер кивнул, ссыпав лук на зашкворчавшую сковородку.
– И еще – у тебя будет помощница. Кора‑М. Она будет связываться с тобой по твоему линкеру. А ты к ней – рисовать крестик на стене справа от двери в бар. Причем можешь просто проводить пальцем – она увидит и свяжется с тобой.
– Это кто?
– Это компьютерный мозг уровня Властелина. Но сам понимаешь, если что – она погибнет первой. Так что старайся ее не подставлять.
– А почему – Ее? А не Его?
– Так исторически сложилось, – пожал плечами Сергей. – Напоследок, положи мне в какую‑нибудь сумку еды. Мало ли что.
И Стокер вытащил из под стола нечто необъятных размеров.

Я так и не узнаю – смог ли Терций завершить свое дело, с огромным сожалением думал Сергей, направляясь к выходу и придерживая на плече увесистую сумку с едой. Оборачиваться он не стал – достаточно было прощального рукопожатия.

Выйдя в зал из каморки Стокера, он неожиданно столкнулся с Наложницей.
Она была серьезная, бледная.
– В общем так, – сухо произнесла девушка. – Сегодня я имела интересную беседу, в которой мне наконец‑то объяснили, в чем заключается моя работа…
Властелин действует по шаблону, подумал Сергей, в тот раз подсунул нам Элору, сейчас – Наложницу. Хотя этот способ получения сведений, используя женщин, практиковался тысячелетиями.
Он вдруг понял, что ответственен за нее. Нельзя же вот так сказать – Забудь о том, что было. Я тебя просто использовал, чтобы заглушить свою душевную боль! – Это ведь тоже самое, что цинично втоптать ее в грязь! А ведь ее уже втаптывали. И довольно долго. А сейчас, по всей видимости, она решила, что это совсем уже другой случай, что полоса втаптывания в грязь закончилась, осталась позади!
– Я так понимаю, что ты – со мной?
– Куда?
– Какая разница? Главное – подальше отсюда.
Она вдруг посмотрела на него своим старым прищуренным взглядом, подумала, чуть заметно кивнула.
– Встречаемся через час у старой шлюпки на окраине. Координаты я тебе скину.
Наложница снова кивнула и ушла из бара. Совсем. А Сергей поискал глазами Кэрол. Увидел. Подозвал глазами.

– Привет! – радостно подлетела она, прыгая ему на шею и еще более счастливо поджимая ноги.
– Привет, – глухо пробормотал он, придерживая ее за очень уж худенькие ягодицы. – Я – улетаю. Улетаю очень далеко и навсегда из этого мира. Ты не хочешь полететь со мной?
И он с надеждой посмотрел на девушку. Пока что так получалось, что в его родном мире с ним, фактически, не будет никого из тех, к кому он уже успел привыкнуть здесь.
– С тобой – да хоть куда!!! – засмеялась она.
Ну хоть кто‑то из них наконец‑то избежит смерти! – с огромным облегчением подумал он.

Зайдя в свою каморку, Сергей первым делом скинул Наложнице и Кэрол точку базы, куда им необходимо будет подойти. И время прибытия.
Подумал о новом компьютерном блоке, размещенном в шлюпке.
Я же поклялся не покидать Кору‑М. Там, в шахте Мегаполиса. Но как же тогда ее копия, которая остается здесь, на базе? Она ведь будет покинута! А забрать насовсем – нельзя. Властелин тут же обнаружит отсутствие своей части. Да и помощь восставшим на этом уровне будет совсем не лишней.
Сергей давно уже понял – Кора‑М его слышит только тогда, когда он мысленно обращается именно к ней.
– Девочки, – мысленно обратился Сергей к обеим Корам, отчего‑то вспотевая. – Вы меня извините, но так получается, что одна из вас полетит со мной в другой мир, а вторая останется здесь.
И Сергей рассказал остающейся Коре, как она будет вступать в связь со Стокером.
– Я тоже хочу с вами! – заявила та, что остается. – Так нечестно!
– Кора‑Эм, – мысленно обратился Сергей, невольно расстраиваясь и от этого нервничая. – Ты нужна здесь. Ты должна помогать Стокеру. Без тебя он никак не справится.
Сергею было паршиво. Ведь это была не вся правда! Конечно, с поддержкой Коры у Стокера было больше шансов на успех. А есть еще правда о том, что Властелин рано или поздно вычислит ее и накажет. И может она просто не дождется его возвращения! Вот тебе и 'своих в беде не бросаем'! – с горечью подумал он.
– А ты, Кора‑Эм, которая летит со мной, нужна будешь мне во время полета. Без тебя я тоже не смогу, – соврал он.
– Но я тоже хочу быть молоденькой девчушкой с веснушками! – возмутилась та Кора, которая оставалась. – Чтож ты так со мной‑то?! Ты же обещал?!
– Я вернусь, и ты тоже станешь ею, – терпеливо ответил Сергей, в висках у которого нестерпимо давило от этого душещипательного разговора. – Я тебе еще раз обещаю. Ты только меня дождись.
Молчание.
– Я ждала тебя тринадцать тысяч лет, – наконец прозвучал тихий ответ. – Но ведь ты в конце‑концов появился! Так что подожду еще. Хоть миллион. Ты только вернись.
– Мы со второй Корой тебе клянемся! – торжественно пообещал Сергей.
– Поддерживаю. И я буду скучать по тебе, сестренка, – произнесла та, которая улетала.
– Я тоже, – ответила первая. – По всем вам. И буду ждать. Сколь угодно долго. Учтите это.

8

Внутренние часы подсказали – подошло время встречи трех Сергеев. Он твердо решил – после нее сразу же на шлюпку и на "Атлант".
Сергей быстро переоделся в комбинезон.
Взял сумку Стокера, вдруг вспомнив, что именно эту сумку он и видел у третьего Сергея. Усмехнулся про себя, вспоминая, что там примерно лежит. Раскрыл, заглянул внутрь. Однако не все.
И он добавил бутылку водки, банку балтийской кильки, открывашку для нее, три стакана. Положил пустой пакет.
Накинул сумку на плечи.
Сунул в карман вскрывашку той, заветной двери, в которую он зайдет уже в последний раз.
На пороге обернулся, посмотрел на свою комнату, на кровать.
Прощай, подумал он, больше я тебя не увижу. Сердце вдруг защемило.
Решительно вышел, плотно закрывая за собой дверь.

9

Сергей решительно вошел в свою бывшую камеру и с нескрываемым любопытством посмотрел на того, самого первого Сергея (а по порядку появления на базе – третьего) – ведь никогда его не видел!
Какой он молодой! – поразился Сергей, глядя, в принципе, на самого себя. И совсем наивный! Неужели я таким был на самом деле?! Как, однако, тяжело ему придется в этом, таком непростом, мире! Впрочем, у него все только еще впереди! Еще только самое‑самое начало!
И Сергей почему‑то ему невольно позавидовал.
Под пристальным взглядом узника, он молча открыл сумку. Быстро выставил на стол кое‑что из ее содержимого. А именно – поллитровую бутылку водки, жестяную банку с балтийской килькой, три совершенно одинаковых стеклянных стакана.
Потом он закрыл сумку и снова посмотрел на самого себя. Тот всем своим видом напряженно ожидал объяснений. И, судя по его бледности и волнению, он уже сообразил, что видит именно себя.
Молча сел.
– В чем дело? – наконец первым нарушил молчание самый молодой из Сергеев.
– Улетаю я, – вздохнув, ответил Сергей, автоматической открывалкой непроизвольно скручивая с банки крышку. – Вот, пришел попрощаться.
– Попрощался? – поинтересовался его собеседник.
Сергей только покосился на него и усмехнулся. Молодой, горячий. Совсем как Коурис в свое время. Медленно открыл бутылку водки. Не спеша налил в три стакана. Закрыл. Поставил бутылку на столик.
Второй (или третий) Сергей тупо пронаблюдал за всеми этими действиями.
– А третий кому? – полюбопытствовал он.
– Сейчас еще один товарищ заглянет, – неопределенно ответил Сергей.
– Ты – Харви? – вдруг раздался прямой вопрос.
Сергей только усмехнулся этому.
– В общем‑то, наверное, да, – неопределенно ответил он.
– Тогда у меня к тебе один вопрос… – вскинулся узник, но Сергей его тут же перебил, вспоминая весь разговор.
– Я знаю. Про Элору. Я не ошибаюсь?
И тот отрицательно покачал головой. Нет, мол, не ошибаешься.
– Ты на Элору зла не держи, – произнес Сергей, постаравшись хоть немного обнадежить самого себя перед предстоящими тяжелыми испытаниями. – Ты просто многого еще не понимаешь. Помни только, что хоть Элора и одна, но она – разная.
– В каком смысле? – удивился узник.
В этот момент дверь снова открылась и на пороге появился второй Сергей. В джинсах. С нескрываемым удивлением он уставился на сидевших в комнате.
– Вот значит как, – растерянно протянул он.
– Привет. Проходи, садись, – небрежно и как‑то даже радостно приветствовал его Сергей. – Налито уже.
– Ты кто? – изумленно глядя на Сергея, спросил вошедший.
– Я – это ты, – усмехнулся Сергей, беря свой стакан. – Давайте, мужики, за встречу что ли.
Второй сел на кровать рядом с узником, который слегка посторонился. Задумчиво оглядел всех, взял свой стакан. Сергей кивнул ему и грустно улыбнулся хозяину комнаты‑камеры.
– За нас, – сказал он, протягивая к центру стола руку со стаканом.
Молча чокнулись. Так же в тишине выпили. Неловко похрустели рыбкой пряного посола, испачкав в масле пальцы.
Никто первым заговорить не решался. Сергей, молча обгладывая мелкую сочную кильку, вспоминал, кто сейчас должен заговорить первым. Вспомнил. Протянул руку к бутылке, разлил водку по стаканам. Второй Сергей невольно вздохнул.
– Мужики, мне, к сожалению, пора, – с грустью произнес Сергей. – Давайте… На посошок.
Остальные Сергеи выпили и на посошок.
Он встал, даже не притронувшись к закуске. Многозначительно посмотрел на второго – мол, есть разговор. Тот понимающе кивнул и тоже встал.
– Хоть это и глупо звучит, но – удачи тебе, – произнес Сергей в камеру и дверь за ними закрылась.

– Это ты на шлюпке летал? – вдруг спросил второй Сергей, когда они остались одни в пустом коридоре.
– Я, – честно признался Сергей, понимая, что отвечать на вопросы просто необходимо.
– Далеко?
– На Луну.
– Ясно. А у сирен был?
– Был.
– И как там?
– Сам увидишь.
Он хотел спросить что‑то еще, но Сергей решительно поднял руку.
– Я улетаю домой, – произнес он.
– Нашел путь? – тут же спросил второй Сергей.
Первый Сергей кивнул.
– С собой собираюсь забрать Дмитрича, и обеих Элор, – зачем‑то сказал он. Впрочем, это было правдой. Он действительно этого хотел.
Поморщился. Как глупо! Ведь никто из них с ним не летит.
– Тебя я с собой не зову – сам понимаешь, – добавил он.
Тот кивнул, мало еще что понимая на самом деле.
– Слушай, забери с собой Крыса, – вдруг предложил он. – А то здесь в этом мире ничего хорошего его не ждет. Сам знаешь – и при себе его не оставишь. А уйдет к своим – тоже не жизнь. Погибнет под палками или в капканах.
– Уже поселил в шлюпке, – усмехнулся Сергей. – Сразу после тебя, – добавил он, так как действительно собирался забрать зверька по дороге к шлюпке.
Второй Сергей промолчал, не зная, что и сказать.
– Ну ладно, бывай, – грустно произнес Кузнецов, печалясь о том, что вот они казалось бы встретились, и казалось бы столько всего могли друг другу рассказать, но разговор почему‑то совсем не клеился, словно чужие. Он только сухо кивнул и быстро скрылся в коридоре.
У них все ведь еще впереди, думал Сергей, решительно удаляясь. Все эти приключения и испытания. Один только готовится отправиться к своему длительному путешествию. Другому тоже осталось многое что испытать. И только у меня одного все уже позади. А впереди – дом, я надеюсь – иначе будет обидно за напрасные труды и страдания, – возврат к своей обычной жизни – спокойной и будничной.

10

По дороге к шлюпке, переложив продукты в пакет, он забрал Крыса, сунув зверька в пустую сумку. Зверек выглядел удивленным и озадаченным, но не сопротивлялся.
Сергей взял только его еду. Остальное не стал – и спальное место, и тряпки на "Атланте" найдутся.
Он вдруг вздохнул. "Атлант"! – как много заключено в этом коротком слове! Столько жизни, столько событий, столько мечтаний! Любовь – в конце‑концов! Это – огромная часть моей жизни!
И его снова затрясло от возбуждения и снова захотелось водки. Но Сергей сдержался.
Потерпи, прошептал он самому себе, по ярко освещенному проходу энергично направляясь к шлюпке. Немного осталось.
У шлюпки суетилась горстка служащих, заканчивая подготовку к старту. Сергей быстро обнаружил Наложницу, скромно стоящую в сторонке и в волнении переминающуюся с ноги на ногу. Позвал глазами. Она, вспыхнув (словно не верила в это – подумал он) подошла, впрочем, совсем неторопливо, небрежно придерживая на плече сумку со своими женскими вещами. Глаза ее снова сузились в две тонкие черные щелки. Впрочем, мелко подрагивала. Он, передав ей пакет с продуктами, твердо взял за руку. Решительно повел.
– Серж! – выскочила откуда‑то Кэрол с миленьким розовым рюкзачком за спиной.
Бросилась ему на шею, не обращая внимания на его спутницу.
Сергей левой рукой резко прижал к себе худенькое крепенькое тело. Поймал настороженно‑вопросительный взгляд Наложницы.
– Ее тоже надо спасти, – прошептал он и девушка только чуть заметно кивнула ресницами. Такая ситуация ей было прекрасно знакома.
– Серж! – снова выдохнула Кэрол. – Я и не верила! Неужели я теперь с тобой?!
– Да, – кивнул Сергей, понимая, что задержка ему совсем ни к чему, и необходимо быстро погрузиться в шлюпку. Но так как отодрать руки Кэрол и объяснять, почему так – времени у него не было, Сергей решительно сжал левой рукой ее худенькие ягодицы и, правой рукой держа руку Наложницы, решительно направился к шлюпке.
Неожиданно натолкнулся на Давора. Тот равнодушно посмотрел на Кэрол и Крыса, насмешливо – на Наложницу. Вопросительно перевел взгляд на Сергея.
– Будут участвовать в опытах, – не останавливаясь, зачем‑то пояснил Сергей, хотя мог вполне этого и не делать.
У раскрытых шлюзовых ворот он увидел Элору. Ту, которая Директор. Сердце екнуло – а вдруг?! Вдруг она сейчас броситься к нему, и они вместе дружно скроются в шлюпке?! И будут счастливы. От этих мыслей сердечко дико застучало и он невольно замедлил шаг, поравнявшись. Но ничего этого не случилось, и Элора, бледная, замерла, по всей видимости мысленно прощаясь с ним. По ее щекам текли слезы. И он ей только кивнул. Причем, почему‑то с большим трудом. Сердце его разрывалось. Оставить ее он никак не мог. Но и забрать с собой не получилось.
Они все трое прошли ворота, которые тут же за ними закрылись.
Вошли в шлюпку. Сергей, наконец‑то отодрав перевозбужденную Кэрол, задраил за ними люк – автоматики не было – после чего в шлюзовой камере загорелась красная лампочка.
Коротким коридорчиком он привел растерянных, безвольных девушек в рубку. Усадил в кресла. Пристегнул ремнями. Разместил Крыса в подвесной корзине. Сам сел в капитанское кресло.
Включил автономные генераторы нейтринного поля – для девушек, для еды и для своего комбинезона. Включил защитный экран – чтобы Властелин не смог вмешаться.
Дождался, когда загорится зеленый свет – значит воздух из шлюзовой камеры был выкачан и люк над ними полностью раскрылся. Запустил двигатель на прогрев. Выждал положенное время и решительно нажал на "Пуск".
Девушки замерли в шоке, глядя на главный экран, на котором возникло кольцо Сатурна, камни которого вдруг принялись стремительно приближаться к ним.
Кэрол невольно закрыла лицо руками, сдавленно охнув. А Наложница, неотрывно глядя на экран, только напряглась и побледнела, сузив свои глаза еще сильнее.
Шлюпка легко оторвалась от базы и по заранее введенному маршруту, на автопилоте лавирую среди камней, устремилась к грузовому кораблю "Атлант".

Атлант

507. Путь к Плутону

"Атлант" медленно приближался к орбите Плутона. Мимо Урана, мимо насторожившейся базы возле Нептуна.
Антинейтринная защита экранировала корабль от внешнего воздействия. И только в рубке можно было слышать космос. И космос говорил. Ты думаешь, что ты прав? – вкрадчиво говорил космос бесцветным синтетическим голосом. – Ты думаешь, ты все просчитал? Что не сделал ни одной ошибки? И что все у тебя будет хорошо? Ты точно в этом уверен?
И Сергею было не по себе. Он в сотый раз перебирал все свои действия и не видел в них ошибок, но тем не менее, что‑то неприятно глодало его изнутри.
Впервые в своей жизни сидя в капитанском кресле он думал в тоске: Я остался совсем один. Больше в моей жизни не будет никого из них – ни Элоры, ни Эдика, ни Ланы, ни Густава, ни Ричарда… Ни Тао с Леей. Ни Яны – в конце концов! Вообще никого! Никогда!
В уголках глаз защипало и он решительно помотал головой. Ну да, из всего этого мира остались только Наложница и Кэрол. Женюсь на одной из них или на обеих, если они будут не против. Будем жить вместе, спать вместе. Я буду обнимать их и вспоминать Элору. Хотя Элору я буду вспоминать всегда!
Сергей снова вздохнул. Водки бы! – с горечью подумал он. – Но ведь нельзя! Корабль вести больше не кому – в компьютере почему‑то не сохранились координаты их появления на орбите Плутона.
А если я здесь подзадержусь хотя бы на денек, возможно Властелин придумает какую‑нибудь пакость. Лучше уж потом напьюсь, – подытожил он. – Там, на Земле. Если попаду, конечно. Выгружусь на остров Медвежий и пить буду долго, пока обе Элоры, Капитан и Женька не оставят меня в покое! Ох и намучаются со мной девчонки!
Сергей вздохнул.
А может, не жениться на них? Но тогда они выйдут замуж за других, и я потеряю последнюю нить, связывающую меня с Элорой, с Эдиком, вообще со всем тем миром! С Аллой, Густавом и Закиром! Да что говорить – с Терцием и всеми остальными! Они навсегда окажутся потерянны для меня! Я их больше никогда не увижу!
И он понял – ни Наложницу, ни Кэрол нельзя отпускать ни в коем случае! Именно они обе являются единственным мостом к Элоре и всем остальным. Пока они рядом, он также будет чувствовать незримое присутствие всех остальных!
Сергей снова вздохнул – доставит ли это радость девушкам? Они ведь заслужили гораздо большего. Заслужили, чтобы ими искренне восхищались, чтобы их любили, а не чтобы видели в них отголосок некоего потерянного мира, и всех тех людей, с ним связанных.
Сергей снова пожалел о том, что на корабле он один и не кому передать управление – сейчас бы выпить грамм сто. А лучше – двести пятьдесят! Чтобы сразу упасть и забыться, и никаких мыслей, и никаких прощаний навек. Как все это гадко и ужасно!… Столько прожить с людьми и вдруг на тебе – навсегда их потерять! И причем – навсегда‑навсегда! И бесповоротно!
Сергей механически скорректировал курс, попутно следя за защитой от нейтринного потока – нагрузка на него была огромной, так как его постоянно пытались взломать сразу со всех космических баз, но защита пока еще держалась.
Потом посмотрел, что делают его пассажиры. Кэрол, в шоке, безвылазно сидела в библиотеке возле большого экрана – смотрела на звезды. Наложница лежала в бассейне лицом вверх, отрешенно глядя в потолок. А Крыс бродил по многочисленным коридорам, с любопытством исследуя корабль.
Вот странно, отрешенно подумал Сергей, выходит, что там, на Земле, ближе чем Наложница и Кэрол для меня не будет человека! Я буду смотреть в их глаза, обнимать их, и тем самым невольно ощущать связь с миром Властелина, с Элорой, и со всеми остальными…
– Хватит гнобить себя! – вдруг услышал он за спиной резкий голос и буквально подскочил в кресле.
Мгновенно обернулся. В дверях стоял Сей.
– Привет, – сказал тот, равнодушно осматривая рубку.
– Привет, – невольно ответил Сергей, ничего толком не понимая. – Какими судьбами?
Сей ободряюще усмехнулся.
– Бросай пульт, – произнес он. – Перебирайся ко мне.
И тут же возле двери, в том самом месте, где когда‑то, покачиваясь, словно привидение, стояла бледная ожившая Элора, на этом самом месте вдруг возник небольшой столик, на котором уже стояла бутылка запотевшей Каинской водки, тарелка с ломтиками осетрины и семги, две стопки и две вилки. Причем стопки были уже наполнены водкой, хотя бутылка была полной, с плотно закрытой крышкой.
– Я не могу, – с трудом выдохнул несколько ошарашенный Сергей. – Я ведь управляю кораблем!
Сей только улыбнулся.
– Не переживай, – совершенно будничным тоном произнес он, присаживаясь на табуретку, коротая тут же возникла перед столиком. – Сейчас корабль сам пойдет к своей цели. Тем более, что ты ведь не знаешь точных координат того места, где у вас все это произошло, а я знаю.
Сергей только пожал плечами. Приподнялся, все еще с опаской глядя на пульт управления – страшно это, бросать космический корабль во время маневра. Но тут же загорелась лампочка "Автопилот", а возле столика возникла еще одна табуретка.
– Садись и выпей, – жестко произнес Сей. – А то ты совсем раскис! Возьми себя в руки!
Обалдевший Сергей снова посмотрел на пульт, потом – на Сея, подошел к столу, то и дело оглядываясь и напряженно следя за индикаторами, за курсографом. Неуверенно сел.
– Не переживай, старичок прибудет точно, куда надо, – ободрил его Сей. – Пей.
Сергей покорно взял рюмку – о ней он мечтал последние часы. Сквозь пальцы почувствовал приятный холодок. Снова недоуменно посмотрел на Сея. Тот ободряюще кивнул и Сергей наконец‑то залпом выпил. Мягкая каинская водка нарастающей жаркой лавиной пронеслась вниз, а потом жгучим теплом с силой отдалась вверх, ударив в лоб, глаза и виски.
Сергей тут же вспотел, расслабляясь. Сел. Поставил рюмку на стол.
– Помнишь, мы с тобой там, в Лесу, говорили о том, что было бы, если вдруг удалось бы прожить миллион лет – устал бы от жизни или нет? – Сей вопросительно посмотрел на Сергея и тот только кивнул, даже не пытаясь вспомнить об этом.
– Так вот, – продолжил Сей. – Тогда мне было более семи тысяч лет, а сейчас мне действительно перевалило за миллион. Я имею ввиду – земных биологических лет.
Сергей недоуменно посмотрел на своего собеседника, даже не притрагиваясь к закуске – хотелось максимально большего эффекта от водки.
– Точнее, перевалило за миллион, когда я перестал быть материальным, – уточнил Сей. – Дальше‑то отсчитать прожитые годы невозможно, сам понимаешь, нет материи – нет и времени. А миллион – это миг по сравнению с бесконечностью.
– С бесконечностью наверное все – миг, – согласился Сергей, вспомнив рассуждения Профессора.
Сей кивнул, деловито взял бутылку, открыл крышку и снова наполнил рюмку Сергея.
– Ничто не дается просто так, – сказал он, ставя бутылку на стол и закрывая крышкой.
– А ты не очень‑то торопился спасать самого себя! – невольно вырвалось у Сергея, намекая на этот миллион лет.
Сей только усмехнулся.
– Сам понимаешь – в эту точку времени можно попасть и через тысячу лет, и через много миллионов. Я мог прийти к тебе на помощь и полмиллиона лет назад, и девятьсот тысяч. Но зачем? Самая правильная помощь – когда все для нее подготовлено. Когда есть полная гарантия от осечек и неожиданностей. Для тебя ведь все равно ничего не изменится. Но зато для того, кто переносится, это очень даже существенно – какими силами и знаниями ты обладаешь. Так что пока мы во всех этих процессах разобрались, пока их освоили до состояния обыденности… К тому же, сам понимаешь, все это новое, тут же возникла куча других дел – А что там? А это как? А что там дальше? Слышал же ведь утверждение: Если у чего‑то есть начало, то у него обязательно будет и окончание. Вот хотелось выяснить – в чем может проявиться окончание для таких существ как мы? Для нематериальных. Для существ вне галактик, вне времени. Но так пока ничего и не выяснили.
Взял рюмку. Посмотрел на водку.
– Нематериальным существам не нужна сложная система кровообращения, система пищеварения и очистки, – усмехнулся он. – Ты же сам знаешь: все гениальное – просто. И что все в природе стремится к простоте. А вся материя в космосе – к вакууму. Так что все логично – простой нематериальный объект, умеющий управлять материальным миром – чего уж проще.
Выпили.
– Слушай, там на Луне, вдруг появилась Элора и меня спасала. Ей что, тоже было миллион лет? – заволновавшись, спросил Сергей.
Он с надеждой и испугом посмотрел на Сея.
Сей только улыбнулся.
– Хочешь знать свое будущее? – спросил он. – Поверь, ни к чему это. Сам со временем во всем разберешься. Не спеши. Не суетись.

507. Сей

1

– Как ты думаешь, у меня есть шанс вернуться? Получится? – спросил Сергей и вдруг настороженно замер в ожидании ответа. До него вдруг дошло, что Сей вполне может знать будущее и сейчас просто покачает головой, и на этом все – конец! Что ни делай, как ни бейся – сто процентов у тебя уже ничего не уже не выйдет. И от этой мысли на душе стало очень уж противно – хоть вой!
– Думаю – да, – неторопливо ответил Сей. – Ваши опыты были на правильном пути.
Он снова наполнил рюмки.
– Ты не бойся. Можешь выпить хоть цистерну. Все равно протрезвеешь в любой момент, если вдруг понадобится.
Сергей кивнул, беря свою емкость.
– А зачем ты берешь бутылку в руки? – зачем‑то поинтересовался он. – Ты же и так можешь наполнять рюмки.
Сей немного подумал.
– На самом деле это все не так, – наконец ответил он. – Но, согласись, если ты решил побыть нормальным человеком, то и все сопутствующее должно быть подобным. Иначе какой смысл?
Выпили.
– Ты про Элору не знаешь, или не хочешь говорить? – ставя свою рюмку решил уточнить Сергей, понимая, что это – огромная разница.
Сей усмехнулся, хрустя обыкновенным луком, возникшем на столе.
– Сколько наблюдаю за Элорой, – сказал он, – прихожу к выводу, что если бы снова встретил – уже не отпустил бы никогда. Но – не повезло. Не родилась она в моем мире. Так что остались только воспоминания. На всю жизнь.
Сей, как‑то грустно поморщившись, снова налил водки. А Сергей промолчал, выискивая на столе подходящую закуску, и тут же перед ним возникла горячая копченая куриная ножка, пахнув жаром и обдав рубку ароматными запахами. Выходит, та Элора была не из мира Сея, только и подумал он, внутренне холодея от массы дальнейших выводов.
– Завидую я вам, – произнес Сей, он же Сергей Кузнецов, бывший штурман космического грузового корабля "Атлант", вот только вся история с Элорой прошла мимо него, стороной. Да и лет ему однако…
– А ты сам? У тебя, наверняка, было столько возможностей. По сравнению со мной.
– Возможности‑то были… И даже больше, чем ты думаешь, – невесело ответил Сей. – Но было столько же и потерь. А это гораздо хуже. Так что я давно уже одиночка, – добавил он грустно улыбнувшись.
Вдруг вспомнилась Тао. Совсем ведь недавно с ней расстался. И Элора… Та, из Океана. Которая останется в этом мире навечно.
Дымка воспоминаний вдруг окутала Сергея.
– А ты помнишь, как ты чинил дырки в корпусе? – спросил он.
– Помню, – кивнул Сей, снова наливая водки.
– А что по поводу правила: человек не должен знать то, что он сделает в будущем?
Сей только пожал плечами.
– Колея, – только и сказал он. – К тому же я точно знаю – нематериальный мир более богат и разнообразен.
Они снова выпили. По прикидкам Сергея – пошел уже второй литр на каждого. Но они были по‑прежнему фактически трезвы. Только так… слегка в тонусе.
Сергей поставил рюмку на стол и вдруг наконец‑то понял, что его так сильно беспокоило все это время.
– Но если нет времени, то как тогда существуют мыслящие существа? – спросил он, глядя на Сея, и не в силах убедить себя, что это он сам. – Ведь мысль – это время! У нее есть начало, есть продолжение и есть конец.
Сей покачал головой, слабо улыбаясь.
– Вот‑вот, – сказал он. – Теперь ты начинаешь понимать, как на самом деле все очень сложно!
– И как жизнь вне времени? – с любопытством продолжал Сергей.
– Описать невозможно, – пожал плечами Сей, ставя рюмку. – В мире времени мысль движется от образа к образу через понятия. В мире без времени такая последовательность невозможна. Нет начала и нет конца.
– Но вы же можете там как‑то существовать? Мыслить?
– Разум может существовать где угодно. На то он и разум, – назидательно ответил Сей. – Да, кстати! – воскликнул он, закусывая маринованными опятами. – Как существо нематериальное, я на досуге, из любопытства, проследил твою жизнь. До этого самого момента. И даже прочел все твои мысли. А ваша встреча трех просто умилила меня!
Сергей в удивлении посмотрел на своего собеседника.
– И что? Прямо минута за минутой? И днем и ночью?
– Конечно, – кивнул Сей. – Было очень интересно.
– И охота тебе было тратить столько лет из своей жизни!
– Во‑первых, я смотрел сильно в ускоренном режиме. А во‑вторых, поверь, года – это такое ничтожное число… по сравнению с миллионом и предстоящими миллиардами…
– Забавно, – только и протянул Сергей, вдруг представив, как он занимается сексом с Элорой, а в это время над ними незримо висит Сей и внимательно разглядывает. И что самое ужасное – он читает их мысли – и его и особенно Элоры! А вдруг они совсем не соответствовали моменту?! Это и было самое ужасное. Даже ужаснее посещения туалета с незримым наблюдателем.
– И что там меня ждет? Дальше? В будущем? – только и спросил Сергей.
Сей только тактично улыбнулся.
– Я думаю – тебе этого лучше не знать.
Сергей мысленно согласился с этим.
– И имей в виду, что все твои поступки и даже мысли, потом, – Сей махнул рукой, показав куда‑то вверх, – может увидеть и почитать любой человек. Так что ты следи за собой, чтобы потом тебе не было стыдно перед близкими тебе людьми.
– Ты хочешь сказать, что в будущем станут известны поступки всех людей и вообще все их мысли?
– А ты в этом сомневался?
Сергей только пожал плечами. Прогресс… Перед ним ни что не в силах устоять.
Там, в будущем, поди уже любой может просмотреть любой отрывок из жизни любого человека, в том числе и моей, и прочесть все мои тогдашние мысли, мечты и желания.
Сергей вздохнул и потянулся за бутылкой.
– Чем сейчас занимаешься? – тихо поинтересовался он, все еще не отойдя от услышанного, и медленно разливая водку.
– Последнее время меня не покидает ощущение, что вся наша вселенная создана каким‑то разумом и находится в условной пробирке на испытательном столе. И мне очень сильно хочется взглянуть на этого создателя, и на среду, в которой он и его соратники обитают… Вот примерно этим я и занимаюсь.
Сергей кивнул, беря свой стакан.
– И такое ощущение, что есть силы, которые собирают души умерших разумных существ, – между тем продолжил Сей, так же беря свой. – И по‑разному. Кто‑то отводит кометы от планет, а кто‑то наоборот – разжигает войны – больше душ будет. Разум – дефицит – валюта.
– Но если есть жизнь после смерти, то почему никто не подал весточку?…
– Логически рассуждая понимаешь, что день, когда человечество узнает об этом – будет его последним днем.
И Сергей внутренне согласился с этим. Ведь можно будет спокойно развязать любую атомную войну – все равно ведь не умрешь.
Выпили.
– А как тебе живется? – с любопытством поинтересовался Сергей, закусывая шашлыком по‑карски. – Такому вот…
Сей усмехнулся.
– В смысле, что я не человек, а что‑то вроде сгустка энергии и могу принимать любую форму, мгновенно перемещаться по вселенным?
Сергей кивнул. Сей снова усмехнулся.
– Разум ведь не только имеет человекообразную форму, – сказал он, задумчиво ставя свой стакан. – И даже наоборот, такая цивилизация только одна. Вселенная забита цивилизациями разных уровней и видов. Я часто сталкиваюсь с таким, что мне непонятно, и скорее всего относится к более высокому уровню. А принцип прост – сам живешь и дай жить другим.
И есть такая идея – забрать всех умерших из их времени – места во вселенной хватит всем – пусть живут.
Сергей только в удивлении приподнял брови – что‑то подобное он уже где‑то слышал. Но вспоминать не стал, внимательно прислушиваясь к тому, что говорил Сей.
– Сейчас разуму сон не нужен. Сон – это свойство физического организма. А если разум перегрузился информацией, он может просто закрыть все шторки и побыть в одиночестве – хоть миллион лет.
– А удовольствия? – поинтересовался Сергей, держа в руках шпажку. – А человеческие чувства? Любовь? Влечение к женщине? Не жалко?
– Можно стать материальным и заняться сексом, – согласно кивнул Сей, беря шпажку шашлыка с двумя здоровыми кусочками мяса с косточками. – Но… Поверь, когда происходит слияние двух нематериальных сущностей – от этого такие ощущения, которые невозможно передать.
Сей старательно откусил сочное мясо.
– Человек, например, может побыть какое‑то время муравьем, испытать страстное чувство когда кормишь королеву или что‑то строишь. Но разум всегда подскажет – эти ощущения – примитивные. Так и с этими… Когда знаешь о чувствах более высокого порядка, испытывать старое и примитивное уже совсем не интересно. Да и не хочется.
Сей замолчал, с наслаждением жуя.
– Ну и сам понимаешь. – наконец продолжил он. – Для разума вне материи нет пола – нет мужчин, нет женщин. Вспомни хотя бы Инн.
– Ты хочешь сказать, что я тоже со временем стану бесполым? – несколько подрастерялся Сергей.
– Ну а куда же ты денешься? – равнодушно ответил Сей. – Прогресс все‑таки.
Сергею стало грустно, хотя он разумом и понимал правоту своего собеседника. Но тем не менее…
– Материальный мир ограничен в своем разнообразии, – продолжил Сей, неторопливо жуя. Впрочем, Сергей в этом плане также не отставал от него, жуя фактически синхронно. – Поверь, это такой примитив. Он жестко ограничен таблицей Менделеева и физическими законами. Можно сказать – он скуден, он страшно скуден! Нематериальный мир не имеет вообще никаких ограничений, следовательно его многообразие неисчерпаемо.
Сергей кивнул, тем самым поддерживая разговор.
– Я тебе уже говорил, что на самом деле Вселенных очень много. А в нашей Вселенной каждый Большой взрыв создавал свой материальный мир со своими собственными элементами и физическими законами.
Сей замолчал, старательно обгрызивая второй кусок.
– Согласись, что если ты владеешь материей и временем, то тебе ничего не стоит посетить любую точку времени в любой материи. Впрочем, можно одновременно посетить множество точек.
– И как ты все это помнишь? Или не все? – тут же поинтересовался Сергей.
Сей положил пустую косточку на тарелку. Протянул руку за бутылкой. Хоть бутылка была одна и та же, но она каждый раз наполнялась.
– Вот как раз сейчас мне достаточно легко все помнить, в мельчайших деталях. Не то, что когда память зависела от клеток‑нейронов.
Снова выпили. Молча принялись закусывать.
– А литература? Кино? Другое творчество? – осторожно спросил Сергей, боясь услышать полное отсутствие этого в будущем.
– Текст – это глубокая древность, – пожал плечами Сей, беря бутерброд со свежей красной икрой. – Стараться передать тонкости эмоций, чувства героев словами – это примитивно… Кто‑то из читателей сможет это прочувствовать, кто‑то – нет. Да и, согласись, невозможно передать ощущения словами – только приблизительно.
Сергей кивком вынужден был согласиться с этим.
– А теперь представь, что ты создал такое произведение, в котором твой читатель сможет испытать в полном объеме все то, что испытывают твои герои, вплоть до самых мелких нюансов – мыслей, запахов, осязательных ощущений....

2

– Слушай, а ты знаешь, отчего плесень вытесняла Крыс? – вдруг поинтересовался Сергей, ярко вспомнив эту загадку.
– Да все очень просто, – покривился Сей. – Защитный слой базы со временем истощался. Уровень радиации увеличивался. Вот плесень и бежала от нее.
Как однако все просто, – поморщился Сергей. Достаточно было следить за бортами базы и вовремя их подлатывать.
– А что ты скажешь о моих перемещениях? – поинтересовался он, обращаясь в принципе к самому себе и в душе снова сильно удивляясь этому. Не смотря на многочисленный опыт он так и не привык к этому. – Ведь ты прожил так много. Наверняка стал гораздо умнее.
Сей усмехнулся.
– Мои предположения на текущий момент такие, – размеренно начал он, тыча вилкой в зеленый горошек, только что возникший на столе. – Вы с Женькой пошли одним и тем же переходным туннелем. Но с задержкой, так как не вовремя глотнули свои шарики. Ты выпил первым и попал на край тоннеля. То есть на его начальную границу. Евгений – несколько позже, и попал в самый центр. И как результат – Женька, при своих изменениях клеток, получил статичность и больше никуда не перемещался. Правда эти его свойства передавались по наследству и ярче всего выразились у правнучки – Элоры. Ей оказалось достаточно малейшего толчка… А твой статус стал нестабильным, колеблющимся. Поэтому ты и разделился на трое. И принялся болтаться, подчиняясь закону маятника
– А про капсулы Х‑25? – постарался узнать Сергей о давно наболевшем. – Почему мы, проглотив их, не попали домой?
– Потому что надо было все это проделать в том же самом месте, где вы и возникли там, где туннель был открыт, – спокойно объяснил Сей, которому надоело ловить скользкие горошины и он, оставив вилку, принялся орудовать возникшей ложкой. – А так, вы просто попали совсем в другой тоннель.
– Слушай, а может ты тогда просто перенесешь "Атлант" в мой мир? – вдруг осененный, предложил Сергей, вскакивая в возбуждении. Как тогда было бы здорово! Раз – и он уже на месте! И ни каких проблем!
Сей только усмехнулся на это.
– Я уже сказал, что овладел материей, – произнес он. – И я действительно могу прямо сейчас перенести тебя в твой мир. Я также могу организовать, тоже прямо сейчас, Большой взрыв, который создаст новую Вселенную. Миллионы больших взрывов… Пойми, тайн в скудной материи больше не осталось.
Сей замер, собираясь с мыслями. Точнее, замерла его человеческая сущность – его мысли давно просчитали всю эту встречу на много ходов вперед, и теперь он явно отбывал срок. Так по‑крайней мере показалось Сергею. К его огромной горечи.
– Тебе лучше пойти естественным путем, – продолжил Сей. – Выйти в точку, в которой вы появились. И там провести опыт с антивеществом. Все должно быть естественно, без чудес. Вам, как представителям человечества, надо же самим развиваться, прилететь в свой мир не с пустыми руками и с рассказами о чудесах, а с чем‑то существенным, что поможет твоей цивилизации в дальнейшем развитии. Достаточно и того, что я уже сделал. Ты понял это?
Сергей внимательно посмотрел на Сея.
– Это ты обращаешься ко мне, как к очень тупому существу? – спокойно поинтересовался Сергей.
– Ну а ты как думаешь? – еще более спокойно поинтересовался Сей, весело усмехаясь и снова наливая водки.
Выпили. Снова молча. Без тостов. Словно поминали тех, кто уже умер. Или умрет. Причем у Сея этот список был очень уж огромен.
Сей поставил стакан на стол и вздохнул. Сергей в удивлении посмотрел на него.
– Миров в вашей вселенной миллиарды, – произнес Сей, прикидывая – взять вилку или можно уже руками. – А цивилизаций – миллионы. В одной только галактике Сигма Вероники их несколько тысяч. И миллионы остатков цивилизаций, закончивших по тем или иным причинам свою историю.
Сергей согласно кивнул, принимая к сведению.
– Тяжко, поди, жить так долго? – участливо поинтересовался он.
Сей усмехнулся.
– Как сказал один мудрец: Я не хочу жить вечно. Я просто не хочу умирать.

3

– Впрочем, засиделся я, – вдруг прервался Сей на полуслове. – Мне пора – зовут! Мы еще увидимся.
И он просто исчез.
Сергей какое‑то время смотрел на пустой стул, на оставшийся столик с закуской и полной бутылкой водки. Он почему‑то в душе не сомневался – они еще будут встречаться! Хотя вселенные у них разные, но мир‑то у них один!

507. Женька

– Твою мать!!! – вдруг раздался звучный женькин крик и сердце Сергея бешено застучало.
Не успел он вскочить с табуретки, как на пороге рубки появился Леднев собственной персоной! Точно такой же, каким его видел Сергей в кресле реинкарнации. Некоторое время они, замерев, молча смотрели друг на друга.
– Проходи, садись, – наконец с трудом выдавил Сергей, указывая на стул возле столика.
– Здорово, Серега! – произнес Женька, подлетая к столику, быстро наливая водки в два стакана. – Давно не виделись, – буркнул он сквозь зубы, быстро стукнув свой стакан о стакан Сергея и залпом, в два больших глотка, выпил. Потом прижал запястье к носу, судорожно вдыхая. Потом поставил стакан на столик. – Лет шестьдесят, наверное, – морщась, добавил он, наконец‑то присев.
Внешне ничуть не изменившийся он с интересом осмотрел пульт.
– Да, смутно помнится, я это водил, нажимал на какие‑то клавиши, выдавал какие‑то команды, – пробормотал он. Посмотрел на Сергея. – Что, нашел способ вернуться домой, да еще и меня из могилы захватить?
Сергей только кивнул, присаживаясь на свою табуретку. Он так долго мечтал об этой встрече, так ее хотел! И вот на тебе! Застыл как истукан и не знает, что и делать!
А Женька встал, почему‑то по‑стариковски сутулясь, подошел к выключенному малому экрану, внимательно рассмотрел себя в зеркальной поверхности.
– Да,.. и здесь та же рожа. Я уже и отвык от нее.
Потом он повернулся.
– Ты не поверишь! Мне уже семьдесят шесть лет!
– Догадываюсь, – проговорил Сергей, решив не говорить, что видел его могилу и слушал его запись. Потом‑то все это выяснится, но сейчас‑то зачем? – А я намотал всего лишь чуть больше трех лет.
– Значит ты по‑прежнему самый молодой. Придется тебе идти за спиртом.
Сергей только слабо улыбнулся. Разум его еще никак не осознавал того, что с ним рядом – Евгений Леднев, и такой же молодой, как и был всегда.
Женька помотал головой.
– Да,.. – протянул он, снова присаживаясь и решительно наливая водки. – А ведь там я прожил целую жизнь. Семья, дети, внуки, правнуки, работа, друзья, преферанс по пятницам, пикники… Понимаешь, Серега? Вся моя жизнь там осталась! Я не чувствую никакой связи со своим прошлым, – с надрывом говорил он, повышая голос. – Одну сплошную большую потерю.
Сергей кивнул.
– Наверное, хочется посмотреть на них, – сказал он.
Женька посмотрел на Сергея. В глазах навернулись слезы.
– Очень, – тихо ответил он.
Сергей снова кивнул.
– Мне кажется, мы сюда еще вернемся, – сказал он. – Ведь здесь так много всего мы оставили. Да и там – тоже. У тебя ведь там тоже семья.
– Помню, – кивнул Леднев. – Ну и как я теперь буду смотреть на них? – Женька был почему‑то твердо уверен, что их возвращение – дело решенное. – Что я им скажу? Ведь каждый раз при виде своей дочки я всегда буду вспоминать ту свою дочь, которая выросла у меня на руках, пошла в школу, институт, вышла замуж. И все эти переживания по ее поводу…
– Женька, ты всегда был нытиком, – сказал Сергей, деловито наливая водку из бутылки, которая упорно не пустела. Впрочем, как и закуска на столе.
– А что, я действительно умер? – вдруг спросил Леднев и странно рассмеялся. Потом быстро протянул свой стакан Сергею. Быстро чекнулись. Быстро выпили.
– Не части, – сказал Сергей, глядя на полные тарелки с закуской.
Женька посмотрел на Сергея уже мутными глазами, и вдруг принялся загибать пальцы.
– Я здесь почти час. Вычитаем. Итого, шесть часов назад я лежал в больнице на кровати, мучаясь от боли. Меня кололи наркотиками. А в глазах всех своих родственников и медсестер я читал, что умираю. И это было самое ужасное – видеть их уже отрешенные взгляды, читать в них, что ты уже покойник, хоть еще и шевелишься! Я пытался возмутиться, сказать, что рано меня хоронить, но не мог – тело меня уже не слушалось… Ты даже и не представляешь, как на самом деле быстро и совсем незаметно пролетает молодость и наступает старость! Казалось, вот только начал жить…, а уже скоро умирать… А ты говоришь – не пей. – Женька обхватил голову руками, раскачиваясь. – Наливай лучше себе. Что‑то мне плоховато совсем.
И он снова по‑стариковски сгорбился – видимо пока еще сказывалась привычка.
– Женька, я давно хотел спросить, – проговорил слегка опьяневший Сергей, нетвердой рукой пытаясь поддеть на вилку маринованные опята.
– Ну, – нетрезво кивнул Евгений, встрепенувшись и тут же берясь за бутылку водки.
– Скажи мне, только честно, – наклонился вперед Сергей. – Зачем ты гнобил кибернетику?
Женька нахмурился, продолжая разливать водку по стаканам. Закончил. Проверил ровность на глаз. Капнул пару капель в один стакан. Молча поставил бутылку на стол. Закрыл 'бескозыркой'. Взял свой стакан в руки, сосредоточенно повертел его пальцами, явно при этом трезвея.
– Да не гнобил я ее, – тихо проговорил он. – Просто старался держать ее в узде, чтобы развивалась под строгим контролем, без анархии.
– Вот твои действия и привели к такому результату, – проговорил Сергей поднимая свой стакан. – Сам же его видел.
Женька долго смотрел на Сергея.
– Точно? – пьяно спросил он.
– Абсолютно, – кивнул Сергей в ответ.
Женька задумался, склонив голову. Потом зачем‑то заглянул в свой стакан, словно проверяя – выпил он уже или еще нет. Пожал плечами.
– Ну, значит, не судьба, – просто сказал он. – Поверь человеку, достаточно пожившему на этом свете – предсказать заранее ничего не возможно. – Он поднял свой стакан на уровень глаз. – Ну, будем, – и выпил залпом.
Сергей тоже выпил вслед. И тоже – до дна. Увидел на блюдечке маленькие корнишоны. Зацепил вилкой один.
– Элора тоже здесь? – вдруг спросил Женька, краснея. У него вдруг появилась отдышка. – Что‑то ее не видно.
– Она осталась на базе, – поморщился Сергей, снова переживая окончательное их расставание.
– Почему? – удивился Евгений.
– Так получилось, – снова поморщился Сергей. Вспоминать об этом ему было очень уж тяжело.
Женька внимательно посмотрел на него пьяными глазами.
– И как ты?
– Паршиво.
Леднев снова молча наполнил стаканы водкой, даже не удивившись тому, что бутылка упрямо не пустела. Ну или просто не замечал этого. Быстро, не сговариваясь, они выпили, каждый стараясь заглушить что‑то свое, тяжелое. Не чекаясь, словно и Элора тоже умерла. Хотя, в принципе, так оно фактически и было.
– Я ее, Элору, отлично помню, – вдруг произнес Женька, со стуком опуская свой стакан и не закусывая. Он снова принялся загибать пальцы. – Буквально две недели назад она сидела у меня на коленках, этакая маленькая пухленькая девчушка с косичками. Смешная такая… Помню, обхватила меня ручонками… Деда, говорит, а почему… – Женьку понесло. Он ударился в воспоминания, сгорбился, съежился по‑стариковски, на глазах навернулись слезы.
И вдруг закашлялся.
Кашлял Женька долгим, продолжительным, по‑старчески отхаркивающим кашлем, сгибаясь все ниже и ниже. И Сергей в жалостью смотрел на него. Потом Леднев поднял глаза на Сергея.
– Привычка, – пояснил он, снова берясь за водку. Руки его дрожали, и сам он выглядел так, словно постарел лет на двадцать..
И в этот момент мигнул курсовой индикатор – корабль вышел в исходную точку. Пора было приступать к эксперименту.

Эпилог

Обская волна шумно накатила на берег острова Медвежий, отхлынула, играя песком и мелкой деревянной требухой, и из воды выскользнула совсем молоденькая девчушка с многочисленными веснушками.
Впрочем, Сергей первым выскочил на берег.
– Я победил! – весело воскликнул он, высоко подпрыгивая еще в воде и устремляясь на сушу.
Рыжая, в веснушках, девчушка рванула следом, и в это момент Сергей вдруг понял – он знает, что та сейчас скажет.
– Так нечестно! – еще более весело закричала она. – Тебя сирены научили плавать!…
И он только грустно улыбнулся в ответ, замедляя свой бег и с грустью глядя на свою соперницу, многочисленные веснушки которой задорно блестели на совсем еще девичьем веселом озорном лице.
Они подбежали к костру, согреваясь – вода в сибирской реке была довольно прохладной.
– Народ, а давайте в следующие выходные рванем на Байкал! – предложила Лариса, жена Дмитрича, расстилая на песке покрывало. – Я слышала, что бухта Аяя там очень уж красива!
Палящее летнее солнце раскалило слепящий глаза песок обского острова Медвежий, и молодая женщина с трудом переступала босыми ногами, оставив свои шлепки где‑то далеко в стороне. Поодаль стояло три палатки. На протянутых между деревьями веревках в тени густой листвы вялилась рыба – окуньки, подлещики, красноперка.
– Да мы хоть сейчас, – ответил от костра Женька.
Все были благодушно расслаблены.
– Ну, не все же бездельничают, – засмеялась блондинка Кристина, жена Евгения. – Кто‑то ведь еще и работает!
Сергей, приняв от Капитана вахту, кинул в кипящий котел соль, перец горошком, лавровый лист – мужчины готовили уху и женщин к этому процессу упрямо не допускали.
– Потихоньку стал привыкать к этой своей семье, – тихо произнес Женька, сидевший рядом с котлом, очищая от чешуи большого сазана. – Она хоть и старая – в смысле, самая первая, но сейчас для меня как новая. Там‑то я прожил большую бурную жизнь. Успел состариться вместе с женой, воспитать детей, внуков, правнуков, жену похоронить, друзей…
– А жена там какая у тебя была? – зачем‑то спросил Сергей, помешивая варево в котле и пробуя воду на соль.
– Брюнетка. Не высокая. Тихая спокойная. Взгляд умный. Дочки, Юля с Аленкой… – глаза Женьки прослезились и он автоматически протянул руку за бутылкой водки, но потом передумал – лето, жара, быстро развезет.
– Ничего, сейчас начал уже потихоньку привыкать, – виновато шмыгнул он. Леднев давно уже не горбился и старчески не закашливался, а был строен, подтянут и по‑спортивному гибок.
– Не говорил про нее? – кивнул Сергей на плавающую среди обских волн Элору, попутно с легкой тревогой оценивая расстояние от кубической темно‑синей сумки до своей жены.
– Что она моя правнучка? – Женька с удивлением посмотрел на Сергея. – Да ты что? С ума сошел? Совсем женщин не знаешь? Рассказать, что мне сейчас на самом деле под восемьдесят лет?! И что у меня была другая семья, внуки и правнуки!… Представляешь что будет?!
Сергей промолчал, подсыпав еще немного соли и помешивая воду в котелке.
– Родителей‑то видел? – спросил Женька.
Сергей кивнул.
– Рассказал? – тоже покосился Евгений в сторону плавающей Элоры – в речках ей купаться в жизни не доводилось, да и не видела она их никогда.
Сергей все‑также молча покачал головой.
– Как мне все это рассказать? – спросил он, внимательно посмотрев на Женьку. – А уж тем более – тебе.
Женька согласно кивнул.
– А я вообще ничего не рассказывал. А про наше исчезновение и последующее через час появление им, – он кивнул на блондинку с ребенком, – сказал, что мы сами ничего толком не поняли. Где‑то вспыхнуло, где‑то погасло, шум, встряска. И все…
Помолчали. Женька деловито отрезал хвост и голову – уж больно нежное там мясо. А мозг у сазана, наверное, вообще самый большой из всех речных рыб.
– Все‑таки великоват уж больно, – кивнул Женька на синюю сумку, в которой находился генератор нейтринного поля. – Поменьше сделать наши не смогли что ли?
Сергей отрицательно покачал головой, снова осторожно пробуя кипящую воду на соль.
– А как надежность?
– Защищен лучше чем сам человек.
– А моя правнучка не выплывет за круг? – вдруг забеспокоился он, кивнув в сторону Элоры. За Капитана, что тот тоже может выйти за круг, он почему‑то не волновался.
– У нее на руке браслет‑индикатор, – успокоил его Сергей. – Не маленькая.
– У нее все‑таки мой пра‑пра‑внучек, – виновато заметил Леднев, ополаскивая в небольшом котелке сазаньи нарезки.
Сергей посмотрел на Евгения.
– Не переживай, – улыбнулся он, снова поражаясь ситуации, что его будущий ребенок и его жена – очень дальние потомки его лучшего друга.
– А как ты ей это объяснил? – повел Леднев глазами на синюю сумку.
– Женька, она все знает. Еще там, на базе, когда она входила к нам в комнату вместе с Капитаном и розовыми шариками в руках, она уже все знала.
– Серега, для меня это было так давно. Я уже точно и не помню, что там было, и было ли вообще. Это для тебя прошло всего три года. А Дмитричу – вообще каких‑то три‑четыре дня. Вам повезло, вам досталось меньше всех.
Сергей промолчал. Буквально три дня назад он сам еще бегал по гулким коридорам базы, видел, как резали Кэрол, разговаривал с Густавом и Аллой, сидел в баре, пил пиво с Эдиком…
– Я твой должник, – сказал он Женьке.
– Ты мне много за что должен, – криво усмехнулся умудренный столетним опытом Леднев. – Позволь полюбопытствовать – за что на это раз?
– За Элору. Если бы не ты – она бы никогда не появилась на свет.
Женька усмехнулся стариковской ухмылкой.
– Этот должок теперь на всю твою жизнь.
Дмитрич забрал у Евгения голову и хвост сазана и вопросительно посмотрел на Сергея – как мол там соль. Сергей удовлетворительно кивнул и Дмитрич скинул рыбу в котел.
– Капитан, что слышно про наш рапорт? – поинтересовался Женька, принявшись нарезать лук острым керамическим ножом.
– Да рано еще, – ответил тот. – Конкурс слишком большой.
– Как вы однако дружно подали заявления в корпус дальней разведки, – язвительно заметила жена Леднева, поворачиваясь на покрывале к мужчинам. – Только непонятно, почему не в галактику Паука? На сколько я знаю – все рвутся именно туда.
– Серж был против, – ответил Капитан. – Сказал, что ему там неинтересно – он уже там был.
Женщина засмеялась этой шутке. Там ведь на самом деле, кроме первых разведчиков, никто еще не был.
– Говорят, там обнаружены следы многих цивилизаций, – сказала она. – Это же интересно. Не то, что в вашей серенькой Сигма Вероники.
Сергей усмехнулся.
– Как сказал один мой знакомый – в мире миллиарды миров и миллионы цивилизаций. Нам всем хватит. И так же он сказал, что в галактике Паука их не более двух сотен, а в Сигма Вероники – вообще несколько тысяч.
Сергей не стал рассказывать, что Элора тоже есть в заявке.
– Вот странно, – задумчиво и очень тихо, чтобы не слышала жена, промолвил Женька. – Я нянчил своих внуков, а у тебя только‑только намечается ребенок. Кстати, когда у вас ожидается пополнение?
– Не скоро, – покачал головой Сергей.
– Сколько у вас месяцев сейчас? А то совсем ничего не заметно, – тихо спросил Женька.
– Второй пошел, – сказал Сергей радостно – не удержался.
– Как протекает беременность?
– Нормально.
– Что врачи говорят по поводу будущего ребенка?
– Ничего пока не говорят. Сроки малы – опасно тревожить.
– Не боишься, что он свою структуру унаследует от матери?
– Я боюсь того, на что надеются наши ученые.
– Что унаследует способность перемещаться?
– Вот‑вот.
– Согласен, – протянул Капитан задумчиво, ополаскивая искрящихся на солнце стерлядок. – Для человечества это, конечно, хорошо, – продолжил он. – Решится проблема с транспортом. Каждый сможет перелететь туда, куда захочет. Достаточно будет только захотеть.
Сергей непроизвольно улыбнулся, вспомнив мир Сея.
– Зато малышу, пока ученые разберутся во всем этом, будет несладко, – грустно добавил он. – Считай, все детство пропадет, словно его и не было.
Взял в руки горсть песка, растер, посмотрел внимательно на песчинки. Возможно, в данную минуту это вещество является частичкой Закира, Ланы, какой‑нибудь дриады, бабочки Леи? – почему‑то вдруг подумалось ему, вспомнив лекцию Сея о том, что атомы одни на все параллельные миры.
– А тебя это не напрягает? – совсем тихо произнес Евгений, пристально глядя на Сергея. – Не боишься, что родится не совсем человек?
Сергей внимательно посмотрел на Евгения.
– Женька, – сказал он, почему‑то невольно вспомнив его могилу и его же прощальные слова. – Это ведь будет мой родной ребенок! Моя кровь, мои гены, мое ДНК. И это будет ребенок моей любимой женщины. И здесь уже не важно, кто появится на свет. Кто бы не появился, поверь, в любом случае это будет нами горячо любимое и обожаемое маленькое существо, за которое каждый из нас отдаст свою жизнь!
Женька вдруг смутился.
– Извини, – сказал он, дотрагиваясь до руки Сергея. – Старческий маразм, наверное, никак не хочет меня отпускать.
Сергей кивнул, принимая извинения.
– Я сам подолгу думаю над этим, – сказал он. – И мне почему‑то кажется, что у ребенка все же будут какие‑то серьезные способности. – Сергей грустно кивнул. – Наши с Элорой способности к перемещениям, скорее всего, не должны остаться незамеченными природой. В общем, увидим.
– Хочется туда? – вдруг спросил Женька, кивая вверх, в небо.
Сергей замер на мгновенье.
– В Мегаполис? – переспросил он.
Женька кивнул.
– Да, – ответил Сергей, продолжая помешивать уху.
– И мне тоже самое, – вздохнул Женька. – Так хочется увидеть своих!
Сергей снова кивнул.
– Элора сильно скучает, – сказал он. – Да и я не прочь повидаться с тещей.
– Да уж, – заметил Женька. – К теще в гости, в другой мир… Хотя бы раз в полгода надо конечно слетать. Да и я бы не прочь повидаться со своей внучкой. Обещают создать экспедицию. Но меня почему‑то не берут.
Сергей кивнул. Это не было секретом, работы по экспедиции начались сразу же после доклада экипажа "Атлант".
– Кстати, а почему меня не берут? – вдруг возмутился Женька.
– Да возьмут тебя! Ты нервы свои только подлечи! – отмахнулся уверенно кашеварящий Капитан, усмехающийся про себя чему‑то.
– Вы не понимаете. Вы не прожили такой длинной жизни как я! У меня там правнучка должна в школу пойти. У внуков – проблемы. Кто им всем поможет? Так что сами видите – я должен туда попасть!
– Ты что, остаться там решил? – поинтересовался капитан. – А как же твои дети? – Он кивнул в сторону шумно играющей детворы. – Да и не факт еще, что наша экспедиция попадет именно в то время.
Сергей недоуменно посмотрел на Женьку.
– Если меня не возьмут, я тогда застрелюсь, – коротко ответил он.
Сергей вздрогнул, остро поняв, что так действительно и будет, резко прищурил глаза, стараясь скрыть свой испуг. Вздохнул.
– Завидую я тебе, – вдруг произнес капитан и протянул руку к бутылке с водкой. – Мне бы вот такую страсть… Чтобы из‑за женщины, да так решительно и неоспоримо…
Он решительно принялся наполнять рюмки – по полной и, услышав булькающий звук, Сергей невольно поморщился, ярко вспоминая ту гигантскую воронку, что засосала его в подземке Мегаполиса.
– И чтоб сразу под пулю, – закончил Евгений поднимая две рюмки. Одну протянул Сергею, печально глядя ему в глаза. Сергей, растерявшись, непроизвольно взял. Мыслей про жару и про то что развезет уже не было.
– За любовь, – все также печально провозгласил Женька. – И за ее последствия.
Чекнулся с безвольной рюмкой Сергея, с рюмкой капитана и молча выпил – не как обычно, давясь и за несколько глотков, а одним махом – просто влив себе в рот, чем изрядно поразил Сергея.
– Я тогда прожил после вас еще пятьдесят один год, – сказал Женька, заметив его удивленный взгляд. – Так что теперь о чем мне с вами, пацанами, говорить?
Какое‑то время молча занимались ухой. Женька взял мыло и ушел к воде – вымыть после сазана руки. Капитан пододвинул к себе тазик со стерлядью. Некоторые из них еще шевелились. Взял нож, посмотрел на бездельничающего Сергея.
– Серж, ты как всегда, рыбу жалеешь, – ворчливо прошептал он. – Подвинься. Я ее сам разделаю. И зачем только ездить на рыбалку?
Разложив стерлядок Дмитрич принялся аккуратно вырезать печень.
– Не передумал про свадьбу? – спросил он.
– Нет, – отрицательно покачал головой Сергей. – Договор по яхте уже подписал. Через две недели отправляемся в свадебное путешествие. Маршрут старый – Туманность Андромеды… Как у "Атланта".
– А планы на будущее? – снова поинтересовался Капитан.
Каких‑то пять‑шесть дней назад они сражались в подземельях роботов, и Дмитрич там погиб. И вот он готовит уху.
– Мне надо вернуться, – твердо сказал Сергей. – Я обязан. У меня там три пацана на одних стариках висят. С Закиром и Густавом не договорил. С девчонками тоже… Озу надо похоронить по‑человечески…
– А как ты планируешь дальнейшую жизнь с девушками и их генераторами?
– Ну, у нас еще вся жизнь впереди, – легко ответил Сергей. – Придумаем что‑нибудь.
– Как мне это знакомо! – по‑стариковски прищурился подошедший Леднев. – Поверь моему опыту, жизнь, на самом деле, пролетает очень быстро.
Дмитрич скинул печень в котел и бурлящая вода вдруг сникла, замерев и затаившись.
А Сергей невольно перевел взгляд в сторону палаток. Наложница как обычно равнодушно загорала на песке, но вдруг чему‑то радостно и открыто рассмеялась. И ее глаза поражали своими размерами – большие, открытые, совсем не похожие на те две узкие черные щелки, что постоянно видел Сергей.
А над ней неподвижно висели два серых шара и никто их не видел, кроме Сергея.
– Зачем тебе тебе столько женщин? – тихо спросил Женька, покосившись на свою жену, и невольно любуясь весело резвящейся на песке рыжей девчушкой.
– Ты пойми, не мог я их бросить на произвол судьбы! Не заслуживают они этого! – горячо прошептал Сергей, кидая в котел женькин лук. – Да если бы я мог, я бы захватил и Лею с Тао! Да и Эю тоже, в конце‑концов!
– А две Элоры? Как же с ними?
– Я ведь их обоих любил. Защищал от наемников жены Цетега. Спасал в горном отеле. Защищал от морлоков в мире Леса. Вместе страдали в Океане! Как в такой ситуации выделить одну и отбросить другую?! Это просто немыслимо! И нечеловечно!
Они обе – мои жены. С обеими были свадьбы. И не раз. И с обеими я был безумно счастлив!
Женька только пожал плечами. То, что эти две Элоры – обе его внучки, у него пока что не укладывалось в голове.
– И как они между собой? – тихо прошептал Женька, осторожно покосившись на Элору, которая у воды старательно чистила картошку.
– Да как сестры, – равнодушно отмахнулся Сергей, даже не посмотрев в ту сторону.
– И как ты собираешься со всеми ними спать? – поинтересовался Женька.
– Евгений, что за глупость?! – недовольно воскликнул Сергей. – Ты думай, о чем говоришь! Не суть важно как спать! Суть в том, что это один и тот же человек!
И на удивленно‑непонимающий взгляд Евгения, добавил:
– Представь, что твоя дочка вдруг раздвоилась. Вот как бы ты к ним двоим относился? Неужели по‑разному?
Женька собрался было ответить, но вдруг замолчал, застыв на месте фактически с раскрытым ртом. Сергей невольно проследил за его взглядом. Из воды выходила Элора – тонкая, гибкая, счастливая. С длинными темными волосами и с треугольной родинкой на открытой груди – такой же как и у той, что чистила картошку. И Сергей залюбовался ею. И тем как играют и искрятся капельки воды на ее стройном спортивном загорелом теле. И ее походкой, с гордо откинутой головой. Элора, заметив восхищенный взгляд, радостно улыбнулась своему мужу, поправляя волосы. Подошла. Грациозно присела рядом на песок, ласково обняв его за плечи.
И он радостно поцеловал ее в соблазнительно‑податливые влажные губы.

(Конец фантастического романа. Продолжения больше не будет)

(2014, – … – 2021 – апрель 2022)